Три дАртаньяна - Сергей Нечаев

Тех, кто «желал одного без другого», Людовик XIV нещадно уничтожал. В частности, в 1661 году он, как мы уже знаем, приказал арестовать самого влиятельного финансиста Франции Николя Фуке. На его место генеральным управляющим финансами он назначил Жана-Батиста Кольбера, сына простого торговца сукном, который, отвечая за все экономическое развитие страны, работал по пятнадцать часов ежедневно.

Вообще следует отметить, что Людовик XIV обладал настоящим талантом подбирать себе способных и эффективных сотрудников. При этом он любил говорить: — Каждый раз, когда я даю кому-нибудь хорошую должность, я создаю девяносто девять недовольных и одного неблагодарного.

Фраза эта выглядит блестящим афоризмом, но при этом один «неблагодарный» стоил тысячи «недовольных». Так, например, благодаря трудам гениального Кольбера очень многое было сделано для укрепления государственного единства, благосостояния французов, развития торговли и промышленности. В то же самое время военный министр маркиз де Лувуа укрепил армию, упорядочил ее организацию и увеличил боевую мощь.

Король вызывал робость только у тех, кто плохо его знал. Но если этот стереотип отношений начальника и подчиненных был преодолен, то перед собеседниками представал человек, обладавший в высшей мере не только тактом, но и чувством юмора. Несмотря на все границы, устанавливавшиеся этикетом, Людовик XIV старался не терять дружеских отношений с симпатичными ему людьми. Именно такие отношения он поддерживал с Кольбером и де Лувуа. И кстати сказать, осложнение отношений между королем и Кольбером произошло именно из-за обострившегося соперничества между этими двумя министрами, которое в конце концов переросло в открытую напряженность. А то, что у Людовика XIV легко было быстро впасть в немилость, показывает пример государственного секретаря по иностранным делам маркиза де Помпонна, который в ноябре 1679 года был внезапно отправлен в отставку.

Ни при одном прежнем короле Франция не вела такого количества крупномасштабных завоевательных войн, как при Людовике XIV. В 1667 году, после того как умер испанский король Филипп IV из династии Габсбургов, а Людовик объявил претензии на часть испанского наследства и попытался завоевать Бельгию, французская армия овладела Шарлеруа, Бергом, Фюрном и всей южной частью приморской Фландрии. Осажденный город Лилль сдался в августе месяце.

Людовик XIV показал в этой войне и дар полководца, и личную храбрость, и способность доверять компетентным специалистам, в частности талантливому виконту де Тюренну.

Чтобы остановить наступательное движение французов, Нидерланды в 1668 году объединилась с Швецией и Англией. В ответ Людовик двинул войска в Бургундию и Франш-Конте. Закончилось все заключением 2 мая 1668 года первого Аахенского мира, однако этот мир стал лишь небольшой передышкой перед большой войной с Нидерландами.

Она началась в июне 1672 года с внезапного наступления французских войск. Чтобы остановить нашествие врага, правитель Нидерландов Вильгельм Оранский приказал открыть шлюзы плотин и залить значительную часть страны водой. Вскоре на сторону Нидерландов встали император Священной Римской империи Леопольд I из династии Габсбургов, протестантские немецкие князья, король Датский и король Испанский. Эта коалиция получила название Великого Союза.

Военные действия велись частью в Бельгии, частью на берегах Рейна. В 1673 году французы взяли Маастрихт (при осаде этого города, как мы уже знаем, погиб д’Артаньян), в 1674 году полностью овладели провинцией Франш-Конте. Доблестный виконт де Тюренн, командовавший французской армией, одержал победы при Зинцхейме и Турнхейме и захватил весь Эльзас. В последующие годы успехи французов продолжились. Были взяты Валансьенн, Бушень и ряд других городов. В то же самое время французский флот одержал несколько побед над испанцами и стал господствовать на Средиземном море.

Однако, как это обычно и бывает, продолжение войны оказалось очень разорительно для Франции. Война, как известно, — это политический рак, который разъедает тела даже самых сильных государств. В результате дошедшее до крайней нищеты население начало поднимать восстания против чрезмерных налогов, и блестящие победы французского оружия перестали радовать его. В 1678 году было подписано Нимвегенское мирное соглашение, согласно которому Франш-Конте, Кассель, Ипр, Камбре, Бушень и некоторые другие города Бельгии, а также Эльзас и Лотарингия остались за Францией.

Этот мир знаменовал собой апогей славы и могущества Людовика XIV. Его армия была самой многочисленной, лучше всего организованной и руководимой. Его дипломатия господствовала в Европе. Франция своими достижениями в искусстве и науках, в промышленности и торговле достигла небывалых высот. Версальский двор (а это именно Людовик XIV перенес королевскую резиденцию в Версаль) стал предметом зависти почти всех монархов, стремившихся подражать «Королю-Солнце». По сути, Версаль, к реконструкции которого приложили руки Луи Лево (первый архитектор короля), Шарль Лебрен (первый живописец короля) и Андре Ленотр (первый садовник короля), в то время стал центром великосветской жизни не только Франции, но и всей Европы.

Великий Вольтер так отзывался о Людовике XIV:

«Король был в то время на вершине величия. Ему способствовали победы с самого начала его царствования, не было ни одного осажденного им города, который ему не сдался бы, он превосходил во всем своих противников, вместе взятых, он был грозой Европы, но самым большим своим достижением он, вероятно, считал то, что он был королем счастливой в то время нации, нации, которая была в то время образцом для всех других наций».

Даже герцог де Сен-Симон, весьма враждебно относившийся к королю, не мог отрицать ту важную роль, которую сыграл Людовик XIV. Он признавал, что Людовик хорошо владел «ремеслом короля». По его словам, «Людовик уничтожил и искоренил всякую другую силу или власть во Франции, кроме тех, которые исходили от него: ссылка на закон, на право считались преступлением».

Последнее замечание говорит о том, что личность «Короля-Солнца» не стоит мифологизировать. Да, без сомнения, он проявил себя человеком с многочисленными талантами, но в основе его действий лежало самодержавное себялюбие, тщательно замаскированное таким природным артистизмом, что его господство получало весьма изысканные формы, а абсолютная власть казалась не такой уж и невыносимой. В самом деле, ни один французский король до этого не отличался такой чудовищной гордыней и эгоизмом, никто так явно не превозносил себя над остальными, как это делал Людовик XIV.