Гавайская история - Надя Лоули

Солнце пробивалось сквозь толщу изумрудной морской воды, где, в самой глубине, Ветка, задержав дыхание, парила в невесомости. Не выдержав и минуты, рванула к поверхности, вынырнув с фонтаном ярких брызг, но не тут-то было, ее опять накрыло игривой волной. Ветка еще немного понаслаждалась свободным парением в дивной воде и поплыла к берегу, где Майкл и Барб бегали по песку у самой воды, громко призывая ее к себе. На тоненькое «ма-а-а-ма-а-а-а!» накладывался заливистый лай.

Изнуряющая декабрьская жара спадала, над островом повисло дрожащее марево.

Они возвращались домой по каменистой дорожке, проложенной через заросли тутовника. Барб бежал впереди всех, облаивая каждый куст. Довольный такой важной миссией охранника семьи (не даром хлеб ем!), он время от времени останавливался, поджидая медленно бредущих Майкла и Ветку.

Смеркалось очень быстро. Еще четверть часа назад сияло солнце, и вот через какое-то мгновение — темень кромешная! Впереди показался дом. В опускающейся темноте еле слышно, словно далекий приглушенный ропот, доносилось дыхание океана. Ветка отворила заднюю калитку невысокой ограды в сад и увидела освещенный фонарем силуэт на открытой террасе. У нее все поплыло перед глазами:

— Стив, родной!

Ноги подкашивались, но она бежала к дому. Потом, опомнившись, резко остановилась и начала себя уговаривать: все, все, все хорошо!

Подоспевший Барб ластился к кому-то, подпрыгивая от радости. Значит, свои. Уже войдя на террасу, она поняла, что это всего-навсего Юрий Верховский!

Юрий взволнованно ходил по террасе, пытаясь подыскать нужные слова, но тут же их отбрасывал: не то, совсем не то ему хотелось сказать Светлане! Как выразить то чувство, которое переполняло и мучило его уже давно? Еще с того памятного новогоднего вечера, когда они случайно познакомились в ресторане «Кинтаро». Неужто уже прошло четыре года? Но тогда, видя отношения Стива и Ветки, он не дал развиться своему чувству, загнав влюбленность на дно души. Потом о выражении привязанности вообще не было речи, ведь Светлана, потеряв мужа, отдалилась от всех, кого знала прежде. Потом целый год от нее не было известий из России. Узнав, что она вернулась в США и поселилась у родителей мужа, он приложил все усилия, чтобы перетащить ее и малыша Майкла обратно на Кауаи. Совсем рядом с их домом продавалась огромная вилла. В надежде, что в случае их возвращения можно будет общаться, хотя бы по-соседски, Юрий купил ее и распорядился соорудить бассейн. Можно будет небрежно как-нибудь пригласить их поплавать.

Теперь, когда Ветка вернулась к работе и он мог время от времени видеть ее в офисе, говорить с ней по телефону, ему порой казалось, что горечь утраты уже притупилась. По крайней мере, так выглядело внешне. Юрий решил, что можно начать незаметное сближение. То просил перевести личное письмо, то, зная Веткину любовь к книгам, привозил пачками из Нью-Йорка последние новинки из России. Все-таки повод лишний раз заглянуть к ней и услышать восхищенный Веткин возглас:

— Здорово, Юр! Как тебе удалось достать? Ведь тираж-то крохотный!

Дистанция понемногу сокращалась, хотя он осознавал всю сложность ситуации. По натуре упорный и терпеливый, Верховский счел за лучшее не спешить. Сам он был абсолютно убежден, что Светлана — та самая женщина, которую он тщетно искал всю жизнь. И, почти вечность назад (четыре года!) закружив Ветку в танце в новогодней пьяной толпе, он сразу влюбился. Очень боялся, что чудесное хрупкое поэтическое видение растворится в воздухе. Светловолосая, молодая, искрящаяся радостью женщина не исчезла. Она просто положила руку на плечо какому-то высокому американцу в светлых брюках и рубашке и закружилась с ним в танце, что-то по-домашнему интимно рассказывая ему. Юрий без лишних расспросов понял, что это ее муж и что брак явно счастливый.

Поначалу ему казалось, что новогоднее наваждение рассеется. Нужно с головой нырнуть в работу, чтобы заглушить в себе нарастающее чувство. Даже пытался переключиться, приударил за девицей, которую повстречал в спортивном клубе. Не срослось.

Судьба с легкостью голливудского сценариста, набившего руку на драматических коллизиях, раскрутила жизненный сюжет в драматической плоскости. У женщины, ради которой он был готов на все, погибает муж. Увы, она оказывается вовсе не опереточной «веселой вдовой», ее скорбь по мужу неподдельна, она замыкается в своем горе. Но, как ни странно, даже это не способно отвратить закоренелого холостяка.

Но с возвращением Светланы на Гавайи, возможно, у него появился шанс. Пусть крохотный, микроскопический.

К счастью, у него нашлись достойные союзники. Прежде всего — Барб, не зря же он столько лет его прикармливал! А Мишка-Майкл стал ему самым настоящим другом. Началось все с бассейна. Верховский вызвался научить его плавать, по-настоящему, кролем и брассом. После занятий в бассейне уходили вместе с Барбом (ну как без него!) к океану. В общем, стали неразлейвода. Вот только Светлана до сих пор ничуть не переменилась, она держалась с Юрием спокойно, чуть отстраненно. Вспомнив ее ровный дружеский тон, Верховский в смятении закурил. Руки от волнения тряслись. Господи, как мальчишка!

Было еще только семь часов вечера, но тропическая ночь уже накинула звездное покрывало на небосклон. Сквозь клубившийся над океаном туман пробивался неожиданно яркий свет высокой декабрьской луны. Юрий услышал приближающиеся голоса и задорный лай Барба. Он улыбнулся: вот кто настоящий друг!

Паскаль спешил домой. Многочисленные пробки блокировали движение к центру. Нет, это невозможно! Вовремя они приняли решение о переезде за город. Тщательно проанализировав все варианты, решили рискнуть и оформить кредит на покупку собственного загородного дома.

Все сложилось очень удачно. Даже, может быть, слишком удачно. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить, плевалась суеверная Роза. Паскаль, неизменно логичный и рассудительный, считал это предрассудком, но и он опасался, что шаткая цепочка сорвется в последнюю минуту. А цепочка действительно была не очень надежной: внезапно нашелся покупатель на брачное агентство «Гименей»; принадлежавшая Паскалю небольшая квартира в центре Лиона, требующая разорительного ремонта, была продана без оного. Казалось, все складывается прекрасно, но пришлось поволноваться: очень долго оформляли всяческие справки с работы Паскаля. И вот тут даже несуеверный месье Линьяк начал сплевывать. Наконец скрипящие бюрократические механизмы в последний момент сработали, все сошлось: без всяких проволочек были получены из Москвы деньги за агентство (Роза больше всего боялась, что ее обманут), разваливающуюся квартиру выкупил вместе с домом муниципалитет (исторический объект, охраняемый государством!), и на работе предоставили бумаги для оформления долгосрочного банковского кредита. Это ли не чудо?!