"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

Как?

Хер знает. Но есть у меня ощущение, что лагерь умнеющих орков опасен куда больше, чем кажется. Весь мир будет смотреть в нашу сторону. На наш растущий зеленый член, анакондой обвивающийся вокруг всего Варгарона. О, вот и герб придумал.

Орки и гномы стали копать фундамент для будущей кузни. Люди ковырялись в своем топинамбуре. Блюм вцепился в лапу мечущегося по лагерю Усика. Дети развлекались. Четверо лучников постоянно дежурили на скале.

— И где вампир? — встревоженно спросил я Улук-Урая.

— Кто же знает, молодой вождь. Она приходит, когда ей изволится. Я с ней беседу вел единожды. Тогда она пообещала, что проблем от нее не будет. И так оно и есть. Вчера детей считали. Только двоих не хватило.

Видимо глухой стук удара челюсти о землю развеселил шамана.

— Шучу, Трайл, шучу. Прости старика. Не смог удержаться.

Я заморгал глазами:

— Ты с каких пор шутить научился, уважаемый шаман?

— С тех пор, как стал первым шаманом «Зеленых Анаконд».

— Мда-а-а-а…

Меняются орки быстрее, чем я думал.

Я навестил Катарсию. Та не отставала от плодов топинамбура. Дрек поначалу хмурился, а потом не выдержал:

— Прошу вас, сударыня, не надо, — взвыл он над очередным почерневшим корешком. — Это семенные плоды. Их очень немного, и тяжело искать. Подождите, когда будет первый урожай, сталбыть.

— У вас много, — завибрировала языком Катарсия. — Мне надо понять. Как так? Откуда столько в одной материи? Смотри, какая энергия. Она протекает в этом канале. Обтекает седьмую волну. Задевая изгибы северного контура. О да…

Последнее «О да…» она сказала так страстно, что я невольно отреагировал. Кожаная попка, блин.

— Как ты? — хмыкнул я. — Адаптируешься к обществу орков?

— Мясо, — коротко ответила она.

— Что? — удивился я немногословности.

— Зеленое мясо. Эльфы — серое. Люди — белое. Какая разница. Есть душа, есть мясо. Ничего нового. Обычно.

— Э.

Катарсия — не совсем тот эльф, которого я хотел бы видеть в общей эльфийской массе своего поселения. Больно уж нетипичная.

— Нужно больше эльфов, — пробубнил я.

Эльфийка не задумывалась ни секунды:

— Забери азуров. Им деваться некуда.

Даже не знаю. Я, конечно, не притесняю по признакам, но разве они не поголовно слабаки? Это нас может подкосить.

Я выразил свое сомнение Катарсии.

— Ты же сам рассказывал, что умеешь, — пожала она плечами. — Верни им магию. Увеличь шаакле. Они будут верны тебе до последнего вздоха.

Все это она говорила, ковыряясь в гнилых корешках топинамбура.

— Что? Как? Я не умею, — опешил я. — Если я переселюсь в них, то уменьшу свой. Скольких я восстановлю? Троих? Пока сам не превращусь в азура?

— Достаточно увеличить одному.

— Что?

— Только одному.

— Не понимаю.

Катарсия вздохнула.

— Покажи, на что ты способен. Они будут служить тебе. Ради того, чтобы стать следующим, кого ты спасешь. Понимаешь меня, вождь Зеленых Анаконд?

Коварная. Страшная. Женщина.

Я помолчал. Да, это очень хорошая идея. А еще есть порочные. Гениальные, сильные, но изолированные по дебильным причинам.

Ладно, сейчас о наболевшем:

— Там одного орка сильно задело. Мы идем пиз… уничтожать гоблинов. Ты вроде с нами хотела.

Топинамбуры резко полетели в сторону.

— Идем! Матка! Ура! Быстрее. Нельзя терять времени. Так, отлично. Как же хорошо… А ты хорош, вождь. Хорош. Надо будет заняться с тобой любовью.

Челюсть заболела. Больно часто сегодня отваливалась.

Вспомни говно — вот и оно.

Дети-стрелки на скальной возвышенности азартно гоготали под чей-то поросячий визг. Я не сразу понял, что происходит. Потом забрался на специальные леса деревянной стены. Одичалый гоблин носился в отдалении. В заднице у него торчала толстенная стрела. Он пытался покинуть ровную полянку и убежать в лес. Стрелы торчали в земле то там, то сям. Вот ведь косые. Столько израсходовали боеприпасов, а попали единожды. Эх, один Эльдарион, как лучник, стоил сотни орков-стрелков.

— И нахрена он сюда полез? — спросил я сам себя, отковыривая от лица остатки паутины «целебника». — Тупой что ли?

Мне повезло. Сначала думал, что глаз пропал. Но, видимо, я тогда чересчур обосрался обилию крови на лице. Оказывается, все нормалёк. Только останется огромный шрам поперек лица. Рана не кровоточила и покрылась корочкой. Круто.

— Вообще-то, да, — послышался снизу голос Катарсии. — Они глупы. Не сильно умнее камня. Наверное, на уровне муравья. Нет. Жука-навозника.

— А ты их не особо ценишь, да? — хмыкнул я. — И не сказал бы, что Усик с Драником-та прямо камни.

— О, нет! — коварно улыбнулась Катарсия алыми губками. — Обожаю гоблинов. Хорошие. Послушные. Мягкие, — на этих словах меня передернуло. — Приятные. А мои гоблины особенные. Я над ними работала десятилетиями. У них даже наемные учителя были. Развивали то, что можно развить.

В мелкого засранца наконец-то попали. Прямо в спину, пробивая легкие и сердце. Гоблин упал, завизжал, задергался. И резко затих. Дети на скале торжественно взревели.

— Грац, грац, — поморщился я от орочьей радости. — Кстати, Кать. Спросить хотел. Ты что, губы красишь?

— Ну да. Красиво? Люблю красный. Он как кровь. А кровь таит много тайн…

— Мне, конечно, пофиг. Но чем ты красишь? Не помню, чтобы мы покупали тебе… что-то.

Если скажет кровью — выгоню. Нет. Трахну и выгоню.

— Кармин, — улыбнулась эльфийка. — Жуки мелкие. Толченые.

Лучше бы кровь. Если что — никаких поцелуев.

К вылазке на гоблинов орки отреагировали без особого энтузиазма. Зевая и почесывая задницу. Гоблинов они не считали достойными своих воинских умений. Некоторые откровенно бурчали, что их заставляют заниматься такими недостойными делами.

С большим трудом, но меня убедили, что весь клан брать не надо.

Со мной пошли Катарсия и четыре орка: Горец, Дрын, Бом и Гым. Улук-Урай предложил взять только братьев. Но тут я совсем очканул и настоял на подкреплении.

Логово пакостников оказалось в получасе ходьбы от нашего поселения. Просто куча мусора — ветки, камни, кости, пластиковые бутылки. По крайней мере, выглядело это как миниатюрная Александровская свалка.

— Странное логово. Нетипичное. Как интересно, — возбудилась Катарсия.

— А мне что-то не очень интересно, — поморщился я. — Что будем делать?

— А что с ними делать-то. Это же гоблины, — зевнул Дрын.

Самый ленивый из всех, кого я встречал. У него даже шрамов меньше, чем у остальных. Шаман настаивал, чтобы я взял его с собой. Мол, отправь его вперед. Если помрет — меньше всех жаль.

Дрын оперся о свое копье. Обычно орки орудуют большими мечами или топорами. Но этому было лень. Так, ткнуть на расстоянии и все — дело сделано. Можно отдыхать.

— В смысле «это же гоблины»? — удивился я.

— Спалим, вождь, — ответил за лентяя Горец. — Выкурим.

Этот немногословный орк с молотом на спине был бойфрендом нашей «рабыни Изауры». Они вечно ходят под ручку, любуются закатами. Девушка приносит ему воды, когда тот работает. А он вечерами помогает ей стирать одежду в речке. Идиллия и символ «любви без границ».

Катарсия завелась:

— Нет! Нельзя! Убью! Там матка. Лезьте внутрь!

— Куда внутрь? — вылупился на нее Бом. — Толстый орк. Худой лаз. Тесно. Даже эльфцу не лезть.

— ЛЕЗТЬ! — взвизгнула Катарсия.

— Че орать? — гыкнул Гым. — Бери и лезть! Ты — палка! Как раз.

— Я палка? Это я-то палка? — всполошилась эльфийка. — Ах ты орк-вонючка! Да меня считают красивее самой Астарии! Ты посмотри на это…

Сжала руками грудь.

— На это!

Повиляла бедрами.

— А волосы?!

Расправила пышную шевелюру.

Бом и Гым оценили каждый ее жест со знанием дела:

— Че думать, Гым?

— Худой эльфец.

— Палка.

— Да. Не отличить мужик от баба.

— Эльфец же, — повторил Бом и пожал плечами.

Синяя нестабильная энергия окутала разъяренную Катарсию.