Вы просили нескромной судьбы? или Русский фатум - Светлана Борминская

– Жива-то жива, только яйца перебила, все тридцать шесть штук! – раздраженно откликнулась Майкопская, которая за один этот день падала уже трижды.

Поставив сумки на ступеньки, Регина Ростиславовна оглянулась и удовлетворенно хмыкнула, видя, как ее обидчики, ругаясь на чем свет стоит, отползали, причем сломав повергший их костыль на две части.

– Как же я без костыля-то, сволочи какие! – тихо заметил тем временем человек из лоджии. – А вы всегда по тридцать шесть яиц покупаете?..

– Это вы, что ли, Викентий Романович? – наконец-то узнала инвалида Майкопская. – Вот звери, и костыль ваш не пожалели... Да пошутила я, всего-то десять яиц, да и их жалко. Я же безработная! – в сердцах плюнула Регина Ростиславовна на асфальт.

– И я безработный, – вздохнул из лоджии Викентий Романович. – Безработный пенсионер, – уточнил он и, подумав, добавил: – Без ног.

– Напали... сзади причем. – Регина Ростиславовна вытащила из сумки пакет с разбитыми яйцами и закинула их в кусты. – Телефон вырвали, сволочи. Он старенький был, но звонить-то можно, – отряхнулась Майкопская. – Ну, все, спасибо вам, Викентий Романович, что спасли мою жизнь, а костыль я вам завтра куплю, вы какой размер носите?

– Да что костыль?.. – Из лоджии раздался кашель. – Что костыль... Я голодный с утра.

Уже открывавшая дверь подъезда Майкопская вдруг встала как вкопанная.

– Что? – тихо переспросила она.

– Голодный я, – отозвался из глубины своей темной лоджии инвалид. – И Боеприпас ничего не ел, болеем мы с ним, плохие совсем...

Ангелы на крыше храма сидели, свесив ноги. Они видели и слышали все из того, что приключилось на улице Цандера.

– В России женщины участливы и привыкли брать в свои руки и не такие тяжелые ноши, как этот самый Викентий Романович. – Звеньевой ангел закрыл лэптоп и нахохлился. – Не то что француженки... Она ведь шла сегодня с собеседования, где ее высмеяли и указали на дверь, вдобавок была избита и ограблена всего лишь четверть часа назад, а сейчас она кормит инвалида и его старого пса содержимым своей сумки! Они скоро поженятся, вот увидите, я только что пробежал ее судьбу по программе «Русский фатум». Им уже комфортно вместе – причем в самом широком смысле.

– А он перестанет пить? – осторожно спросил Молодой ангел. – И потом, у него ж в квартире настоящий свинарник, ну, вы помните?..

– Да грязновато, а пить перестанет, – Старый ангел вдруг улыбнулся, – но он очень сексуален, когда выпьет, и Регина не будет возражать иногда. Главное, у них теперь есть о чем вспомнить, а ведь они едва-едва знакомы. В общем и в целом, они будут жить!

На этом любовную историю Ландышев аnd Майкопская можно было заканчивать. Так банально, просто банальней некуда, Регина Ростиславовна нашла свое заблудившееся счастье , в своем же подъезде – на первом этаже. А временно утративший человеческий облик Ландышев мужественно спас его своим костылем, когда на их счастье покусились!

НЕ КИПЕШУЙТЕ ТОЛЬКО!

Утро, пасмурная погода, запах морозца в воздухе. Из-за угла вышел черт в костюме бизнесмена средней руки и саркастически взглянул, как, тихо чавкая, ангелы пьют кофе, наливая его из облупившегося китайского термоса с золотыми драконами.

– А он курит трубку, – для затравки сказал черт.

Ангелы вздрогнули.

– Кто? – Звеньевой ангел в мгновенье ока смял бумажный стаканчик.

– Бог, – ехидно ответил черт.

– Ты уверен? – кинул в черта смятым бумажным стаканчиком звеньевой ангел.

– Как в теще. – Черт сделал шаг в сторону.

– В чьей?

– В своей. В твоей, что ли?.. – фыркнул черт. – Такими вещами не шутят.

Ангелы переглянулись.

– А вы бога-то видели? – Черт достал из-за спины спортивную сумку с логотипом футбольного клуба «Зенит» и стал рыться в ней.

Ангелы промолчали, переглядываясь.

– Мы давно на небе не были, – зло прошипел звеньевой. – А чего это ты на контакт идешь? В глаз давно не получал, да?..

– Крылья с тефлоновым покрытием надобны?.. – Черт вытащил из сумки пару легких, стального цвета крыльев.

– Ч-черт! – переглянулись ангелы. – Почем?.. Дай-ка посмотреть, – стали окружать они черта.

– Ша, – сделал три шага к черту звеньевой ангел. – Я сказал – ша!.. – И обернулся к ангелам. – Насколько велика целесообразность смены старых, проверенных крыльев?..

Ангелы отвели глаза, а черт, нацепив поверх костюма легчайший тефлон, стал расхаживать по крыше. Он даже сделал попытку взлететь, но споткнулся о ржавый шиферный гвоздь и упал на хвост.

– Не бояться делать ничего и всегда ловить за хвост дьявола, вот так!.. – вздохнул и вытащил карающий жезл ангел Z и пригвоздил им черта.

– Не кипешуйте! – замахал мохнатыми руками черт. – Ушел еще час назад. Совсем неинтересно с вами, совсем-совсем... Дураки...

И пропал вместе со спортивной сумкой, только и осталось от него, что отпечатки двух черных копыт на шифере.

Ангелы молчали. На крыше храма гудел шквалистый ветер.

– Очеловечивание с каждым столетием службы, – констатировал ангел Z. – Нам до архангелов еще, и еще, и еще...

– Нет, нельзя панибратствовать с чертом, – согласился Старый ангел. – И приручаться, трепаться, и заниматься сексом с людьми нежелательно. – Он покосился на Молодого ангела, который вернулся под утро с помятым хаером и блуждающей улыбкой.

– Только баня, чай, кола и... сандалии еще покупаем! – Ангел Z убрал карающий жезл.

– Мерзнем, – поежился Средний ангел, оглядывая пасмурное небо. – Организм зимой выпить хочет, вот как здесь, в России...

– У нас осталось всего четыре человека – Максим, Наташа, Кира и Санчес, – перечислил по памяти ангел Z.

Ангелы посидели на крыше еще с четверть часа и улетели... Старый ангел взлетал последним, он выглядел усталым.

ИЗВИНИТЕ, Я СПЕШУ

Утра были солнечны, вечера сумрачны, а ночи дождливы... Прошла целая неделя, и когда в пятницу вечером Кира возвращалась после работы, аккуратно обходя лужу за лужей, то размышляла почему-то не о себе, а о гламурной женской дружбе, которая в их проектном бюро зацепила двух женщин. С мужьями они развелись и живут теперь вместе, обе блондинки, редкие красавицы, пухленькая Катя и изящная Дашка...

– «Желтые ботинки на блондинке острый вызывают интерес...» – едва слышно, под нос, напевала Кира, сворачивая к своему подъезду и пропуская согнутую бабульку, которая шла, опираясь сразу на две клюки, и успела пристально и недобро взглянуть на Киру.

«Я скоро буду такая же, а замуж так и не выйду?» – вдруг подумала Кира и в темноте зачерпнула туфлей воды из лужи.

– Ой, а я вас жду! – обрадованно сказал Кире кто-то.

– Неужели?.. – кивнула Кира и пошла себе дальше, прибавив шагу. Уличные знакомства в темноте не вызывали у нее никакого энтузиазма.

«Вечером уже третий хочет познакомиться, а днем – что-то никто», – как очень одинокий человек, подумала Кира, стараясь держаться подальше от темных кустов.

– А вам мой дедушка привет передавал, когда уезжал, а вы меня не помните разве? – Сбоку в темноте за Кирой продолжал идти прямо по лужам какой-то человек и с шумным посвистом дышать в ее сторону свежей мятной жвачкой.

– А какое это имеет значение?.. – Тут Кира решила, наконец, взглянуть на собеседника.

– А таксиста мы так и не нашли, ворюга... Это вам, Кирочка, цветы от нас с дедом!

Кира отшатнулась... В темноте букет был скорее похож на куст, а рядом с ней стоял тот самый дедов внук Дима, который неделю назад приехал рано утром и забрал Сафрона Ильича Чумова, «посветив» на Киру двумя фингалами подбитых глаз.

– Ничего, что подсолнухи? – запинаясь, пробормотал Дима. – Это я с дачного участка привез.

– Красивые. И как же ваша свадьба без самогонки прошла, Дима? – с долей вежливой кокетливости спросила Кира, осторожно нюхая самый большой подсолнух.

– А никак. – Внук тяжело вздохнул и придвинулся поближе. – Я к вам уже третий день хожу, только подступиться все боюсь, а сегодня думаю... Эх, была не была!

Киру неожиданно разобрал смех.

– Боитесь... Я такая страшная? Спасибо вам за букет, но я очень спешу, извините, – внезапно смутилась она, вспомнив, что не посмотрелась в зеркало, когда уходила с работы.

– Хорошо, – согласился Дима, разглядывая ее. – А можно, я завтра приду?..

– Спасибо, конечно, но это лишнее! – выпалила Кира, вдруг напрочь забыв, что такое кокетство.

Дима крутанулся на месте...

– Значит, до завтра? – как ни в чем не бывало улыбнулся он. – Не желаете прокатиться?..

Кира взглянула туда, куда смотрел он. Около детской площадки стояла оранжево-желтая «Ока» с ярким логотипом «Пиццы-Хат».