Мистерия в Турине (Плохая война – 6) - Алексей Вячеславович Зубков

Одеться утром без помощи служанок для благородной дамы крайне затруднительно. Ладно, если одеться достаточно прилично, чтобы заниматься делами в своем замке и не ждать гостей. Совсем другое дело — одеться так, чтобы быть готовой к встречам в высшем обществе, не исключая короля. Плохой тон — показаться на людях с утра во вчерашнем платье.

Макс, конечно, не хотел, чтобы жена скверно выглядела завтра. Он думал, что обоз может собраться не в спешке и приехать отдельно от господ, потому что на обоз-то никакие враги не нападут. Раз уж поедет карета, то Максимилиан скомандовал погрузить все свои доспехи и все оружие. На всякий случай. Вдруг завтра очередная дуэль. Сам решил поехать в трехчетвертном, который в последнее время стал чуть ли не повседневной одеждой, Бонакорси и Марио снова принялись помогать переодеваться.

Не то, чтобы все солдаты и слуги были готовы к срочному бегству, но Шарлотта не собиралась эвакуироваться в полном составе. На момент поступления команды не вся свита находилась в Кастельвеккьо. Кто-то пошел поглядеть на турнир, кто-то на рынок за провизией. Марио сбегал на турнир и привел пятерых швейцарцев из семи.

Обоз, который привела с собой Шарлотта, состоял из кареты, в которой приехала она сама с двумя служанками, и двух крытых телег, набитых всякими полезными вещами. Камердинер и солдаты приехали верхом на мулах.

С собой взяли пятерых швейцарцев, Марио и Жанну. На хозяйстве в Кастельвеккьо оставили всю остальную прислугу во главе с управляющим. Попросили дворецкого Маргариты Австрийской сообщить госпоже, что ее гости уехали по срочному делу в Турин с ночевкой. Мало ли вдруг придется вернуться.

Шарлотта передала дворецкому еще одну просьбу, после чего тот отправил скорохода к своей госпоже, которая весело проводила время на турнире.

Из Монкальери в Турин одна дорога. Через мост и далее почти прямо. Верхом меньше часа, а если гнать, то и полчаса. С каретой часа полтора, За мостом продолжались предместья Монкальери, которые плавно переходили в предместья Турина. Чем ближе к городской стене, тем плотнее застройка и больше связность. Ближе к Турину плотность застройки возрастает, и от дороги отходят вправо и влево полноценные улицы, которые через два-три дома пересекаются улицами, параллельными дороге.

Через какие ворота въезжать в Турин? Юго-западные ближе, но после них по незнакомому городу наверное тот еще лабиринт. Особенно, с каретой. К юго-восточным дольше ехать через предместья, но по широкой дороге, где две кареты разъедутся без труда, а после ворот только площадь пересечь — и вот он, дворец епископа.

Во главе колонны шагов на двадцать впереди ехали Максимилиан в плаще поверх доспехов и Бонакорси в докторском балахоне. Первый рассчитывал на коня и меч, второй на подаренный Мартой пистолет, который заряжался готовыми зарядами с казенной части. За ними карета. Рядом с кучером-швейцарцем Марио с заряженным арбалетом. Марио раньше был известен как отличный стрелок, и за два года работы старшим егерем в мастерстве только прибавил. За каретой четверо швейцарцев верхом на мулах. Фехтовать с седла они не умели. В случае чего спешились бы и рубились в пешем строю.

Приближаясь к развилке, где дорога раздваивалась к тем и другим воротам, Бонакорси спросил:

— Налево или прямо? Прямо будет быстрее.

— Давай прямо, — ответил Максимилиан.

— Стойте! — сказал Тони через пару домов, — Там засада.

Макс остановил Паризьена. Сзади лошади как тащили карету шагом, так и тащили.

— Где?

— Впереди.

— Почему? Я ничего не вижу.

— На дороге ни ребятишек, ни свиней, а у встречных слишком испуганные морды. И вообще слишком тихо.

Не то, чтобы прямо тишина, но как будто люди вокруг приостановили свои бытовые дела с их бытовым звуковым фоном. От церкви святого Валентина слышался звон двух пар клинков. Где-то ниже церкви, на берегу реки.

— Кто? — спросил Макс.

— Не знаю, — ответил Тони, — Это Ваши враги, а не мои. Вспоминайте, с кем ссорились.

— Если не Медичи, то миньоны де Фуа или генуэзцы.

— Ставлю на генуэзцев. Французы бы просто вышли на дорогу именем короля или именем герцога.

— На дороге пока никого нет.

— Сейчас они поймут, что мы не просто так встали.

— Ходу! — крикнул Макс кучеру и сам пришпорил коня.

Кучер хлестнул лошадей, и карета рванулась вперед. Ну как рванулась, условно, конечно. Она тяжелая, и быстро скорость не наберет. Макс и Тони проскочили условную линию, где засада должны была начать что-то делать.

— Давай! — крикнул кто-то невидимый и опоздал.

Генуэзцы не были бы генуэзцами, если бы поставили простую пешую засаду без арбалетчиков. Сложность состояла только в том, где расположить стрелков. Горожанам плевать на частные войны благородных гостей города до тех пор, пока эти гости не полезут со своими арбалетами к ним в дома.

Телега должна была выехать справа из поперечной улицы поперек пути жертвам, а с телеги бы отстрелялись четверо арбалетчиков. Им сказали, что рыцарь будет один, и он, очевидно, поедет первым. Уж вчетвером-то и с близкого расстояния рыцаря можно как-то ранить, чтобы потом добить мечами и алебардами.

Еще трое арбалетчиков после этого выбежали бы сзади и поразили в спины троих солдат. Им сказали, что кроме рыцаря и кареты будут несколько всадников сопровождения, и кто-то из них точно поедет сзади.

После этого спереди и сзади выскочили бы по четверо алебардистов и добили кого получится, но осторожно. Совсем уж спешить не надо. Если из жертв останется кто-то на ногах, то арбалетчики перезарядятся и в упор не промажут.

При нормальном ходе событий Макс и Тони бы не проскочили. Если бы командир засады увидел, что первые два всадника встали, он бы мог крикнуть свое «давай». Телега бы выехала и перекрыла улицу. Карета не развернется, у рыцаря чуть больше пространства для маневра, но для арбалетчиков дистанция стрельбы увеличится не критично относительно расчетной. Не двадцать шагов, а сорок. По силуэту можно влепить и не целясь.

Но что-то пошло не так. Может быть, это Кокки и Витторио постарались. «Давай» опоздало. Телега тронулась, когда всадники уже погнали, и выехала между ними и каретой. Макс проскочил, а Тони не успел. Его лошадь чуть не столкнулась с левой лошадью телеги. Будь Тони хорошим наездником, он бы вырулил. Будь он средним наездником, он бы не успел вырулить и упал вместе с лошадью. Но Тони был наездником хуже среднего и вообще никуда не дернул поводья. Лошадь под