Гавайская история - Надя Лоули

Вернулись в Штаты. Пожили с Майклом полгода у родителей Стива. Тоже несладко сидеть на чужих плечах.

Подумав, Светлана решила, что пора браться за дело. Мишка должен расти в хороших условиях, а на пенсию за Стива это было невозможно. К тому же Юрий Верховский давно зазывал вернуться к прежним обязанностям. Гостиничный комплекс уже был достроен и оборудован. Теперь шел набор персонала отеля.

А почему бы и нет? Вернусь в собственный брошенный дом. Сколько можно жить у людей, пусть даже близких и родных!

Но самое главное, Ветку одолевала тоска по местам, где они со Стивом были так счастливы.

И вот сейчас, сидя в кресле, чуть покачиваясь в ритме океанских волн, которые несли остров, она поняла, что сделала все правильно.

Они должны жить в своем собственном доме! Это самое главное! Остальное приложится. Теперь она была в этом уверена.

Издалека белое десятиэтажное здание отеля напоминало громадный крейсер, гордо бороздящий моря-океаны, тем более что от лазурного прибоя его отделяла лишь полоса пляжа да дюжина потрепанных ветрами кокосовых пальм.

Гул шагов разлетался по длинным коридорам. Из многочисленных номеров свежеотстроенного отеля доносились звонкие голоса, это персонал наводил окончательный блеск, изгоняя отовсюду запах свежей краски. Коридорные плафоны разливали с потолка матовый свет, тонированные стекла не позволяли проникать в номера лучам яркого тропического солнца. Беззвучно работали кондиционеры, обеспечивая комфорт.

В отеле «Королевский кокос» («Royal Coconut») ожидали прибытия делегации из административного центра острова Кауаи во главе с мэром. Она должна была появиться с минуты на минуту.

Верховский, прилетевший накануне и всю ночь проверявший документацию, немного волновался, ведь в спешке последних приготовлений могли что-то упустить или перепутать. И будет совсем не смешно, если в самый последний момент выяснится, что заказанные комплекты полотенец с эмблемой «Royal Coconut», или письменные принадлежности, или туалетная бумага, или пепельницы оказались не самого лучшего качества, или постельное белье не подходит для кроватей king size, или еще какая-то мелочь не тянет на заявленные пять звезд.

Оторвавшись от сотрудников, он незаметно вошел в один из номеров, пытаясь взглянуть на обстановку глазами постояльца, приехавшего на Гавайи, чтобы отдохнуть от забот, и, заметим, заплатившего за это немалые деньги. На первый взгляд все выглядело вполне прилично. Хотя, если честно, стандартный номер, конечно, был не слишком велик по размерам, но зато грамотная планировка и освещение создавали ощущение тепла и уюта. Компактная встроенная мебель, функциональное использование внутреннего пространства обеспечивали все мыслимые удобства, так что номер представал двухкомнатной квартирой в миниатюре: большую кровать отделял длинный комод, за которым стояли два кресла и журнальный столик. В большом настенном зеркале отражался балкон, откуда открывался великолепный вид на океан, от которого просто захватывало дух. За такой вид можно заплатить не торгуясь! Да, пожалуй, я и сам с удовольствием провел бы здесь недельку-другую, решил Юрий.

Все его волнения как рукой сняло. Кондиционер работал на полную мощность, в помещении стало прохладно.

На всякий случай он провал пальцем по поверхности встроенного шкафа: идеально чисто. В дверь постучали: «Простите, мистер Верховский, комиссия прибыла. Они уже в холле».

В Москве мелым-мело, за ночь протоптанные и расчищенные накануне дорожки утонули в сугробах. Выйдя из подъезда, Ирина спустила санки с обледеневших ступенек.

Ну и чудеса! Она довольно прищурилась, снег летел прямо в лицо колючими иголками. Через минуту Ваня с Белочкой осторожно высунулись из парадной:

— Ой-ой, как холодно!

Ирина, посмотрев на мужа и дочь, громко расхохоталась. Комично: Ванечка в шапке-ушанке, завязанной под подбородком торчащим бантиком, в дутой пуховой куртке и меховых варежках; Белочка выглядела точной его копией, только меньших размеров. Словно два надутых шарика: ветер дунет посильней, и улетят!

— Бежим скорее, а не то превратитесь в снеговиков! — закричала Ирка. Облепленная мокрым снегом, она и сама уже была похожа на снежную бабу.

Утренняя прогулка в расположенном неподалеку парке доставила всем огромное удовольствие: они кидались снежками, бегали вприпрыжку по сугробам, кричали и визжали, забыв о том, кто здесь взрослый, а кто ребенок. Наконец без сил они рухнули прямо в снег.

— Ой, не могу больше, ребята! — простонала Ирка, вставая из сугроба и вытаскивая Белочку из-под распластавшегося хохочущего мужа.

Через полчаса они, с раскрасневшимися лицами, грелись на кухне, возбужденные веселой прогулкой, и наслаждались горячим чаем.

Новая жизнь в России им очень нравилась. Вот уже три месяца они обживались в Москве. Свой магазин Ирка удачно продала. Бизнес ее больше не интересовал: Изабель уже исполнилось пять лет (через годик и в школу пора — вот ведь как время летит!). Красота! Живи и радуйся! Чем они, собственно говоря, и занимались. Правда, Ира не могла сидеть без дела, занялась ремонтом квартиры. Поэтому после чаепития Ваня и Белочка были командированы за покупками в супермаркет. Ирка ждала представителя фирмы, специализировавшейся на ремонте, чтобы обговорить все детали и проверить смету.

Выпроводив своих, она посмотрела на часы. Господи, что за куриные мозги, сколько лет уже Ветка живет на Гавайях, а она до сих пор не знает, в какую сторону отсчет времени. Так, в Москве сейчас полдень, значит, у них ночь… Шевеля губами, она подсчитала и разочарованно подумала, что на Гавайских островах Ветка с Мишуткой смотрят седьмой сон. Там было два часа ночи.

Новый год на этот раз подруги собрались встречать не в Москве, а во Франции. Роза с Паскалем сняли шале в горах на всю ораву: Роза, Паскаль, Мими, Ирка с Ваней и Белкой, и если получится, то к ним присоединятся Ветка с Майклом. Прибавилось в нашей веселой компании! — улыбнулась своим мыслям Ира. До долгожданной встречи подруг оставалось две недели и три дня.

В Москве, занесенной снегом, боролись с природной стихией, расчищая дороги, а на Гавайях был разгар пляжного сезона.

Солнце пробивалось сквозь толщу изумрудной морской воды, где, в самой глубине, Ветка, задержав дыхание, парила в невесомости. Не выдержав и минуты, рванула к поверхности, вынырнув с фонтаном ярких брызг, но не тут-то было, ее опять накрыло игривой волной. Ветка еще немного понаслаждалась свободным парением в дивной воде и поплыла к берегу, где Майкл и Барб бегали по песку у самой воды, громко призывая ее к себе. На тоненькое «ма-а-а-ма-а-а-а!» накладывался заливистый лай.