Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

для установки плит уже назначен, и я очень прошу вас, господин ученый, поспешить и отправиться вместе со мной.

– Но ведь я могу только писать иероглифы и переписывать книги, – сказал на это Сяо Жан. – А больше я ни к чему не пригоден. И если вы собираетесь устанавливать каменные плиты, то необходимо пригласить и резчика по камню.

– У меня есть еще пятьдесят лян серебра, – промолвил Дай Цзун, – и я должен пригласить в монастырь знаменитого резчика по камню господина Цзинь Да-цзяня. Не откажите в любезности указать мне, где он живет. Я найду его, и мы вместе отправимся в путь.

Получив пятьдесят лян серебра, Сяо Жан пошел с Дай Цзуном к резчику Цзинь Да-цзяню. Едва они миновали храм Конфуция, как Сяо Жан поднял руку и, указывая вперед, произнес:

– Вон как раз идет наш знаменитый резчик по камню, – и, окликнув Цзинь Да-цзяня, познакомил его с Дай Цзуном и рассказал, по какому делу пришел из монастыря Тайаньчжоу этот монах. – Этот почтенный отец, – закончил он, – принес нам по пятьдесят лян серебра и предлагает пойти вместе с ним, чтобы выполнить там необходимую работу.

Увидев серебро, Цзинь Да-цзянь очень обрадовался. Затем каллиграф и резчик пригласили Дай Цзуня в кабачок, чтобы угостить его вином и скромно закусить.

Передавая Цзинь Да-цзяню пятьдесят лян серебра на расходы для его семьи, Дай Цзун снова напомнил:

– Предсказатель уже выбрал счастливый день для начала работы, и я очень прошу вас, почтенные господа, сегодня же отправиться вместе со мной.

– Сегодня слишком жарко, – возразил на это Сяо Жан. – Мы все равно много не пройдем и вряд ли доберемся до ближайшего ночлега. Лучше завтра встать до рассвета во время пятой стражи и тронуться в путь, как только откроются городские ворота.

– Вот это правильно, – поддержал его Цзинь Да-цзянь.

Договорившись так, они разошлись по домам, чтобы приготовиться в дорогу. Сяо Жан оставил Дай Цзуна ночевать у себя.

На другой день во время пятой стражи Цзинь Да-цзянь с узелком в руке подошел к дому Сяо Жана, и они все втроем тронулись в путь и вышли из города. Пройдя десять ли, Дай Цзун сказал своим спутникам:

– Я не смею, почтенные господа, слишком торопить вас. Вы можете идти и не спеша. Но я должен предупредить именитых жителей нашего города, чтобы они приготовились достойно встретить вас.

С этими словами он ускоренным шагом двинулся вперед, а каллиграф и резчик со своими узелками продолжали путь не торопясь.

Так они прошли около восьмидесяти ли, как вдруг около полудня впереди послышался разбойничий свист, и со склона горы на них ринулась шайка удальцов. Разбойников было человек пятьдесят, и вел их Ван Коротколапый тигр, который орал на ходу:

– Кто вы такие? Куда идете? Ну-ка, удальцы, взять их! Выньте у них сердца и приготовьте закуску к выпивке.

– Мы идем в монастырь Тайаньчжоу, чтобы сделать там в храме каменные плиты. У нас нет с собой ни полушки. В узлах только по одной смене одежды, – сказал тогда Сяо Жан.

– А нам не нужно ни ваших денег, ни одежды, – отвечал Ван Коротколапый тигр. – Нам нужны сердца и печень таких умных людей, как вы, чтобы приготовить закуску к вину.

Тут Сяо Жан и Цзинь Да-цзянь рассердились, вспомнили свое искусство владеть оружием и с палицами в руках бросились на Коротколапого тигра. А тот в свою очередь, взмахнув мечом, бросился им навстречу. После семи жестоких схваток Ван бежал. Победители собрались было преследовать его, как вдруг с горы послышались удары гонга, и с левой стороны показался Сунь Вань Бог-хранитель, живущий в облаках, а справа – Ду Цянь Достающий до небес. За ними следовал белолицый Чжэн Тянь-шоу. Каждый из них вел за собой отряд человек в тридцать, и они все разом бросились на Сяо Жана и Цзинь Да-цзяня. Захватив их в плен, они вернулись в лес и там сказали им:

– Вы, почтенные, можете не беспокоиться. Мы действуем по распоряжению нашего начальника Чао Гая. Он приказал нам встретить вас и просить присоединиться к нашему стану.

– А какая вам польза от нас? – спросил Сяо Жан. – Ведь наших способностей не хватит даже на то, чтобы связать курицу. Мы способны только есть.

На это Ду Цянь отвечал:

– Во-первых, наш военный советник господин У Юн хочет познакомиться с вами, а во-вторых, нам известно, что вы искусны в обращении с оружием. Поэтому к вам и послали Дай Цзуна, чтобы он пригласил вас.

Эти слова так изумили Сяо Жана и Цзинь Да-цзяня, что они только молча переглядывались. Тем временем все подошли к кабачку Чжу Гуя, и здесь в честь прибывших было устроено пиршество. Вскоре за ними пришла лодка, и они отплыли к горе, где находился стан разбойников.

В стане познакомились с Чао Гаем, У Юном и другими главарями; во время торжественного пира им сказали, что необходимо написать ответ начальнику области от имени его отца-сановника Цай Цзиня.

– Вот поэтому-то мы и решили просить вас, почтенные господа, присоединиться к нашему стану и вместе бороться за справедливое дело, – закончил У Юн.

Выслушав это, Сяо Жан и Цзинь Да-цзянь сказали:

– Мы не против того, чтобы быть с вами. Но беда в том, что дома у нас остались семьи, и им плохо придется, когда власти узнают, где мы находимся.

– Об этом, уважаемые братья, вы можете не беспокоиться. Завтра с рассветом все уладится.

Весь этот день они пировали. А на следующее утро пришли удальцы и доложили, что все доставлены на место.

Тут У Юн, обращаясь к Сяо Жану и Цзинь Да-цзяню, сказал:

– Ну, почтенные господа, можете встречать ваши семьи.

Сяо Жан и Цзинь Да-цзянь ушам своим не поверили. Но они пошли вниз по склону и на полдороге увидели, что на нескольких носилках несут их жен и детей. В изумлении они стали расспрашивать своих, как все случилось, и услышали следующее:

– Вскоре после вашего ухода к нам пришли с носилками вот эти люди и сказали: «Ваши мужья сейчас лежат в гостинице за городом, так как их поразил солнечный удар. Они послали нас за вами, чтобы вы поскорей пришли к ним на помощь. Когда они вынесли нас из города, то больше не позволяли сходить с носилок и доставили прямо сюда.

Обе семьи говорили одно и то же. Сяо Жан и Цзинь Дацзянь не проронили в ответ ни единого слова. Теперь они потеряли всякую надежду возвратиться домой, и им оставалось только заняться устройством своих семей в