Фартовые бабочки - Михаил Черненок

Ярко подкрашенные синими тенями Капелюшной удивленно округлились:

— Вы чего хамите, Константин Георгиевич?

— Ничего! — завелся Веселкин. — Сколько раз в Толмачевском аэропорту я прихватывал тебя с порнографией и платной любовью с южными барыгами? Забыла?.. Гляди, какой великосветской дамой стала прежняя путанка! На прокурора уже свысока смотришь. Прекрати такие штучки. Если понадобится, будешь ездить с нами до тех пор пока твоего хахаля не повяжем.

Капелюшная растерялась:

— О чем вы, Константин Георгиевич?..

— Не прикидывайся. Думаешь, мы такие лопухи, которым можно до бесконечности мозги пудрить?

— Вы что, успели подсадить его в мою дачу? — поникшим голосом спросила Инга.

— Кого его?

— Ну вы же о… Денисе Слугине говорите…

— У тебя разве другой кто появился?

— Никого у меня нет.

— Собирайся по-быстрому, и поедем это доказывать.

— Не поеду.

— С огнем играешь…

Бирюков положил на плечо Веселкина ладонь:

— Не горячись. Мы по-хорошему с Ингой договоримся.

— Она хорошего языка не понимает, — продолжил наступление Костя. — Дама всю жизнь вертит любовь с «крутыми», которые общаются на блатном да матерном, а русский знают понаслышке.

— Обижаете, Константин Георгиевич, — Капелюшная посмотрела на Костю умоляющим взглядом. — Поедемте завтра, а?.. На сегодня у меня запланировано важное мероприятие.

— Мы не на барахолке, где можно рядиться, — сухо обрубил Веселкин. — Быстро собирайся, радость моя, и не забудь ключи от своей машины. Хочу прокатиться с тобой на «Мерседесе». В прокурорских «Жигулях» тесновато, мальчики с автоматами много места занимают.

Капелюшная нервно повернулась и пошла в другую комнату. Оставив дверь открытой, она демонстративно сбросила с себя халат. В одном бюстгальтере и в плавках села перед большим трюмо наводить макияж.

— Бесстыдница, — с усмешкой сказал Веселкин. — Мы ведь все-таки мужики.

— Вот и поглядите на аппетитную бабу, — высокомерно ответила Инга, сосредоточенно припудривая красивое лицо.

Глава 21

Дача Капелюшных находилась недалеко от города, возле поселка Матвеевка. В сосновом лесу на берегу Оби возвышался двухэтажный кирпичный дворец под шиферной крышей. За металлической оградой, выкрашенной масляной лазурью, зеленели густые кусты малинника, смородины и стелящихся сибирских яблонь. От калитки с большим гаражным замком к резному крыльцу вела широкая бетонированная дорожка, окаймленная с обеих сторон яркими полосами цветов. Окна нижнего этажа были прикрыты ставнями.

Упорное нежелание Капелюшной ехать на дачу насторожило Бирюкова. Антон не сомневался в том, что следственную группу здесь ожидает какой-то сюрприз, но в чем он заключается, угадать было невозможно. Когда подъехали к даче и вышли из машин, Капелюшная на удивление повеселела, однако веселость эта казалась наигранной. Отомкнув большим ключом замок калитки, Инга выбрала из связки ключ поменьше и, протягивая его Бирюкову, будто с подковыркой усмехнулась:

— Ищите ветра в поле.

Бирюков поднялся на крыльцо, отомкнул дверь и хотел первым войти в дачу, но один из омоновцев, передернув затвор автомата, сказал:

— Не рискуйте, побудьте здесь. Мы в бронежилетах, опасности меньше…

Оставив наружную дверь открытой, оба омоновца тихо вошли в помещение. Вскоре один вернулся и позвал за собой Бирюкова с Веселкиным. На нижнем этаже дачи царил сумрак, однако проникающие между створками ставней лучи солнца освещали помещение достаточно для того, чтобы в нем можно было различить не только предметы, но и их цвет. На второй этаж вела лестница с точеными перилами. Справа от нее у приоткрытой двери, ведущей в другую комнату, стоял с автоматом на изготовку омоновец. Стараясь не скрипеть половицами, Бирюков подошел к нему и заглянул в комнату. На широкой двуспальной кровати навзничь лежал спортивного склада молодой мужчина в одних плавках и чуть похрапывал.

— Будить? — шепотом спросил омоновец.

— Буди, — тихо сказал Бирюков.

— Подъем!

Мужчина вскочил, словно ужаленный. Свесив с кровати ноги, он бессмысленным взглядом вперился в направленный на него автомат.

— Привет, Дениска! — громко проговорил из-за плеча Бирюкова Костя Веселкин. — Вот ты где, мальчик, задаешь храпака, а мы который день в поту разыскиваем тебя. Зачем потерялся? Надевай быстренько штаники…

Слугин затравленно огляделся и суетливо стал натягивать на себя лежавшую на тумбочке одежду.

— Браслеты есть? — спросил омоновца Веселкин.

— Как же без них, — ответил тот, доставая из кармана наручники.

Под подушкой нашли макаровский пистолет с полной обоймой боевых патронов, а в тумбочке — ключ от дачи.

Капелюшная эти сцены не видела. Она с Лимакиным оставалась на крыльце. Когда же Слугина в наручниках вывели из помещения, Инга удивленно вскрикнула:

— Денис?! Ты как пролез в дачу?..

Слугин смерил ее ненавидящим взглядом и, сразу повернувшись к Бирюкову, сиплым спросонья голосом, торопливо заговорил:

— Гражданин прокурор, я никого… никого не убивал…

— Об этом поговорим чуть позже, — строго оборвал Антон.

Допрашивали Слугина в кабинете Кости Веселкина под магнитофонную запись. Задержанный врасплох телохранитель Капелюшного долго не мог прийти в себя. Отвечая на вопросы, он заискивающе поворачивался к тому, кто их задавал: то к Бирюкову, то к Веселкину, то к следователю Лимакину и, словно избавляясь от кошмарного сна, часто встряхивал коротко стриженой головой.

Уже с первых минут Бирюков понял, что Слугин силен только физически, а умственно — почти ребенок. Узнать у него правду не составляло большого труда. Надо было лишь следить за тем, чтобы, выгораживая себя, Денис не наговорил лишнего на других соучастников преступления. Часа через полтора перекрестного допроса картина нападения на «Марианну» стала прорисовываться в полном объеме.

…Инициатором шантажа Капелюшного был промотавшийся в столице Артур Заливалов, знавший неуемную страсть автобизнесмена к «девочкам» по своему прошлому сутенерскому опыту. Вернувшись из Москвы без гроша в кармане, бывший поставщик «путан» начал усиленно искать деньги, чтобы вновь организовать развалившийся бизнес. Роман Мансуров в это время тоже находился в финансовом прогаре. Оказавшись без «крутых» помощников, переметнувшихся на менее рискованный промысел, Мансур сшибал «мизерные бабки», охраняя проституток типа Люси Жигановой. Встретившись, два неудачника стали совместно соображать, каким способом можно поскорее вырваться из нужды. Самым надежным «марш-хапком», на их взгляд, было бы найти автобизнесмена, занимающегося продажей новых иномарок, которые давали «крутой навар». Да и покупатели этих машин были весьма состоятельными. Артур вспомнил Капелюшного. Попытка договориться с Виктором Яновичем мирным путем не увенчалась успехом. Капелюшный и слышать не хотел ни об откупе, ни о наводке на покупателя. Тогда Заливалов предложил Мансуру организовать на Виктора Яновича компромат. Мансур быстро привлек Игоря Купчика. После просмотра видеокассеты на квартире у Жигановой, куда вторично заманили Капелюшного, бизнесмен стал податливее и пообещал, что постарается найти «туза», согласного на покупку «Ситроен-Ксантии» за наличные.

— Сделай так, чтобы этот «туз» или «дама» были не Новосибирские, а из сельского района, — сказал Мансур. — В районах сыщики глупые. Пока они будут шерстить местных урок, дело быльем зарастет и под сукно ляжет.

Выбор Виктора Яновича упал на преуспевающую Мерцалову. Узнав, что охранником у Жанны Паша Таловский, Мансур заколебался. Нападать в открытую на фирму, которую охраняет «авторитет», было рискованно. И тогда Заливалов предложил тот вариант, какой впоследствии был осуществлен.

Раздобыв через Настю Веснину слепок ключа от сейфа, Мансур своими руками выточил точную его копию. С Капелюшным был заранее обговорен день и час, когда Мерцалова приготовит наличные «лимоны». Дело пошло, как по маслу. Заливалов даже съездил в райцентр, чтобы прозондировать финансовое состояние бывшей своей пассии. Хотя встреча Артура с Жанной и не состоялась, вернулся он из поездки с уверенностью, что «капусты» у хозяйки «Марианны» — куры не клюют. Заминка вышла в одном. Мансур «брать кассу» сам не хотел. Он выбрал себе роль — «стоять на стреме». А Заливалов «вязать продавщицу и зачищать сейф» в одиночку побоялся. Пришлось искать третьего подельника.

Слугина Мансур встретил возле офиса. Будто между прочим, поинтересовался:

— Как живешь, корефан?

— Клево живу, — похвастал Денис. — Каждый день трахаю молодую бабу шефа и ежемесячно «лимон» чистоганом от него получаю.