Эпизоды любви - Сергей Яковлев

– Да, уж детишки, – рассмеялась Саша. – Но все равно они такие прикольные, пока маленькие. Вот у Юли тоже мальчик будет. Будет его нянчить теперь.

Она сказала это с такой нежностью, но почему-то так грустно, что Андрею Владимировичу стало не по себе.

– А вы с Мишей?

– Что мы?

– Вы не собираетесь детей заводить? Пора бы, наверное, уже и подумать.

Саша промолчала.

– Или уже подумали? – Андрей Владимирович игриво поглядел на Сашу.

– Нет, еще думаем, – Саша улыбнулась тихой мягкой улыбкой.

– Странно, – продолжил Андрей Владимирович, – ты с такой любовью говорила о детях. Но, с такой грустью. – И тут его словно осенило. – Или не получается? – он с трепетом глядел на Сашу, ожидая ответа.

– Не получается, – ему показалось, что Саша свободной рукой смахнула слезу. Несколько шагов она шла молча, видимо решая продолжать или нет этот тяжелый для нее разговор. – Уж, какие анализы только не сдавали, – наконец нарушила она молчание, явно желая выговориться. – Сначала я все прошла. У меня все в порядке. Потом Мишу послала. У него тоже все в норме. Вот так. Все здоровы, а детей нет, – она опять замолчала. Андрей Владимирович был поражен ее искренностью. Другая бы промолчала, или ушла от ответа. Он хотел как-то ее утешить, ободрить, но не находил нужных слов.

– Ну ничего, – наконец выдавил он из себя кажущиеся такими плоскими, такими бездушными и ненужными сейчас, слова. – Еще получится. Может витаминки какие попить, может подлечиться чуть-чуть. Ты не переживай. Все еще будет у вас хорошо.

– Да я уж какие только витаминки не пью. А подлечиться? От чего лечиться, если мне все говорят, что я здорова? – в ее голосе сквозило раздражение. Андрей Владимирович и сам был не рад, что вылез со своим языком. – Да вы тоже не расстраивайтесь так, – взглянула она на притихшего директора. Таким ей еще не доводилось его видеть. Обычно энергичный и остроумный, сейчас во всех его движениях проскальзывала какая-то неуверенность, и был он похож не на строгого официального начальника, а скорее на отца, которого очень расстроила непутевая дочь. – Я, вас, наверное, обидела? – она дернула его за руку, побуждая обернуться, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Что ты, совсем нет. Просто я очень переживаю за тебя.

– Ну вот, вам еще моих проблем не хватало, – она постаралась улыбнуться и нарочито бодрым тоном сделала себе установку, – Все у нас будет хорошо. Не переживайте.

Последующий путь они проделали, рассказывая друг другу разные забавные истории. Он – про смешные случаи в школе, пересказанные ему Катей, она – про веселые моменты из ее жизни. Оба они старались больше не касаться «детской» темы.

Проводив ее до дома, он тепло пожал ее маленькую, обтянутую кожаной перчаткой, руку, а потом, не удержавшись, поднес ее пальцы к своим губам и поцеловал. Она не отняла руки, не удивилась. В ее глазах читалось понимание.

– Спасибо тебе, – Андрей Владимирович смотрел в ее широко раскрытые глаза.

– За откровенность? – казалось, в ее словах сквозила горькая усмешка.

– За все.

– И вам, Андрей Владимирович, спасибо, – она уже взяла себя в руки и по интонации было невозможно догадаться, что она имеет ввиду.

– За сочувствие? – он старался по ее лицу прочитать ее чувства.

Она грустно улыбнулась, оценив его шутку, и, не ответив, открыла невысокую калитку и заспешила по устланной листьями тропинке к дому. Секунду постояв, он повернулся, чтобы уйти.

– За все, – на миг показалась из дверного проема ее точеная фигурка, и дверь захлопнулась.

Глава XII. Осень

Крупная дождевая капля, звонко щелкнув по козырьку бейсболки, разлетелась на тысячу маленьких брызг, оставив на месте своего падения небольшое темное пятно. Андрей Владимирович поднял голову, и тут же вторая капля ударила его по щеке, и, подобно слезе, скатилась влажной змейкой по шее за воротник. Углов торопливо опустил голову и прислушался. Еще недавно, гулявший среди крон ветер, стих. Деревья, которые до этого оживленно перешептывались, склоняя поочередно друг к другу свои побуревшие макушки, словно передавая из уст в уста некую неведомую тайну, теперь затихли. И стояли молчаливые и неподвижные, обступив путника сплошным тесным кольцом, и смотрели сверху вниз, словно решая, что теперь делать со случайно забредшим к ним человеком. Не слышно было ни шелеста листвы, ни птичьих голосов, ни других звуков, обычно наполнявших воздух слаженной симфонией лесной жизни. Только тут и там высоко вверху, а порой совсем рядом раздавались пока еще редкие щелчки падающих капель. Начинался дождь. «Вот только дождя нам и не хватало», – Андрей Владимирович натянул на голову капюшон защитного цвета ветровки и огляделся по сторонам. Он стоял на самом краю глубокого лесного оврага, заросшего по дну высокой, в человеческий рост, травой, и густо заваленного толстыми поваленными деревьями. Сапоги его и правая сторона старых темно-синих джинсов были густо измазаны густой черно-коричневой грязью – результат падения в овраг. Там же далеко внизу теперь валялось разбившееся вдребезги красное пластмассовое ведро. «Ничего себе, сходил за грибочками» – Андрей Владимирович вытер испачканные землей руки о влажную листву ближайшего к нему куста орешника. Вот уже три часа он бродил по лесу, желая отыскать обратную дорогу, но все безрезультатно. А ведь все так славно начиналось.

На место они приехали с женой часов в десять – начале одиннадцатого. Поставив машину в густой невысокий соснячок, росший в полукилометре от трассы, так, чтобы ее не было видно с дороги, они взяли ножи, ведра, и углубились в лес. Стоял октябрь. Самая его середина. Пожалуй, лучшее грибное время. Шедшие, чуть ли не через день дожди, также должны были способствовать обильному грибному урожаю, что косвенно подтверждали и городские рынки, сплошь заваленные лесными дарами. Андрей с Катей постепенно отдалялись от машины, каждый стараясь найти гриб первым. Но, то ли вездесущие грибники уже до них выкосили все грибные угодья, то ли место было выбрано не совсем удачно, но вопреки ожиданиям, грибы не находились. Спустя минут двадцать бесплодных поисков Катя выразила желание вернуться к машине, чтобы поискать более удачное место, а Андрей, не желая признавать своей ошибки, решил попытать счастья на противоположной стороне оврага, где виднелся светлый прозрачный лесок, и куда, может быть, еще не добрались грибные охотники.

– Ты только не долго, – предупредила его жена. – А то я буду волноваться.

– Да я сейчас, только переберусь на ту сторону, и, если ничего не найду, сразу вернусь.

– А если найдешь?

– А если найду – позвоню, и буду ждать тебя на той стороне.

На том и разошлись. Андрей