300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

Вместе с Аней Черновой, закончив те же курсы, прибыли в полк Аня Козлова и Шура Топчина. Но в полку не хватало вооружейников, и обе девушки осваивают новую для них специальность. Все удивлялись, как эти худенькие девчата вручную подвешивали на самолет стокилограммовые бомбы, да не одну или две, а десятки и сотни за день (ночь), сноровисто и быстро заправляли патронами крупнокалиберные пулеметы. Сейчас они обе живут и работают в Москве.

Укладчицы парашютов Тося Питецкая и Надя Озернова знали, что стоит им допустить в своей работе малейший брак и летчика, покинувшего самолет в критическую минуту боя, ждет неминуемая смерть. И они не ошибались. Много раз шелк, уложенный их руками, спасал жизнь и летчикам, и штурманам, и стрелкам-радистам, и стрелкам.

Когда же выдавалась свободная минута, девчата собирались вместе и в несколько голосов душевно запевали одну из фронтовых песен: "Землянка", "Темная ночь", "Огонек", "Синий платочек", "Катюша".

Лучшего лекарства от тяжелых душевных травм, наносимых войной, чем хорошая песня, было трудно найти. С песней на какое-то время забывалась война, изнурительные бои, гибель друзей. Мечталось о чем-то хорошем, близком, нужном. Вспоминалась мирная жизнь, встречи с любимым человеком. Хотелось воевать еще лучше, чтобы приблизить час, когда советские люди вновь займутся мирным трудом. Уже после войны И. З. Черников напишет:

Нас годы не согнули, не сломили беды,

Хоть сейчас - "По коням!" - и руки на штурвал.

Что с того, что седы мы, что с того, что деды,

И совсем не верится, что бабушка она.

Мы с тобой не молодые люди,

Есть что вспомнить нам, хороший друг,

Юность огневую, дружбу боевую,

Наших боевых подруг.

Последний раз за линию фронта

Было начало мая 1945 года. Полк базировался на полевом аэродроме в 70 километрах юго-восточнее Вены. Буйное цветение природы как нельзя лучше соответствовало нашему хорошему настроению. Мы знали, что дни немецкого фашизма, самого уродливого и мрачного явления в мировой истории, сочтены. И каждый из нас рвался в бой, чтобы своими ударами с воздуха приблизить этот желанный час. Полк много трудился, помогая наземным частям в овладении Веной. Боевые вылеты выполняли не только днем, но и ночью. Бомбили опорные пункты в пригородах Вены, уничтожали вражеские танки, автомашины с грузами и войсками, переправы. Потребовалась наша помощь и войскам 2-го Украинского фронта - нашего северного соседа.

Приказ о нанесении бомбового удара по скоплению железнодорожных эшелонов с войсками и грузами в районе г. Брно (Чехословакия) поступил к нам рано утром. Поскольку полет выполнялся без сопровождения своих истребителей, маршрут проложили с несколькими изломами с тем, чтобы дезориентировать ПВО противника. Трудность задания заключалась в том, что нам незнакома была система ПВО немцев на этом участке фронта. Кроме того, к станции, по которой нам предстояло нанести удар, примыкали густонаселенные жилые кварталы. Нужно было уничтожить вражеские эшелоны, не принося вреда мирному населению. Для этого требовалось с большей, чем обычно, четкостью рассчитать прицельные данные и с ювелирной точностью выдержать боевой курс. И мы понимали, что вся полнота ответственности за выполнение этого задания прежде всего ложится на ведущих группы. Первую группу вел майор Н. Козлов. Ведущим второй группы был наш экипаж.

Но вот подготовка закончена: летчики на своих картах проложили маршрут, насколько позволяло время, изучили предстоящий район полета, выполнили предварительные расчеты. Технический состав подготовил самолеты, опробовал двигатели, вооружейники подвесили бомбы и заправили до полного боевого комплекта пулеметы. Привычно занимаем в кабинах свои рабочие места. Тишина аэродрома наполнилась сильным гулом работающих авиационных двигателей. Выруливаем на старт. По флажку стартера тяжелогруженые бомбардировщики один за другим отрываются от земли. Высота 3000 метров. Вот внизу промелькнула голубая лента Дуная. Справа такой же голубой лентой, только поуже петляет река Морава. Через 15 минут полета за бортом осталась государственная граница мирного времени между Австрией и Чехословакией. В небе пока все спокойно: ни зениток, ни истребителей противника, но на душе от этого не становится спокойнее. Мы по опыту знаем, что ни один боевой вылет не обходится без противодействия со стороны противника.

Прошли первый контрольный ориентир. Второй участок прошли также спокойно: видимо, северо-восточный курс наших самолетов не вызывал особого беспокойства у немцев. Наконец, меняем курс на запад. В утренние часы для нас это было выгодное направление на цель, так как заходили со стороны уже поднявшегося над горизонтом солнца.

Вот внизу ориентир, который на карте обозначен как НБП (начало боевого пути). И тут же впереди справа вспыхнул взрыв зенитного снаряда, за ним другой, третий. Еще несколько томительных секунд - и все слилось в сплошную стену огня и дыма. Самолеты то и дело подбрасывало взрывной волной, словно игрушечные, а не многотонные машины. Но маневрировать уже нельзя - впереди цель. От летчиков требовались большие усилия, чтобы удержать самолеты на заданном курсе. Грязно-серые шапки зенитных разрывов временами скрывают землю. И когда в поле зрения прицела вползают, как спичечные коробки, железнодорожные вагоны, открываю бомбовые люки. Открываются люки и у ведомых. Мысленно прикидываю - 8-10 эшелонов. Когда выбранная точка прицеливания подошла на расчетный угол, бомбы отрываются от самолета. Через несколько секунд на станции среди эшелонов взметнулись огненно-черные взрывы бомб. Вслед за разрывами бомб последовало несколько мощных взрывов - это рвались вагоны с боеприпасами и горючим. Задание было выполнено.

Выйдя из зоны зенитного огня, группа легла на обратный курс. Это был мой юбилейный 300-й вылет. В этот же день 250-й боевой вылет выполнил зам. командира полка майор Н. В. Козлов. Тепло и сердечно поздравили нас с этим наши товарищи и командование. По этому поводу был выпущен специальный "боевой листок". Хотя за давностью лет трудно восстановить его содержание, я твердо помню, что там были только хорошие слова. Последним фронтовым полевым аэродромом нашим был Рэтек-Мужай, расположенный вблизи австро-венгерской границы.

8 мая в берлинском пригороде Карлсхорсте, в штабе советских войск, собрались представители союзных армий. Советское Верховное Главнокомандование представлял прославленный полководец Красной Армии Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Сюда же были доставлены представители командования гитлеровской армии - фельдмаршал Кейтель и другие. В 12 ночи маршал Жуков предложил немецкой стороне подписать акт безоговорочной капитуляции всех вооруженных сил Германии. Кейтель, не глядя на окружающих, подошел к столу и подписал предложенный документ. Но эти подробности мы узнали позднее. Сейчас там музей, и в этом зале осталось все в таком же виде, как и при подписании акта капитуляции.