Разыскивается живым или мертвым. Том 2 - Геннадий Борчанинов

достал из кармана и вновь приколол звёздочку на грудь. От взора Билли Хейза это не укрылось.

— Помощник маршала, да? Которого? — спросил он.

— А между ними есть разница? — хмыкнул я.

— Конечно! С какими-то можно договориться, с какими-то — нет, — произнёс он с таким видом, будто уже схватил удачу за хвост и всё порешал. — С большинством можно. А шибко принципиальные быстро уходят на пенсию, в деревянном смокинге. Вот и решай. Договоримся мы с тобой, помощник, или с твоим боссом.

Я только хмыкнул в ответ. Везти его к Милтону я не собирался, путь неблизкий, да и в Эль-Пасо мне пока лучше не появляться. Сомневаюсь, что маршал Милтон стал бы марать руки взяткой от этого типа. И я тоже не стану.

Мы наконец добрались до того места, где я оставил Ниггера. Жеребец мирно общипывал травку, но когда увидел меня на другой лошади, ревниво фыркнул. Я спешился и отвязал его, радуясь, что никто не набрёл на это место, пока я шатался по округе. Бесхозный конь непременно стал бы чьим-то счастливым приобретением.

Гнедого жеребца я расседлал и тоже отпустил, а сам пересел на вороного. Мы повернули на запад.

— Вот оно что, — рассмеялся Хейз. — В Канзас-Сити мы, значит, не едем?

— Разве я говорил хоть что-то про Канзас-Сити? — спросил я.

Билли Хейз помрачнел, прокручивая в голове весь наш диалог. Понял, что он сам упомянул Миссури, Канзас-Сити и всё остальное, выстроив план, которому не суждено сбыться.

— Мы едем в Додж-Сити, — глухо произнёс он.

— Догадливый, — сказал я.

— У меня руки онемели, — сказал он.

Явно замыслил что-то ещё. Ну, дураков нет.

— Потерпишь, — отрезал я.

— Я знаю шерифа Додж-Сити. Тебе влетит за то, что ты доставил меня в таком виде, — сказал он.

— У меня в листовке написано «живым или мёртвым», Билли Хейз, — сказал я. — Ни слова про раненых, побитых или смертельно оскорблённых. Или ты хочешь, чтобы я пристрелил тебя прямо здесь? Свои деньги я всё равно получу.

Хейз мгновенно заткнулся, вновь начиная сверлить меня злым взглядом.

— Ты покойник, — спустя минуту он вновь перешёл к дешёвым угрозам.

— Ещё одно слово, и я вколочу тебе в рот кляп вместе с твоими зубами, — миролюбиво предупредил я.

Подействовало. Он, кажется, уже понял, что шутить со мной не стоит.

Вскоре мы вышли на дорогу к Додж-Сити, впереди показались очертания городских крыш, нам начали попадаться прохожие. Снова глазели и перешёптывались. Хейза, кажется, узнавали в лицо. Я на всякий случай достал винчестер и ехал с ним наперевес, всем своим демонстрируя угрозу.

Глава 16

Билли Хейз до самого конца не мог поверить, что я всё-таки сдам его законникам, но я это сделал безо всякого смятения. Его бросили за решётку, в подвал, в одиночную камеру, а мне здешний шериф, ухмыляясь в длинные усы, выписал чек на две тысячи долларов. Ещё пять сотен я мог получить у железнодорожников, и я непременно воспользуюсь такой возможностью.

Никаких претензий за состояние Хейза мне не предъявляли, наоборот, крепко пожимали мозолистую руку, поздравляли и спрашивали, как меня зовут. Событие всё же неординарное, не каждый день в город привозят одного из самых опасных преступников Канзаса и сопредельных территорий.

От предложенной выпивки я отказался, хотя шериф налил довольно дорогого виски. Я сунул чек в бумажник, планируя обналичить его в каком-нибудь банке Денвера, распрощался с местными законниками и уехал. Судьба Билли Хейза меня нисколько не волновала, присутствовать на казни или судебном слушании я не собирался, у меня хватало и других дел. Например, посетить наконец территорию Колорадо.

Настроение было приподнятым, с деньгами в кармане даже солнце теперь светило ярче. Я проехался до корраля, где меня ожидала Паприка, забрал кобылу оттуда, а мустангов, не торгуясь, продал тамошнему конюху.

Время близилось к вечеру, но конторы ещё работали, и я отправился к железнодорожной станции. Внутри молодой скучающий клерк за решётчатым окошком читал книжку. Пришлось кашлянуть в кулак, чтобы привлечь его внимание.

— А? Да? Чем могу помочь? — встрепенулся он, пальцами потирая глаза, будто спал, а не читал.

— Я слышал, железнодорожники объявили награду за Билли Хейза. Он с бандой ограбил поезд, — сказал я.

— А, «Канзас Пасифик», — кивнул парень. — Да, слышал.

— Как бы мне денежки за него получить? — спросил я.

— Это либо в Эллсворте, либо в Денвере, — пожал плечами он. — В их офисах.

— А здесь? — нахмурился я.

— А здесь «Железные дороги Атчисон, Топека и Санта-Фе», — сообщил клерк, указывая на одну из вывесок.

Я сперва не понял, в чём дело, но потом вспомнил, что железные дороги здесь принадлежали частным компаниям, самым разным, и единой системы железнодорожных перевозок тут не было. Они, конечно, взаимодействовали между собой, но это чаще были отношения конкурентов, а не коллег, и конкуренция шла довольно жестокая.

— Ясно. И как мне добраться до Денвера? — спросил я.

— Есть два пути, по времени примерно одинаковые, но цена разная, — сказал парень. — В первом случае просто придётся немного проехаться самому.

Я развёл руками, мол, рассказывай, не стесняйся.

— По нашей железной дороге на запад, до Сарджента. Дальше дороги пока нет, там придётся пересесть на дилижанс. Если будут свободные. Ну, или ехать верхом, — сообщил он.

Ожидаемо. Далеко не везде железка успела протянуть свои стальные сети.

— Или поехать назад, на восток, до Эмпории, а там пересесть на поезд до Джанкшен-Сити, а оттуда уже напрямик в Денвер, — сказал клерк.

Чем-то это напоминало поездки на метро, когда нужно сесть на одну ветку, доехать до кольцевой, перейти на другую станцию, и так далее. Только здесь вместо скоростных поездов метро небо коптили стальные чудовища с огромными паровыми котлами.

— Я, пожалуй, проедусь до Сарджента, — задумчиво произнёс я. — Только у меня две лошади.

— Вагон для животных есть, оплачивается отдельно, — сказал парень.

Ему, кажется, не терпелось вернуться к чтению книги, а я его отвлекал своими расспросами.

— Отправление завтра в девять утра. Вечерний уже ушёл, — сказал он, оформляя билет.

— Понял, благодарю, — сказал я.

Вагон я выбрал первого класса, лучший из возможных, чтобы не соседствовать с неграми, китайцами, реднеками и вообще разного рода