Война индюка - Вадим Проскурин

— Чего? — не понял Дай.

— Обеспечивают комфортные условия для продвижения в ловушку, — объяснил Вокер. — Невилл, ловушка уже сформирована?

— Так точно, — ответил Невилл. — Мы на острие главного удара противника. Разрешите начать размещать бойцов?

— Конфигурация ловушки? — спросил Вокер.

— Нетривиальная, в двух словах не объяснишь, — ответил Невилл. — Наша задача — держать место, пока получится, дальше действовать по обстоятельствам.

Вокер вздохнул. Помолчал немного, затем спросил Невилла:

— Кричать пока еще можно?

— В ближайшую минуту можно, не очень громко, — ответил Невилл.

— Лаффер! — крикнул Вокер не очень громко.

— Здесь! — неожиданно близко отозвался Лаффер. — Выполняю задачу.

— Почему не доложил о прибытии? — спросил Вокер.

— Виноват, — ответил Лаффер.

— Виноватых бьют, — сказал Вокер. — Внимание всем! Противник приближается со стороны Лаффера, план меняется соответственно. Противника много, мяса хватит на всех. Вопросы? Тогда всем молчать и замаскироваться.

Невилл аккуратно и вежливо взял лейтенанта за локоть и подтолкнул к стене, туда, где черные листья почему-то не образовали сплошного вертикального полога, там образовалось что-то типа ниши… Ого! Какая глубокая, а снаружи не скажешь… И мечом удобно замахиваться, а если вот здесь подрубить… Нет, лучше потом, а то как бы не демаскироваться невзначай…

Следующие три минуты из коридора доносилось шуршание поганых черных веток и кряхтение бойцов, занимающих укрытия. Затем все затихло — бойцы замаскировались. И ставшее уже привычным размеренное «бом-бом, бом-бом» тоже затихло — летающие тарелки прекратили бомбардировку. Очевидно, чтобы случайно не заставить противника поменять планы в последний момент. Тогда вся операция окажется под угрозой срыва, хотя, впрочем, и сейчас… сто эльфов… В принципе, неплохо, если чуть ли не вся эльфийская армия попадется в одну ловушку, так можно и героя получить… Но почему они собрали все силы в единый кулак, это не предполагалось… И почему этот кулак направлен именно сюда?

Вдали послышались шаги и неразборчивые голоса. Вокер проверил, легко ли выходит меч из ножен, и затаился. Ох, сейчас начнется…

Карандаш хрустнул и переломился пополам. Одна половинка улетела к окну и запуталась в занавеске, другая, с грифелем, ударила Джозефа в лоб над правым глазом. Джозеф выругался. Адъютант молча положил перед главнокомандующим новый карандаш. Джозеф выругался еще раз.

Пора избавляться от этой дурацкой привычки. Раньше Джозеф никогда не замечал, что в минуты волнения непроизвольно теребит в руках всякую мелкую ерунду. Раньше такие мелочи можно было не замечать, но теперь, когда руки стали железными — уже не получается. Пол-банки карандашей уже извел.

Джозеф сильно нервничал. Он не строил иллюзий, он твердо знал, что ни одна боевая операция не идет строго по плану, что в любом плане обязательно обнаруживается десяток-другой мелких недочетов. Или не очень мелких. Текущий план не стал исключением, в нем пока обнаружился только один недочет, но крупный. Или даже очень крупный.

Когда два эскадрона иденского конногвардейского полка штурмовали нанозавод в Дарвине, на внутреннем периметре им противостояло от ста до двухсот особей противника, из которых обученных бойцов было особей пятьдесят, вряд ли больше. При планировании сегодняшних операций все почему-то решили, что во Фриско, Портленде и Сантьяго численность противника будет примерно такая же. Это стало ошибкой.

Теперь кажется очевидным, что эльфийское командование, каким бы оно ни было, просто обязано было рассчитать вероятные направления следующих ударов и принять меры. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, куда красножопые интервенты высадят следующий десант. Насчет Портленда и Сантьяго можно спорить, но Фриско — цель совершенно очевидная. Идеально плоская равнина (чуть ли не единственное такое место на всем восточном побережье), вокруг кольцо пологих холмов, на которых так удобно разворачивать потом внешний периметр обороны… Любой эльфийский генерал или как они там у них называются (комиссары, кажется), не являющийся законченным дебилом, с первого взгляда должен обозначить Фриско как наиболее вероятную цель главного удара противника. Неудивительно, что завод буквально набит эльфийскими вояками. Разрешающей способности бортовых биодетекторов истребителей не хватает, чтобы точно оценить численность обороняющихся, но и приближенной оценки достаточно, чтобы занервничать. От трехсот до восьмисот эльфов, практически все — бойцы, если компьютер правильно интерпретирует их перемещения. А то, что он их правильно интерпретирует — это ежу понятно. Штатский персонал, похоже, полностью эвакуирован, это объясняет, почему у реакторов не замечено вообще ни одного пучеглазого. Эльфийские твари действуют по единому плану, бомбардировку они пережидали в специально оборудованном убежище (потому их и не заметили сразу), а теперь выдвигаются на внутренний периметр, который для них внешний. Очень похоже, что там подготовлены укрепленные позиции, и тот единственный тяжелый бластер, который подавили полчаса назад — далеко не единственный. Та короткая очередь, похоже, была разведкой боем, экспресс-оценкой боеготовности огневой поддержки человеческих захватчиков. Теперь беложопые знают, что группа огневой поддержки работает на высочайшем уровне, а значит, нужно ждать внезапного кинжального удара, когда основные силы подтянутся к опушке поганого леса. Они, впрочем, не подтянутся, но от этого не намного легче.

Единственное, что утешает — до главной военной хитрости, придуманной лично Джозефом Слайти, эльфы не догадались. Залпом «Фебосов» создать посадочную площадку в тылу противника и высадить основные силы десанта прямо внутрь завода — гениальная идея. Судя по данным воздушной разведки, противник до сих пор не понял, что происходит. Но скоро, к сожалению, поймет — маршрут одной из восьми колонн проходит как раз там, где третья рота развернулась для активной обороны. Теоретически, можно приказать пропустить пучеглазых на периметр… Нет, уже поздно, не успеют довести приказ до каждого бойца, а тогда еще хуже получится. Или успеют… Могут успеть, если тупить не будут, но рискованно… Нет, нельзя так рисковать. В конце концов, оценка численности противника — это оценка снизу, в предположении, что беложопые не набились в тоннели как перепела в кастрюлю, а движутся в более-менее разумном боевом порядке… Хотя что для них разумно…

Джозеф решился. Как обычно бывает в таких случаях, решение пришло спонтанно. Только что ты мучительно колеблешься между двумя равнозначными вариантами, как мифический зверь осел, и вдруг понимаешь, какой из них следует выбрать, а какой не следует. Это называется «интуиция», и умные люди говорят, что ей надо доверять.

— Винни, это Джозеф! — произнес Джозеф в микрофон. — План меняется. Мины и ловушки не активировать, сидеть тихо, не высовываться, пропустить эльфов на периметр. Успеешь по всем цепочкам передать?

— Сомневаюсь, — ответил Винни он же полковник Мэй.

— Надо успеть, — заявил Джозеф. — Выполняй.

Красная восьмилучевая звезда, изображавшая эльфийское воинство на экране тактического компьютера, постепенно растопыривала свои лучи все шире и шире. Картинка менялась неравномерными рывками — качество воздушной разведки оставляет желать лучшего. По идее, лучам звезды пора уже оторваться от центра… Если предположить, что это реальная картина, получается, численность противника не просто недооценена, но… Нет, такие вещи лучше не предполагать, а то еще накаркаешь, не дай боги…

— Мэй докладывает, — прозвучало в наушниках. — Нет подтверждения на последний приказ из третьей роты. Предположительно, отказ связи. Задействую резервные каналы. Можем не успеть.

Джозеф выругался.

— Я делаю все возможное, — обиженно проговорил Мэй.

— Это я не про тебя так сказал, — объяснил ему Джозеф. — Это я эмоции выражаю. Извини, не хотел обидеть.

Не надо было отдавать последний приказ, ох, не надо! Но сейчас уже поздно что-то менять, время стремительно мчится к критической отметке, после которой участие высшего командования в бою становится не то чтобы совсем уж символическим… вовремя ввести в бой резерв — дело важное, тут спора нет… Но детальное управление войсками утрачивается, командующий из дирижера превращается в зрителя. Еще минута…

Из наушников донеслась отчаянная брань Винни Мэя.

— Не дошел приказ до третьей роты, — констатировал Джозеф. — Ты был прав, Винни, а я дебил позорный, с прискорбием признаю. Командуй, Винни.

— Да я не о том! — воскликнул Винни. — Ты новую оценку численности противника видел?

Джозеф перевел взгляд на угол экрана, в котором зловеще моргали красные цифры, и… ничего он не сделал, просто сидел и молчал. А затем сказал: