OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким - Борис Стругацкий

3) И еще о многократно повторявшемся Вами суждении о предпочтительности «сытой свободы» «любой несвободе»... Осмелюсь поспорить с Вами. Любая несвобода, на мой взгляд, явление временное, ибо это та разновидность болезни, которая сама, подобно гнойному фурункулу, несет в себе оздоровительное семя, под огромным давлением она взращивает оппозиционные силы, рано или поздно способные вырваться наружу (аналог антител). Если хотите, в синусоидальной концепции развития человечества она ГАРАНТИРУЕТ наличие следующего этапа (витка в 3D-представлении). А вот сытая свобода, растительное существование – это уже полное загнивание (гангрена!), не имеющее внутренних противоречий, однажды все равно закончится летальным исходом, лишенным какого бы то ни было смысла. Конец прогрессу! Конец цивилизации!

Юлия <[email protected]> Тюмень, Россия - 09/25/02 03:17:05 MSK

Думаю, Вы не правы. Особенно с точки зрения человека, которому выпало жить свой век внутри «оздоровительного фурункула» несвободы. А именно с точки зрения такого человека я говорил о свободе-несвободе. С философской же точки зрения любой мир (благополучный или нет) ВСЕГДА несет в себе элементы саморазрушения – см. четвертый (кажется) закон диалектики («закон отрицания отрицания»). Загнивание – относительно, прогресс – абсолютен.

Здравствуйте, Уважаемый Борис Натанович! Я работаю в региональном молодёжном журнале «Фишка!? Самарский регион», в котором веду рубрику, рассказывающую о творчестве писателей, популярных в молодёжной (и не только) среде. И я хотела бы задать Вам несколько вопросов, которые интересуют наших читателей: 1. Обычно книги фантастов считаются лёгким чтивом, но это нельзя сказать о Ваших произведениях. Можно ли охарактеризовать Ваше творчество, как прикладная философия?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:17:17 MSK

Как говорится, «хоть горшком назови, только в печку не ставь». А «легким чтивом» фантастику могут считать только люди, никогда не читавшие Уэллса, Чапека, Кафку, Ефремова, Уоннегута... Свифта, в конце концов.

2. В повести «За миллиард лет до конца света» прослеживается мысль, что человек существо двуногое и без крыльев, и ему не суждено одержать победу над силами, корректирующими его жизнь. Вы вправду так думаете?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:17:37 MSK

Ничего подобного в «Миллиарде лет...» нет. Это повесть о том, что жизнь – чертовски трудная штука, если относиться к ней со всей серьезностью. И зачастую приходится делать выбор между жизнью удобной и жизнью достойной. И выбор этот сложен, неприятен и болезнен. Как и всякий выбор, впрочем.

3. По Вашим произведениям сняты фильмы и в большинстве своём замечательными режиссёрами, такими, как Тарковский. Довольны ли Вы подобной экранизацией Ваших книг и передан ли в этих фильмах тот смысл, который Вы вложили в своих произведениях?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:17:46 MSK

На этот вопрос я отвечал раз десять, в том числе и на этой страничке. Поищите, и найдете ответ.

4. Многие читатели находят в современной жизни многие явления и модели Ваших романов (например, «Града обреченного»), хотя Вас называли и не перестают называть писателями-фантастами. Можете ли Вы это объяснить?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:18:02 MSK

Могу. Эти читатели не понимают, что такое фантастика. Они воображают, что фантастика – это то, что уводит читателя от реальной жизни в воображаемые миры – в космос, в сказку, подальше от реальной жизни. Такая фантастика, действительно, существует, но это фантастика (как правило) второсортная. Настоящая фантастика (как и вся литература вообще) описывает «реальную реальность», более или менее искаженную элементами невероятного, чудесного, невозможного. И чем сильнее сцепление фантастического произведения с реальной жизнью, тем лучше.

5. Читаете ли Вы сами произведения современных фантастов и кого Вы можете из них выделить?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:18:11 MSK

См. ответ на вопрос 3.

6. Зачастую в Ваших романах и повестях главные герои попадают в чрезвычайные ситуации. Вы считаете, что только в подобном положении можно рассмотреть модель поведения человека?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:18:24 MSK

Конечно, нет. Но это – сильный метод, дающий зачастую очень хорошие результаты

7. Немного отвлечёмся от творчества. Расскажите, пожалуйста, где Вы сейчас работаете и чем вообще занимаетесь?

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:18:30 MSK

Больше всего времени у меня отнимает сейчас чтение. Я – член жюри нескольких премий; руководитель семинара молодых писателей-фантастов; а теперь еще – главный редактор нового журнала «Полдень, XXI век». Так что приходится читать очень много книг и рукописей, не всегда хороших. Утомительное занятие.

Здоровья Вам и добра, Борис Натанович.

Елена Лукина <[email protected]> Самара, Россия - 09/25/02 03:18:49 MSK

Большое спасибо.

Здравствуйте, Глубокоуважаемый (это искренне) Борис Натанович! Ваше с братом творчество открыла для себя очень недавно, благодаря фильму Тарковского «Сталкер». Сначала прочла «Пикник на обочине», потом пошло-поехало. Ну, это – предисловие, а вопрос у меня жизненный. Вы говорите, что при прежних правителях нашей страны (от Сталина до Перестройки) у нас был культурный и всякий прочий застой. Но почему сейчас из всех песен мы предпочитаем именно СОВЕТСКИЕ, из всех кинофильмов, зарубежных ли, получивших кучу наград, российских, украинских современных, душа просит СОВЕТСКИХ, пусть черно-белых, с плохим звуком и т.д. Вы можете подумать, что то была эпоха моей молодости и мне приятно все, что с ней связано, но мне 25 лет и выросла я на «Ласковом мае» и Маше Распутиной. Так может, то время было не совсем застойным. Или я чего-то не понимаю... Просветите темноту. Очень благодарна. Елена.

Елена Куленко <[email protected]> Днепропетровск, Украина - 09/25/02 03:19:05 MSK

Вы пишете «мы предпочитаем». Но это «мы» явно не относится ни ко мне, например, ни к кому-либо из моих знакомых. Разумеется, и в советские времена выходили хорошие фильмы и печатались хорошие книги, но они были прискорбно редки, а главное – появлялись не благодаря, а вопреки существующей системе. Послушайте рассказы лучших киношников того времени о тех муках, которые перенесли они в борьбе с цензурой. Послушайте Рязанова, Захарова, Германа, Сокурова, почитайте Тарковского... А кроме того, вообще все это вопрос вкуса. Кто-то в восторге от «Кубанских казаков», а кто-то – от «Проверок на дорогах». И тут ничего не поделать. Сейчас в кино – засилье чернухи. Это реакция художников на вранье и залипуху «тогдашних лет». Но потерпите немного: залипуха и лажа вот-вот снова заполонят экраны – широким народным массам этого хочется, а значит, они это получат. И это – правильно. «Каждому – свое». Новые времена отличаются от старых прежде всего тем, что каждый может найти – легко и недорого – духовную пищу на свой вкус. В книгоиздании эта проблема уже решена, в кино – вот-вот решится.

Уважаемый Борис Натанович! Некоторую часть Ваших книг, этого интервью и, видимо, Ваших размышлений Вы отводите попытке определить, что может изменить человечество в лучшую сторону за обозримый промежуток времени. Как я понял, единственный выход Вы видите в разработке некой «единой теории воспитания», способной вырастить людей творческих, думающих, добрых... людей Полудня. При этом Вы, кажется, никогда не уточняли, что подразумевается под «единой теорией воспитания» – набор приемов воздействия, конечный желаемый результат или что-то ещё. Между тем, общество занимается воспитанием с древнейших времен и уже очень давно ведет различные теоретические исследования в этой области. Собственно, огромное количество великих людей (начиная с философов Древней Греции, через Рабле, Толстого, Ушинского и до нынешних «педагогов») беспрерывно занимаются поиском этой «единой теории воспитания». Однако, если чуть внимательнее взглянуть на результаты многочисленных работ и экспериментов, окажется, что успеха в воспитании можно добиться в одном-единственном случае, – когда процесс этого воспитания жестко организован. Окажется также, что разные учителя использовали разные методики, разный подход, но конечный результат был один – воспитание достойного своего времени человека. Вообще говоря, представляется очевидным, что собственно теории на все времена и на всех людей придумать просто невозможно. Характеры у детей разные, разные генетически заложеные возможности и вообще, всё разное. Тогда как можно придумать одинаковые приемы? Взять хотя бы Ваш пример в Полудне. Ведь очевидно, что практически все действия учеников, даже якобы запрещенные, контролировались учителями и, по сути, ученик постоянно находился под их присмотром и контролем. И с запрещенными купаниями, и с попыткой бегства на звездолет, и так далее. Действия Тенина вполне представимы и, как Вы сами написали в книге, вариантов решения вставшей перед ним задачи было несколько. Как Вы, Борис Натанович, считаете, может, «единая теория воспитания» уже разработана и дело теперь лишь в «единой практике воспитания»? То есть исключительно практическое воплощение всего накопленного. Это воплощение прежде всего, конечно, должно включать жесточайший отбор учителей и нахождение нужной формы обучения. Возможно, это интернаты, возможно, ещё что-то, неважно. Важно, что вопрос уже не в теории, а в конкретной реализации. А коли это так, тогда и надежда есть, что воспитание человека Полудня – не сказка, а дело ближайших десятков лет? Дело, так сказать, «политической воли»?