Гавайская история - Надя Лоули

Барб, подпрыгивая и скуля, принялся облизывать Мишку. Ну вот, наконец я вас нашел! Что же вы меня бросили одного?

С любопытством подоспела остальная публика и в изумлении застыла, наблюдая мизансцену с картины Репина «Не ждали». Потом расступилась, освобождая узкую протоптанную тропинку в снегу, по которой медленно и неуверенно приближалась Ветка. А затем, сообразив, что к чему, гости хитро переглянулись и, словно ничего не случилось, подхватив «Санта-Клауса-Деда Мороза», детей и чемодан, так же дружно исчезли, как появились.

Ветка и Юра остались одни.

— Я подумал, что вам с Майклом не хватает Барба…

Юрий замолчал, а потом, увидев счастливую улыбку на уставшем лице Светланы и слезы, блеснувшие из-под прикрытых глаз, подошел совсем близко к Ветке и прижал ее к себе:

— Я люблю тебя!

— Милый мой соседушка, я так ждала тебя!

— Ланка. — Юрий взял Веткину руку.

Она дрожала всем телом.

— Юра, как ты нас нашел? — Ветка заплакала совсем беззвучно.

Тут господин Верховский понял — самое время!

— Лана!

И на холодный пальчик, жестом фокусника в цирке, было надето блеснувшее в темноте колечко.

Из сада донеслись хлопки — это открыли шампанское.

А через минуту Ветка и Юрий уже бежали, взявшись за руки, к столу, где собрались самые близкие друзья, которые встретили их радостными криками.

— С Новым годом! С новым тысячелетием!

И наступивший год серпантинной лентой обвил летящую в вечность планету. И тут все собравшиеся в доме Розы и Паскаля поверили, что в новогоднюю ночь с нами действительно случаются чудеса и новогодняя сказка может завершиться счастливым финалом.

СЕМЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Горная цепь, покрытая тропическими лесами, и прекрасный пляж с шелковистым песком и белыми кораллами простирались перед взором трех женщин. Они стояли на балконе номера люкс отеля «Шератон».

— Надо же, куда нас занесло! — выдохнула Ветка.

— Ирка, помнишь, как мы к Розе в «Гименей» пришли?..

— И кто бы сказал тогда, что с нами приключится… — лирично протянула мадам Линьяк.

Подруги замолчали на мгновение, перед глазами у каждой промелькнула целая жизнь. Да уж, действительно, клубок жизненных коллизий был разношерстным и спутанным.

Ветка с Юрой переехали в Гонолулу — столицу Гавайев. За тем, первым отелем последовали новые, образовалась целая сеть. Разросшийся бизнес требовал постоянного внимания, и все же время от времени им удавалось сбежать в Нью-Йорк. Там они бродили по выставкам, смотрели театральные новинки и вообще наслаждались одиночеством вдвоем в своей манхэттенской квартире. Подросший Майкл-Мишка учился в престижной частной школе, а свободное время проводил в компании бабушки и дедушки. Два года назад Ветка наконец уговорила родителей покинуть Рязань. Барб, постаревший, растолстевший (борода стала совсем серебристой), до сих пор был уверен, что как старший брат Майкла имеет право руководить всем семейством.

Ветка рассказала подругам, что недавно ездила в Сан-Франциско. Заглянула в магазин «Теремок».

— Да ты что! И как твой неистовый поклонник? Еще жив?

— Жив… Еще как жив!

И Светлана, смеясь, поведала, что Илья Борисович женился на Людмилке и полностью передал ей бразды правления! А Людмила — молодец! Магазин процветает, хозяйка благоухает, все как положено.

Роза, опасливо покосившись на солнце, пересела в тень и подхватила:

— Да, молодцы наши русские бабы! На таких вот «людмилках» держится земля русская, а их носит по белу свету… Не от хорошей жизни ведь носит!

Тут Ирка, тоже пересевшая под тент, возмутилась:

— Бабаевна, ты когда последний раз была в России?

Роза пожала плечами.

— Вот и нечего говорить!

И Ирина принялась доказывать подругам, как в России все изменилось и как там замечательно! Вот уже семь лет они живут в Москве. Ваня работает в международном банке, открытый Иркой салон цветов прославился на всю столицу. Цветы им поставляют из Голландии. Белочка учится в русской школе, а на каникулах с неохотой посещает свою историческую родину. «Настоящая Изабелла Ивановна!» — закончила свой рассказ Ирка.

Мадам Розали Линьяк не удержалась и тоже похвасталась:

— Ой, а я, девочки, совсем с ума сошла! Глядя на вас, таких деловых, раззавидовалась и тоже занялась кое-чем! Надоело сидеть за городом! Машину теперь вожу, на права сдала! — И она поведала изумленным подругам, что открыла брачное агентство…

— Брачное агентство? — Ирка с Веткой даже подпрыгнули на месте. — Не может быть!

— Может, может… — засмеялась Роза, довольная такой реакцией подружек. — А то вы мне — бизнес, отель, магазин… А я чем хуже?

— Ну ты, Роза, даешь стране угля! Давай рассказывай, неужели теперь французских красоток пристраиваешь?

Роза выдержала паузу и, подняв палец кверху, торжественно продекламировала:

Есть время природы особого света,Неяркого солнца, нежнейшего зноя.Оно называется — бабье лето…

Ветка с Иркой засмеялись, как когда-то прыскали от смеха Танечка и Леночка в ответ на декламацию пушкинских стихов о Гименее, а Роза с укоризной в голосе сказала:

— Это, между прочим, стихи Ольги Берггольц. И мое агентство называется «Бабье лето»! Посудите сами, девочки, молодые красотки и так себе мужей найдут, а что делать пенсионеркам прикажете?

— Каким еще пенсионеркам? — Физиономии у подруг вытянулись от удивления.

— Как каким? Французским! Знаете, что во Франции самая высокая продолжительность жизни в Европе? Особенно у женщин! В среднем они живут восемьдесят три года!

— А при чем тут брачное агентство? — Ирка, широко раскрыв глаза, изумленно смотрела на Розу.

— Уж не хочешь ли ты, дорогая, сказать, что сватаешь французских старушек? — воскликнула потрясенная Ветка.

— Вот именно, хочу как раз об этом рассказать…

— Не может быть! — опять в два голоса завопили подруги.

И Роза, под непрерывные комментарии и смех подружек, рассказала, как она познакомилась с новой соседкой по дому, которая была вдовой. В свои шестьдесят пять симпатичная, здоровая и активная мадам изнывала от тоски. Дети выросли и разлетелись по свету, и она сходила с ума от одиночества.

— Так вот, не поверите, я нашла ей жениха!

— Ну, Розка, ты гениальная сводница! — с восхищением провозгласила Ира.

— Да знаю и без вас! — самоуверенно кивнула Роза.

— Ну слушайте. — Она выдержала паузу.

Подруги ерзали от нетерпения:

— Где ж ты взяла ей жениха?

— Дядя моего Паскаля — месье Жан Клод, тоже вдовец. Совсем еще крепкий мужик в свои средние французские лета, под семьдесят. Ну я и подстроила свой день рождения под встречу двух одиноких сердец. Три месяца назад на свадьбе у них гуляли! А вы говорите — старушек! Да они еще нам дадут прикурить! Посмотрела я на счастливых «влюбленных», и меня озарило: старость во Франции — радость! Здоровья хоть отбавляй, пенсии приличные, дома из кредитов выкупленные, и жизнь еще долгая маячит впереди…