300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

А самолет меж тем стремительно приближается к земле. Летчик с трудом различает на циферблате - 300 метров. Луч фары вырывает из темноты стоянку истребителей. Небольшой доворот - летчик полностью убирает газ и выключает зажигание. "Только бы не взорвались бомбы", - засела тревожная мысль. Достающий до сердца скрежет открытых люков о землю... Все нарастающий душераздирающий шум и тишина... Силы оставили летчика... Подъехала санитарка. Потерявших сознание летчика и штурмана увезли в госпиталь. Ранение у обоих оказалось очень серьезным. Осколки разорвавшегося снаряда попали Рухлядеву в голову - и он сразу потерял сознание. После длительного лечения Фридману и Рухлядеву пришлось распрощаться и с армией, и с авиацией - решение врачей было окончательным.

Самолет к полету готов

Победа в воздухе куется на земле. Летный состав как бы венчает этой победой целую цепь усилий большого количества авиационных специалистов. Ни один самолет не уйдет на боевое задание, пока его тщательно не подготовят на земле.

Прекрасно справлялся в годы войны со своими нелегкими обязанностями технический состав: инженеры, техники, механики, прибористы, электрики, вооруженцы. Эти труженики-умельцы совершали чудеса трудового героизма. Не взирая на бомбежки, обстрелы, непогоду, буквально сутками они не уходили с аэродрома, чтобы вовремя подготовить самолеты к вылету.

Нередко за один день или ночь устранялись повреждения, требующие в обычных условиях несколько суток. В боевой строй героическими усилиями техсостава возвращались самолеты, которые по правилам существовавших тогда наставлений следовало бы списать в утиль.

Вот несколько примеров. В сырую погоду нередки были случаи, когда в полете отказывало самолетное переговорное устройство (СПУ) из-за выхода из строя лампового усилителя. В комплекте запасных ламп такого назначения не оказалось. А без СПУ задание не выполнишь. Инженер по радио инженер-капитан Ф. П. Хамов своим специалистам сказал: "Ломайте, братцы, голову, а усилитель должен работать". Мастер по радио И. З. Черников и электрик 1-й эскадрильи Ф. Д. Двойнишников перебрали сотни отечественных ламп, и нужная замена нашлась. Положительный опыт замены американского усилителя отечественным переняли для себя и другие полки нашей дивизии. Больше отказов СПУ не было.

Вспоминается и такой случай. В дни, когда наш полк прилетел в Софию, части обеспечения еще не подошли. Гостеприимные болгары снабдили нас на первое время всем необходимым: бензином, патронами, бомбами, питанием. Но бомбы были немецкие (немцы при спешном бегстве не успели их увезти), и наши взрыватели к ним не подходили. И самолеты исправны, и бомбы есть, а бомбить не можем. Все специалисты по вооружению искали выход.

Старший техник по вооружению Ф. И. Капралов со своими специалистами сутки прикидывали, рассчитывали, чертили. Наконец Ф. И. Капралов и Б. И. Луговкин решили эту задачу. По их чертежам были выточены переходные кольца и взрыватели подошли к бомбам. Сначала испытали их на земле - отказов не было. Полк вылетел на свое первое боевое задание с Софийского аэродрома на самолетах американского производства, в баках которых было залито болгарское горючее, а в люках подвешены немецкие бомбы с отечественными взрывателями. На корпусах бомб красовалась надпись: "Фашистскими бомбами по фашистским спинам".

На одном из самолетов, вернувшемся с боевого задания, от пожара сильно пострадала электропроводка. На самолете сотни различных проводов, большинство из них протянуты в труднодоступных местах. Спецслужбе первой эскадрильи было приказано - в течение дня заменить перегоревшую проводку. В мирные дни такие работы в полевых условиях не проводились, Группу специалистов возглавил инженер по спецоборудованию С. Д. Исаев. Чтобы выполнить задание в срок, пришлось немало приложить сноровки и выдумки, Каждый провод нужно было аккуратно уложить, закрепить, проверить на проводимость и после этого припаять к нужному прибору. Для этой цели мастера по радио Черников и Ашукин из подручных материалов соорудили низковольтный аккумуляторный паяльник. И дело пошло. К уложенному проводу с одного конца подключали батарейку от карманного фонаря, к другому концу - лампочку. Если лампочка загоралась, провод подсоединяли к прибору (панели). Если же лампочка не загоралась, приходилось укладывать провод заново. Затрудняло работу и то, что в наличии не было схемы электропроводки. Несмотря на сложность, задание было выполнено вовремя. Руки, а у некоторых специалистов, принимавших участие в этой работе, и лицо были в ссадинах и порезах.

В одну из ночей с задания вернулся самолет с заклиненным мотором. Техник самолета В. И. Зверев с механиком Истоминым за день сняли 9 цилиндров, заменили у них поршневые кольца и поставили цилиндры обратно. К вечеру самолет был в исправности. На аэродроме Сомбор у самолета нужно было заменить оба мотора, выработавших ресурс. Даже в условиях военного времени на такую работу обычно уходило 3 дня. Технический состав: Зверев, Безчеремных, Клепач, Потапенко, Пахомов, Истомин, Двойнишников заменили оба мотора за один день.

В один из морозных дней с утра мела поземка, дул сильный пронизывающий ветер. К 10 часам поземка прекратилась. Видимость улучшилась, и в полк поступило распоряжение перелететь на другой аэродром.

Все самолеты уже поднялись в воздух, а летчик Н. Козлов никак не может запустить левый мотор. После нескольких безуспешных попыток Козлов выключил правый мотор и, высунувшись в форточку, обратился к технику самолета М. Борзенкову: "Вскройте капот и посмотрите, почему мотор не запускается. По-моему, что-то со стартером". Догадка летчика подтвердилась: на левом двигателе разрушился электропусковой стартер.

- Что будем делать, командир? - спросил Борзенков Козлова.

- Придется где-то доставать исправный стартер.

- Легко сказать достать, а где? Сколько уйдет на это времени? Да и сможем ли мы вообще его достать? - роились невеселые мысли в голове техника.

Летчик Козлов и штурман Петр Кравченко покинули свои кабины. Посовещались. Прикинули все варианты. Но придумать ничего не могли - мотор без стартера не запустить.

"А что если снять стартер с работающего мотора и поставить его вместо неисправного", - подумал Борзенков.

Свою идею он изложил командиру.

- Попытка - не пытка. Давай попробуем. Терять нам все равно нечего, ответил Козлов. Запущен правый мотор, и техник приступил к работе.

Сильная струя спресованного воздуха от винта пронизывала все тело, обжигала лицо и руки. Кожа рук оставалась на стылом металле. Пальцы одеревенели, не слушались.