Война индюка - Вадим Проскурин

— В пяти минутах ходьбы стоит неохраняемая летающая тарелка с открытым люком, — объяснил артефакт. — Я объясню, куда идти. Подходишь, забираешься внутрь, она взлетает и доставляет тебя в Барнард-Сити. Как добраться до Трисама — объясню по ходу.

— Я тебе не верю, — заявила Анжела. — Ты опять обманываешь.

— Дело твое, — сказал артефакт. — Я ничем не могу подтвердить свои слова, я решил так: если ты мне не поверишь, значит, другие боги не одобряют мой выбор, и у меня нет другого выхода, кроме как предоставить твою расу собственной судьбе. Так даже проще. Спасибо, Анжела, ты помогла сделать выбор. Огромное тебе спасибо!

— Погоди, — сказала Анжела. — Я согласна. Куда идти?

— Гм, — сказал артефакт. — А ты точно уверена, что согласна? Может, все-таки передумаешь?

— Не передумаю, — заявила Анжела. — А ну быстро говори, куда идти! Или ты не держишь слово? Значит, ты не бог, а кусок дерьма!

— Я не кусок дерьма, я бог, — возразил артефакт. — Иди по коридору, на развилке возьми правее. А лучше не иди, а беги — справа приближается отряд низкорожденных, проскочить ты по-любому успеешь, но запас по времени лучше иметь побольше.

— Сколько низкорожденных атакуют город? — спросила Анжела.

— Это уже неважно, — ответил артефакт. — Если ты твердо решила остановить войну — беги, куда я говорю, и не задавай вопросов. А если колеблешься — давай прекратим этот разговор.

Анжела отбросила колебания и побежала. На развилке она взяла правее, и долго бежала прямым магистральным коридором, под конец дыхание стало хриплым, а в боку закололо. И тогда искусственный интеллект, называющий себя богом Каэссаром, приказал свернуть в боковой проход и дальше пробираться переулками. Будто почувствовал, как она устала.

Через минуту впереди забрезжил яркий дневной свет проклятых пустошей. Как же близко, Гея, как же близко… И как много леса они выжгли… сколько тысяч женщин и детей сгорели заживо… Сволочи, гады, животные твари! Не прекращать надо эту войну, а доводить до победного конца, до полного истребления проклятой красножопой расы! Но не сейчас, сейчас нужна передышка. И вообще, убить главного комиссара красножопых — дело хорошее в любом случае.

— Видишь летающую тарелку? — спросил артефакт.

— Вижу, — ответила Анжела.

— Тогда беги к ней, — сказал артефакт. — Беги изо всех сил, будто за тобой Калона гонится. Вряд ли тебя кто-то заметит, но лучше не рисковать. Давай, беги!

И Анжела побежала.

Когда Джозеф прибыл на место операции, ситуация более-менее прояснилась. Бестолковое и сумбурное решение главнокомандующего, как ни странно, оказалось близким к оптимальному. Насколько можно судить по отрывочным и бессвязным докладам с мест, около сотни эльфийских бойцов прошли сквозь боевые порядки десанта, и еще примерно столько же находились внутри этих боевых порядков, когда эльфы пропалили ловушку, и началась адская мясорубка. Несколько десятков эльфов были вырезаны в первые же секунды боя. Восьмилучевая звезда, изображавшая расположение противника на экране тактического компьютера, лишилась двух лучей, а у третьего луча отрезало конец, и пока эльфы приходили в себя, Винни Мэй успел перебросить в нужное место два взвода с внешнего периметра, пучеглазых окружили и уничтожили. К этому времени десант контролировал почти четверть часть территории завода, при этом в центре этой территории вражеских войск почти не осталось — эльфийские колонны быстро продвигались к периметру, готовясь отразить атаку снаружи.

Винни отреагировал на изменение обстановки молниеносно и единственно правильным образом. Он сразу догадался, что небольшая группа человекообразных, кучкующихся в окрестностях убежища, является эльфийским штабом, и приказал атаковать. Второй взвод второй роты совершил марш-бросок по темным коридорам, связисты Сойер и Росс действовали достойно всяческого подражания — вывели взвод к цели кратчайшим путем, а в конце пути не только самостоятельно распределили бойцов по исходным позициям, но догадались запланировать и осуществить прорыв через тонкие стены. В результате мозговой центр противника был даже не уничтожен, а захвачен в плен почти в полном составе. На допросе выяснилось, почему на объекте так много вражеских войск — завод посетила с инспекцией сама королева. Ее, к сожалению, захватить не удалось — незадолго до налета отошла по нужде в боковой коридор и тем спаслась (у беложопых, оказывается, нужников нет, гадят, где хотят, а умный лес впитывает). Жалко, взяли бы королеву в плен — успех был бы наиэпичнейший. Впрочем, и так неплохо получилось, не только обезглавили вражескую армию, но и ценные сведения получили. Поначалу комиссары говорить не хотели, пришлось одного кастрировать специально затупленным ножом, дальше проблем не было.

Основные силы второй волны десантников хлынули внутрь территории завода по уже зачищенным коридорам, и через четверть часа исход сражения стал предрешен. Эльфийские воины заняли оборонительные позиции на периметре, а человеческие воины неспешно устанавливали в их тылу минные поля и оборудовали места для засад. Время от времени очередной эльфийский капитан или как они там называются, отправлял в штаб очередного гонца, этих гонцов методично убивали. Скоро эльфийские командиры совсем изведутся от неизвестности, начнут отдавать бестолковые отчаянные приказы, и тогда обороне Фриско придет окончательный и бесповоротный конец. Все отлично.

Единственное, что огорчало Джозефа Слайти — прилетев сюда, он показал себя не с лучшей стороны. Он и раньше знал, что отличается повышенной импульсивностью, но на должности командира полка это было терпимо, а на должности главнокомандующего — уже нет. Если главнокомандующий при малейшей угрозе локального поражения будет срываться с места и возглавлять боевые порядки — никуда это не годится! Винни Мэй повел себя гораздо разумнее, сидит себе в Драй Бэдланд и руководит боем. А Джозеф мало того, что зря машину гонял туда-сюда и подвергал себя неоправданному риску (на посадке легко мог получить стингером в зад или на очередь из бластера нарваться, не дай боги), так еще оставил войска без командования почти на полчаса. Никуда это не годится, никуда. Отвага, бесстрашие и личное мужество — качества хорошие, но на генеральском уровне выдержка и стрессоустойчивость несравненно важнее.

— Винни, я прилетел, — сообщил Джозеф в микрофон радиостанции. — Зря летел на самом деле.

— Зря, — согласился Винни. — Я же тебе говорил.

— Я хреновый главнокомандующий, — признался Джозеф. — На лошади скакать и мечом размахивать умею, а руководить большим операциями мне еще учиться и учиться. Извини, что я тебя подставил.

— Да какое там подставил, ерунда, — сказал Винни. — Все в лучшем виде прошло, осталось только добить гадину в логове. Слушай, Джозеф, может, ты лично возглавишь? До налета на Портленд полчаса осталось, я бы хотел Алану советом помочь, думаю, нелишне будет.

Джозеф нахмурился. Фактически, Винни предложил поменяться обязанностями до конца операциями — полковник Мэй становится как бы главнокомандующим, а генерал Слайти — как бы командующим локальной операцией полкового масштаба. Предложение обидное, но если отбросить эмоции, приходится признать, что Винни прав. С управлением большими операциями он справляется однозначно лучше.

— Хорошо, — сказал Джозеф. — Одобряю. И, это… спасибо тебе, Винни. Без тебя я бы не справился.

— В следующий раз справишься, — сказал Винни. — Передай приказ, что принимаешь локальное командование, а то капитаны недоумевать начнут.

— Окей, — кивнул Джозеф. Переключил радиостанцию на локальную связь и сказал: — Внимание, Слайти говорит. Эйри, Торнтон и приданные связисты — выдвинуться к бывшему эльфийскому штабу. Я иду с восточной стороны, в меня не стрелять. В квадрате 30–06 минное поле кто ставил?

— Лейтенант Вокер, — ответила рация.

И тут же добавила другим голосом:

— Разрешите дать справку, Вокер говорит. Поля там больше нет, все мины сработали. Там основная мясорубка была.

— Вокер, Слайти говорит, — сказал Джозеф. — Ты уверен, что абсолютно все мины сработали?

— Уверен, — заявил Вокер. — Сэр генерал, вы когда там проходить будете, сами убедитесь. Там уже нечему больше взрываться.

Минуты через три Джозеф убедился, что Вокер был прав. Вначале в ноздри ударил едкий запах гари, смешанный с еще более едкой вонью от пены из огнетушителей. А потом Джозеф споткнулся о мертвое тело, огляделся и понял, что пройти по коридору будет непросто. Сколько же тут беложопых накромсали, ступить некуда, пола вообще считай что не видно… И пена эта гадкая… Поскользнешься, навернешься, испачкаешься…

— Вокер, Слайти говорит, — сказал Джозеф. — Тут у вас в 30–06 не мясорубка, а ад какой-то.