Футляр для музыканта - Михель Гавен

глядя в лицо. – Помнишь наш разговор в Арденнах? – Он с нежностью взял ее за руку. – Я сказал тебе, что я на твоей стороне. Имей в виду, ничего не изменилось, – предупредил он. – Я на твоей стороне. Что бы ни случилось, даже если будет противоречить моим служебным обязанностям.

– Спасибо, Фриц.

Наклонив голову, она прикоснулась лбом к его плечу. Он провел рукой по ее волосам.

– Отто тебе сказал, кто может преследовать нас? – она подняла голову, внимательно глядя на него. – Он должен был тебе сказать, откуда может исходить опасность?

– Он сам не знает толком. – Раух пожал плечами. – Кальтенбруннер только намекнул, что это некая школа в Оберсдорфе.

– Школа в Оберсдорфе? – Маренн вздрогнула, услышав его ответ. Она и сама не ожидала, что в своих размышлениях подошла так близко к разгадке. Школа, которая располагается в том же районе, что и лаборатория фон Херфа? Это было очень похоже на правду.

– В этой школе готовят диверсантов? – спросила она Рауха напряженно.

– Нет, – он мотнул головой. – Все школы такого рода в ведении Отто, ты знаешь. Там муха не пролетит без его ведома. Нет, это какая-то школа связистов, что ли, – он поморщился. – Но замаскировать можно под что угодно, – добавил он, произнеся вслух мысль, которая пришла и ей в голову. – Школа диверсантов под видом школы поваров, – пошутил он грустно. – Но явно, что это не наше управление.

На столе резко зазвонил телефон. Маренн сняла трубку.

– Ким Сэтерлэнд. Клиника Шарите, – сказала она.

– Ким, я уже дома! – с противоположного конца провода она услышала взволнованный голос Эльзы Аккерман. – Ты не представляешь, что со мной случилось! – сообщила она взволнованно. – Вообрази, я сейчас сижу на диване с мокрыми ногами, туфли порвались вдрызг. Мое любимое пальто с чернобуркой – у него оторвался рукав. Я просто в ужасе!

– Но почему? – спросила Маренн недоуменно. – Ты где-то упала? С тобой все в порядке. Ты не ушиблась?

– Я очень ушиблась, Ким, очень сильно, – Эльза иронически усмехнулась. – У меня весь бок в синяках. И я еще еле унесла ноги.

– Что-что? – Маренн насторожилась и тревожно взглянула на Рауха. – Тебя кто-то преследовал.

– Да. Ой, дай я переведу дух.

В трубку было слышно, как Эльза что-то пьет.

– Вот сейчас легче, – она снова заговорила сбивчиво. – Я тебе скажу, я заметила его не сразу. Ну, эту машину, которая ехала за мной, – начала рассказывать она. – Желтая такая, кажется «опель», номера залеплены грязью. Я вообще обратила на него внимание, только когда он вообще приблизился вплотную, а потом свернул дважды, куда свернула я, хотя мне туда было не надо, – я его проверяла. Тогда я поняла, что это «хвост». И, скорее всего, он ехал за мной от самого министерства, это точно. Только мне и в голову не пришло, что это может быть, я просто не смотрела. Я так перепугалась, правда, – призналась Эльза. – Я попыталась от него оторваться – ничего не вышло. А потом я поняла, что он меня просто загоняет в глухой проулок и, видимо, там собирается на меня напасть. Я бросила машину посреди улицы и бежала домой задворками. Переломала каблуки, порвала пальто, сама чуть не угодила в канализационный люк. Как только прибежала домой, сразу же позвонила Генриху. «Дорогой, говорю, твои духи у меня чуть не отобрали! Видно, очень популярный аромат». – Она рассмеялась. – «Это, говорю, не твои люди меня преследовали? Ты что же, дорогой, мне не доверяешь, думаешь, с твоими духами я отправилась на свидание к кому-то еще? Вот упала бы я в канализацию, ввек потом не отмыться. Ты бы ко мне и приблизиться побрезговал». Он как услышал, очень обеспокоился. Обещал прислать унтершарфюрера, который будет меня охранять. А заодно и машину мою пригонит, где она там стоит, я и сама не помню, на какой улице. Вот так я с духами прокатилась, – заключила она. – Хотела тебе похвастаться.

– А когда ты машину бросила и побежала, тебя никто не преследовал? – осторожно спросила Маренн. – Никто за тобой не побежал?

– Как же, выскочил какой-то тип в кожанке, – ответила Эльза. – Но он хромоногий, ему меня не догнать, так что отстал.

«Хромоногий, не исключено, что после ранения, – мелькнула у Маренн мысль. – Действительно, все сходится».

– Так ты приедешь, ждать тебя? – спросила Эльза в трубку. – Хочу тебе показать мой подарок, – повторила она настойчиво. – А то видишь, какой на него спрос. Из рук вырвать готовы, чтобы подарить своей пассии.

Она старалась говорить весело, но чувствовалось, что она напугана.

– Да, я сейчас приеду, – сказала Маренн решительно и взглянула на Рауха, тот кивнул. – Никуда не выходи из дома, – предупредила она Эльзу. – Дождись нас.

– Генрих мне то же самое сказал, – ответила она. – Теперь я без унтер-шарфюрера ни шагу. Но как-то боязно, – призналась она. – Дверь скрипнет, у меня уже мурашки по коже. Приезжай быстрей, – попросила она.

– Я постараюсь. Мы приедем с Раухом, – сообщила Маренн. – Сейчас же выезжаем.

– Я жду.

Эльза повесила трубку. Маренн тоже положила трубку на рычаг.

– Ее преследовал желтый «опель» от самого министерства, – сказала серьезно, взглянув на Рауха. – За рулем был инвалид. Когда Эльза бросила машину и побежала, он пытался догнать ее, но не смог, он хромает. Это дало Эльзе возможность спастись. Инвалид, – повторила Маренн задумчиво. – Может быть, кто-то из преподавателей этой школы связистов в Оберсдорфе? – предположила она.

– Скорее всего, так, – согласился Раух и тут же решил: – Я доложу Отто. Надо проверить весь их преподавательский состав. Инвалид, хромающий на одну ногу, – это заметная фигура. Его будет нетрудно вычислить. Может быть, к фрейляйн Аккерман съезжу я, – предложил он. – Что там нужно взять?

– То, что Эльза называет духами, на самом деле – фотоматериалы и запись беседы, сделанные на конспиративной квартире гестапо во время беседы доктора Херфа с Гудрун, дочерью нашего рейхсфюрера, – сообщила Маренн. – Эти материалы нужны здесь, в клинике, чтобы доктор де Кринис и доктор Майндорф дали по ним экспертное заключение для рейхсфюрера. Мне надо было самой взять все это у Мюллера и не подвергать Эльзу опасности, – добавила она с сожалением. – Но я не предполагала, что могут возникнуть такие осложнения, что есть силы, которые крайне заинтересованы в том, чтобы вся эта история не стала известна рейхсфюреру. Нет, мы поедем вместе, я поеду с тобой, – она решительно взяла шинель. – Посмотрим, устроят ли они слежку и за нами.

– Хорошо, я согласен, – кивнул Раух.

– Фрау Кнобель, скажите профессору де Кринису, я уеду на час, не более.

Проходя по коридору, Маренн заглянула в ординаторскую и предупредила медсестру.

– То же самое скажите, пожалуйста, моей дочери, если она будет звонить.

– Хорошо, фрау Ким, – откликнулась фрау Кнобель.

Спустившись по лестнице, они вышли во двор клиники. Уже стемнело. Шел мелкий густой снег.

– Надеюсь, оружие при тебе? – спросил Раух, садясь за руль машины.

– Оно всегда со мной. – Маренн села рядом и положила руку на кобуру. – Как же без него – война. Даже у Эльзы в сумочке есть пистолетик. Я думаю, если бы хромой «ухажер» проявил настойчивость, она бы им воспользовалась.

– Думаю, он успел бы воспользоваться раньше тем, что есть у него, – мрачно заметил Раух, выезжая со двора. – И не промахнулся бы.

– Я с тобой согласна, – кивнула она. – Я все время гоню от себя мысль, что