Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - авторов Коллектив

Кастелян утвердительно хмыкнул. Звук получился громким и резким:

— Да будет так.

Существа атаковали одновременно, двигаясь устрашающе скоординировано. Они сбросили грязные лохмотья, показав искривлённые человеческие тела — у многих оказались дополнительные конечности — с наростами и острыми костями ксено-скелетов. У некоторых они проткнули бледную кожу, сформировав жёсткие экзоскелеты. Несмотря на кривые ноги, они достигли Братьев меча через считанные секунды.

— Уничтожьте их! Уничтожьте их! — закричал проповедник-полукровка. — Они не слуги Императора, они не несут в себе Его свет! Разве вы не чувствуете это? Их души темны!

Аделард наотмашь ударил штормовым щитом, освобождая место для широкого замахамолотом. Четверо мутантов попали под удар и отлетели на сородичей. Навершие молота загудело и разразилось громом, когда он измельчил грудную клетку первого поднявшегося, испачкав кровью сюрко и броню. Остальные отступили, споря или сцепившись со своими товарищами, рыча и огрызаясь, как собаки. Большинство вообще не умели говорить.

— Убейте их! Убейте их! Очистите часовню! — закричал кастелян. — Без пощады! Без сожалений! Без страха!

Часовня отозвалась воющим эхом умирающих гибридов. Разрушительные поля гремели и потрескивали, рассекая плоть. Ролан шагнул вперёд и выпустил струю пламени из тяжёлого огнемёта. Твари горели и визжали. За полсекунды авточувства терминаторов дали компенсацию на ревущий жар и свет, существа обратились в бегство. Маллас залязгал за ними в огонь, но они были быстрее и оторвались.

Раненые прихожане что-то невнятно бормотали на полу, пытаясь подняться на переломанных ногах.

— Убейте их всех, — приказал Аделард.

— Нечестивого не оставляй в живых, — отозвались братья.

Кастелян направился вперёд. Проповедник демонстративно оставался за кафедрой, не обращая внимания на вспыхнувшие драпировки на грязных стенах. На алтаре за его спиной лежала высокая куча костей — жертвы богохульного видения Императора.

— Мы приносим свет во тьму, — произнёс кастелян. Было ясно, что перед ним не человек, а гибрид, как и его паства. Ксено-происхождение безошибочно угадывалось по бороздкам на носу и абсолютно безволосой коже. — Отведи меня к своему Императору, чтобы мы принесли свет и ему.

Проповедник с ненавистью смотрел на Храмовника. Он улыбнулся, показав кривые гнилые зубы. — С удовольствием, брат. Только это тебя духовно очистят, и ты почувствуешь его свет внутри. — Ксено-глаза уставились на фонарь веры, свисавший на цепи с пояса Аделарда. — Истинный свет.

Проповедник отошёл от кафедры. Он спокойно направился к боковой двери часовни. Терминаторам пришлось поспешно пригнуться, чтобы пройти за ним.

— Он ведёт нас в засаду, — предупредил Маллас.

— Да, — согласился кастелян.

Нечеловек привёл их в катакомбы. Громадные курганы из костей занимали главенствующее место в просторном зале. Высокие пирамиды-каирны сложили из мертвецов, их стены украшали узоры из трубчатых костей и рёбер, тазы и черепа разместили сверху.

Тут покоилась истинная паства Императора, похороненная здесь за её верность, но место последнего отдыха оказалось осквернено.

В середине зала расчистили широкую площадку, повалив и разбросав каирны. В центре соорудили примитивное гнездо, из костей сложили грубое подобие стула, который драпировали фрагментами позолоты, вырванными из священных книг, механизмов, памятников и одеяний святых. В этой колыбели из костей и сокровищ сидела на корточках ксено-тварь неизмеримого возраста и размера, скрестив на груди две пары длинных рук — одни широкие и жилистые, другие с тремя когтями. Её хитиновый панцирь был тёмно-тёмно-красным, кожа бледно-белой и потрескавшейся, как кора.

— Император Человечества, — с приглушённым почтением произнёс нечеловек. — Лорд Империума на своём золотом троне. — Ксено-глаза проповедника заблестели, и он поклонился.

Он погиб первым, Аделард распылил его деформированный череп одним могучим ударом.

— Вот сердце порчи! Убейте его! — проревел он. — Укрепите свои души, братья, такие как он — могучие колдуны!

— Отринь колдовство! — откликнулись остальные.

Древний генокрад встал. Из теней и с вершин груд костей показались его сородичи. Десятки чистокровных, хотя ни один не мог сравниться со своим повелителем ни размерами, ни злобным разумом, светившимся в ненавидящем пристальном взгляде.

Повелитель выводка лязгнул чёрными зубами. Кастелян почувствовал давление на разум.

Он воспротивился, черпая силы в вере в Императора. — Не дай мне дрогнуть, повелитель. Не дай мне потерпеть неудачу”, — взмолился Аделард. Астартес почувствовал во рту кровь. Руки и ноги дрожали. С могучим усилием он вышвырнул оскорбительное присутствие существа из своей души. — Прочь! Прочь! Прочь! Во имя Императора! — закричал Храмовник. Он с трудом двинулся вперёд, задевая гигантскими ботинками спутанные кости. Повелитель выводка ждал его, не сводя злобного взгляда.

Ролан окатил катакомбы огнём, воздух наполнила едкая вонь горящей плоти. Эрк сражался против пары генокрадов, блокируя когтями их невероятно быстрые атаки. Годвин ударил существо в бок, противник зашатался, из расколотого панциря брызнула тёмная кровь. Маллас прикончил мутанта, который набросился на него с вершины костяного кургана, пронзив тварь в воздухе и отшвырнув в сторону. Затем повернулся и разрубил другого пополам одним ударом. Третий погиб, едва дотянувшись до него, но ещё два генокрада прыгнули на Храмовника и терминатор пошатнулся под их весом. Эрк отреагировал на угрозу брату: он выпотрошил одного из своих противников и отшвырнул второго обратным свингом, затем направился к Малласу и прикончил одного из царапающих броню существ, только для того, чтобы развернуться и встретиться сразу с тремя.

Тем временем Годвин неумолимо продвигался вперёд и удалился от Ролана. Надёжно защищённый волнами огня от атак с тыла Годвин мог без помех размахивать громовым молотом в авангарде. Его щит потрескивал снова и снова, когда он отбрасывал визжащих генокрадов. Он не потратил впустую ни одного движения, нанося удары молотом только наверняка. Оглушительные взрывы силовых полей перекрывали какофонию битвы. Братья кричали, радуясь битве. Маллас затянул Ликование Императора, остальные подхватили песню.

Аделард выругался. Пол был так густо завален костями, что даже в терминаторской броне было тяжело двигаться. Яростный болезненный крик прорвался сквозь гимн Братьев меча. Резкий скачок жизненных показателей Ролана показал, что он ранен. А затем раздался оглушительный взрыв, когда космический десантник отомстил нападавшему силовым кулаком. Брызги плоти разлетелись во все стороны.

Но у кастеляна не было времени обращать внимание на бедственное положение Брата меча, и он не стал это делать. Его ждал достойный противник, и он стремился испытать своё мужество в схватке с ним.

— Я — Аделард, кастелян Чёрных Храмовников, рыцарь Императора Терры, — он направил молот на повелителя выводка. — Я вызываю тебя.

Ксенос склонил на бок вытянутую голову. Его отвратительное лицо исказило рычание, возможно, он смеялся. Монстр стоял, возвышаясь над космическим десантником. Аделард приготовился защищаться, пригнувшись за штормовым щитом.

Повелитель выводка атаковал с такой скоростью, что его когти казались размытыми. Храмовник блокировал щитом, энергия сердито вспыхнула от удара. Он контратаковал, но противник легко уклонился, его нечеловеческие рефлексы превосходили возможности космического десантника. Руки метнулись вперёд и схватили щит. Одна соскользнула, но другие зацепились, длинные чёрные когти разрезали керамитовый крест Храмовников. Не сумев освободить щит, Аделард парировал следующую атаку навершием молота. Генераториум доспеха сердито загудел от напряжения.

Громко взревев, кастелян вырвал щит, шагнул назад и споткнулся о мешавшиеся под ногами кости. Он устоял благодаря саморегулированию равновесия терминаторской брони и крепко врезал щитом по морде предводителю генокрадов, когда тот снова атаковал, блокируя щитом и парируя молотом. Но в защите Храмовника появилась брешь, и в неё устремился коготь. Аделард повернулся и принял его на толстый наплечник, заворчала обратная сенсорная связь, когда когти ксеноса оставили глубокие царапины на броне. Кастелян яростно повёл плечами, отведя их в сторону. Отбросив щитом широкие руки предводителя выводка, открыв для атаки его лицо, и ударил громовым молотом вверх, целясь под подбородок.

Разрушительное поле отреагировало под стать мощи удара. Астартес вложил в атаку все свои силы и силу доспеха. Раздался громкий треск искусственного грома. Голова генокрада откинулась назад. Тварь завизжала, когда её челюсть сломалась и повисла.