Время желаний - Иван Кузнецов

Поэтому я предоставил магии затягивать раны, а сам попытался нащупать мобильник. И не преуспел; как выяснилось, кувырки через голову не способствуют сохранности гаджетов.

Я машинально пошарил вокруг. Пальцы сомкнулись на плотном твердом кирпичике, на поверку оказавшемся записной книжкой в пластиковом футляре. Я сунул находку в карман и попытался встать.

* * *

Драма уверенно превращалась в фарс. Преступник, за которым гонялась Инквизиция всея Земли, находился в шаге от меня в полубессознательном состоянии. Однако довести дело до конца оказалось не так-то просто. Не будь на Манфреду щита мага, я бы просто подобрал камень поувесистее и проломил ему башку. Но беглый Инквизитор закрылся всем, чем только можно, и от физического насилия пришлось отказаться.

Я попытался мысленно связаться с Джованни и заработал новый приступ головной боли. Подобные упражнения требовали определенной ясности мышления.

Покрепче упершись ладонями в землю, я с силой оттолкнулся и все-таки поднялся на ноги. Целебная магия понемногу делала свое дело. Во всяком случае, мне удавалось держаться в вертикальном положении. У Манфреду дела обстояли хуже. Красное пятно перетекло с ворота на ключицы, обернувшись парой экзотических погон.

– Дневной Дозор. Снять защиту. Оставаться вне Сумрака. – Я старался говорить как можно громче, чтобы донести информацию до помутненного рассудка.

Разумеется, беглец не послушается, но вот сделать какую-нибудь глупость с перепугу может. И моя задача – этой глупостью воспользоваться.

Результат превзошел ожидания. Знай я о нем заранее, дважды подумал бы – стоит ли ловить на живца. Не вставая с колен и даже не оборачиваясь, Манфреду сложил пальцы в знаке Силы и обрушил на меня шквал заклинаний. Большинство он заготовил заранее, но парочку умудрился сотворить на ходу. Несмотря на ушибленную голову.

Магическая какофония вышла потрясающей. Земля вокруг нас взорвалась фонтанами грязи. Трава покрылась инеем, отдельные стебельки превратились в тонкие ломкие сосульки. На склоне холма образовалась небольшая пещерка.

При более слаженных боевых аккордах мне пришлось бы несладко. Но падение сказывалось, и большинство заклятий ушли в белый свет, как в копеечку. Меня слегка потрепало отдачей, хотя защита устояла. А вот Манфреду после такого выплеска Силы остался ни с чем.

Я криво улыбнулся.

– Видимо, это следует расценить как отказ от сотрудничества. Что ж, выбор твой. – Я шагнул вперед, гадая, чем бы поубедительнее подкрепить свой блеф. Аргументы, однако, не понадобились.

Манфреду кое-как поднялся на ноги. В его глазах вновь плескался примитивный животный ужас. Он попробовал отступить, запнулся и едва устоял на ногах.

– Не подходи! – Инквизитор попытался выставить барьер, но предыдущая атака лишила его всех резервов, и я легко смахнул хлипкую преграду. – Стой! Ты не понимаешь! У нас нет другого пути. Я должен это остановить! Я не хочу умирать! Это нечестно… несправедливо! Я не сделал ничего дурного, я хочу жить! Понимаешь, я просто хочу жить! Оставьте меня в покое! Сгиньте! Пропадите пропадом!

Он метнул россыпь файерболов. Некрупных, похожих на спелые апельсины. Полыхнула радужная оболочка сферы отрицания. Струйки пламени бессильно стекли на землю, задымилась трава.

– Зачем вы лишили людей аур? Зачем вывезли с виллы?

Лицо Манфреду исказила мука. Кровь смешалась с потом, заливала глаза, превращала лицо в уродливую гротескную маску. Инквизитор силился что-то объяснить и словно не мог подобрать нужных слов.

– Ты не знаешь, не понимаешь… а я видел, я все видел. Я знаю, что произойдет. Я знаю, что меня ждет смерть, а я не хочу умирать. Люди – ничто. Они просто эксперимент, комбикорм. Не получилось с одними – получится с другими. Вы не понимаете, вы используете их как батарейки, а они не батарейки. Заряд не важен, важна разность потенциалов, понимаешь? Другого способа спастись нет. Только изменить будущее, изменить все…

Речь Инквизитора становилась все более бессвязной. Он не пытался запутать или сбить с толку. Он искренне верил в то, что говорил. Сейчас Манфреду до боли напоминал свихнувшееся порождение Сумрака, с которым я столкнулся четыре года назад.

– Кто спас тебя в прошлый раз? Кому ты передал похищенных?

Манфреду вздрогнул. Пелена фанатичного безумия спала, на ее место вернулся страх.

– Он обещал помочь, – прошептал Инквизитор. – Он единственный, кто способен изменить будущее. Я видел, я знаю. Он сможет. Сможет спасти меня, сможет спасти нас всех…

Тело Инквизитора выгнулось дугой. Он всхлипнул. Из носа побежала струйка крови. Манфреду медленно стер красную полоску, словно бы с удивлением уставился на окровавленную ладонь, перевел взгляд на меня.

И мне вдруг стало не по себе. В этом взгляде не было ничего человеческого. Страх загнанного зверя, безумие религиозного фанатика, знающего о грядущем Армагеддоне, исчезли. Глаза превратились в пустые стекляшки. Как у искусно сделанной куклы. Вспомнились живые мертвецы нулевого слоя Сумрака. Сейчас Манфреду походил на одного из них.

Некоторое время он смотрел на меня с парадоксальной смесью неприязни, равнодушия и любопытства. Будто я был забавным уродцем, капризом природы, не имеющим права на существование.

– Темный, – тихо сказал он, – отступись. Не теряй жизнь, которую чудом сохранил.

Я почувствовал, как губы невольно растягиваются в злой ухмылке.

– И не собираюсь. Кто ты?

Инквизитор не ответил. Коротко огляделся по сторонам. Зачем-то опять посмотрел на залитые кровью руки.

– Ты не уйдешь, – сказал я. – Манфреду расскажет все, что знает. Инквизиция умеет развязывать языки.

– Нет, – ровным тусклым голосом возразил предатель. – Манфреду ничего не расскажет. Ибо легок путь в подземное царство.

Он снова взглянул на меня, и мне показалось, что в пустых глазах промелькнула бледная тень не то сочувствия, не то жалости. А потом взгляд предателя стал осмысленным, испуганным, человеческим. И в ту же секунду за спиной Инквизитора раскрылся портал.

Должно быть, Манфреду почувствовал колебания энергии, потому что мгновенно развернулся лицом к новой угрозе. И сделал то, чего должен был избегать любой ценой, – метнул в воронку сгусток Силы.

Окажись в портале я или Джованни, бездумная атака не привела бы к серьезным последствиям. Отразить ее несложно, оценить состояние выжатого, израненного мага – тоже. Как и выбрать подходящее оглушающее заклинание из богатого магического арсенала.

Только Меган не была боевым магом и не имела большого опыта. И потому атаку Манфреду восприняла со всей серьезностью, парировала удар и немедленно перешла в контратаку, задействовав инквизиторский амулет.

И барьеры ренегата не выстояли.

Залитое кровью лицо посерело. Манфреду судорожно вздохнул. Коснулся груди и медленно осел на траву. Воздух разорвали еще две вспышки – Джованни и ехавший с нами маг опоздали всего на пару секунд.

– Дура, – взревел Инквизитор. – Живым! Поддержите его! Юра, да не стой, помоги.

Я подошел к залитому кровью телу, коснулся плеча Джованни, подпитывая его остатками Силы. Просто потому, что не хотел спорить. Меган сделала то же самое.

Джованни сдался через четверть часа. Разогнулся, смахнул с кончиков пальцев красные капли и, оставляя на траве кровавые следы, шагнул назад.

– Мертв, – глухо констатировал он. – Бесполезно. Все равно что фарш в теленка собирать.

– Легок путь в подземное царство, – негромко сказал я.

Меган посмотрела на меня с недоумением.

* * *

– Знаешь, что меня в тебе всегда восхищало? Умение оправдать поступки, за которые я снял бы с других голову.

Джованни отсалютовал бокалом. Я молча взял свой, без всякого удовольствия пригубил приторное молодое вино. После пробежек по Сумраку сахара много не бывает, но лекарство ведь не обязано нравиться.

К вечеру море разыгралось. Метровые волны обтекали волнорезы, разбивались о берег. Пенные языки скользили по песку и замирали у наших ног. Для того чтобы дотянуться до крыльца, им не хватало совсем чуть-чуть.

Интересно, это естественный процесс или виноваты лакированные штиблеты Инквизитора? Презрение к дождевым лужам они уже демонстрировали. Как и кровеотталкивающие свойства. Возможно, им подвластно и Средиземное море…

– Итак? – испытующе посмотрел на меня Джованни.

Я пожал плечами.

– Если говорить о мотивации, ничего лучше, чем «черт дернул», в голову не приходит. В нашем возрасте пора бы завязывать с охотой на дичь. По крайней мере когда дичь способна огрызаться. Но тебя, полагаю, интересует не мотивация, а техническая сторона? С ней все просто: спонтанное предвидение – автобус, уходящий сквозь портал. Времени на объяснения не было – либо немедля что-то предпринимать, либо позволить Манфреду уйти. Пожалуй, сейчас, глядя на события в ретроспективе, я бы выбрал второе. Признаюсь, мне надоело падать мордой в грязь, ломать ребра и сдирать в кровь ладони во имя чужих целей. Особенно когда те, в чьих интересах ты действуешь, одним махом сводят твои усилия на нет.