OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким - Борис Стругацкий

Михаил <[email protected]> Владивосток, Россия - 09/14/02 18:44:32 MSK

Я не совсем понял (а скорее, совсем не понял), какие именно вопросы Вы поставили передо мной выше. Но все, что авторы задумывали в повести ЖвМ, и все, что я по поводу этих замыслов думаю, неоднократно излагалось здесь, на этой страничке. Добавить мне, право же, нечего. Совпадают ли замыслы и представления авторов повести с Вашими? В общем, нет, хотя в какой-то части, естественно, совпадают. Если КОНКРЕТНЫЕ вопросы у Вас возникнут, рад буду на них ответить.

Уважаемый Борис Натанович! Мой вопрос касается убийства Льва Абалкина Рудольфом Сикорски. В тексте «Жука в муравейнике» говорится о коллективном решении «не допускать взбесившегося Абалкина к детонаторам», по-видимому, решении Мирового Совета. Убийством Абалкина Сикорски в каком-то смысле реализовывал этот запрет. Однако в дальнейшем это убийство было полностью дезавуировано общественным мнением, выдано за персональный акт одного лишь Рудольфа Сикорски. Как Вы полагаете, правомерно ли это? Было ли убийство Абалкина в определенной степени коллективным и легитимным жестом?

Григорий <[email protected]> Москва, Россия - 09/14/02 18:44:46 MSK

Очевидно, нет. Поступок Сикорски не предусматривался ни в какой мере и ни при каких условиях. Этот поступок можно понять, но решительно нельзя оправдать. Мне кажется, это следует и из текста повести, и из контекста Мира Полудня.

Здравствуйте, Борис Натанович! Из известных людей я прислушиваюсь, наверно, только к мнению Бориса Стругацкого, Григория Явлинского и Виктора Шендеровича. Интересно, а к мнению каких известных людей прислушиваетесь Вы сами?

Жданов Андрей <[email protected]> Новосибирск, Россия - 09/14/02 18:44:56 MSK

Я внимательно (при случае) знакомлюсь со всеми мнениями профессионалов – независимо от их личности и убеждений. И нет таких людей, мнение которых было бы для меня непререкаемым.

Здравствуйте, уважаемый Борис Натанович! Благодарю Вас за ответ на предыдущий вопрос; виноват, что отнимаю у Вас время, но разрешите обратиться к Вам еще: 1) Что, по Вашему мнению, обладает большей вдохновляющей силой – любовь или смерть? Что способно дать более мощный импульс к созданию произведения? Способна ли смерть вообще дать импульс к созиданию? Или – оставим в стороне литературный аспект – что способствует более глубокому познанию себя и человека вообще, что заставляет глубже понять ЖИЗНЬ – любовь или смерть? (В скобках осмелюсь заметить, что в моем понимании любовь есть маленькая смерть, смерть незавершенная и несовершенная, и те, кто пишет только о любви, из-за любви и ради любви, возможно, не решаются заглянуть вглубь своего естества? На мой взгляд, познание любви в полной мере достижимо лишь через познание смерти... а возможно, и познание жизни достижимо только таким путем.)

Панкратьев Дмитрий <[email protected]> Ташкент, Узбекистан - 09/14/02 18:45:21 MSK

К сожалению, Ваш вопрос кажется мне слишком неопределенным. Что такое любовь? Какая любовь – плотская? родительская? к знаниям? к человечеству?.. О какой смерти идет речь? Сама по себе смерть вдохновлять не может – она есть конец всему. Значит, имеется в виду что-то другое. Страх смерти? Жажда (подсознательная) смерти? Патологическая любовь к смерти?.. Понимаете, Ваш вопрос слишком расплывчат. Я вынужден ДОГАДЫВАТЬСЯ, что Вы имеете в виду. А тогда: любовь – мощный источник вдохновения, но – кратковременный и ненадежный («любовь – кратковременное безумие»), годится для поэта и практически бесполезен для прозаика. Смерть же вообще, по-моему, не может быть источником вдохновения, – разве что у патологически извращенного человека со склонностью к властолюбию... И вообще, существуют хорошо известные, гораздо более мощные и эффективные источники творческой мобильности: честолюбие; потребность высказаться и вообще заявить о себе; стремление к славе; желание подражать замечательным образцам... Вот это – хлеб творчества, а любовь и смерть – только острые приправы.

Во-первых, не могу удержаться и не сказать Вам огромное спасибо за Ваши книги. Вопрос мой носит, может быть, несколько личный характер. В «Полдне XXII» есть небезызвестный спор между Паниным и Кондратьевым, о потребности человека в звездах. Является ли этот спор продолжением или результатом каких-либо бесед (споров?) между Вами. На эту мысль меня навело имя одного из участников спора – Борис. И вообще в Ваших книгах достаточно споров, обсуждений, насколько часто это было продолжением споров, обсуждений между Братьями?

Корнаев Мурат <[email protected]> Псков, Россия - 09/14/02 18:45:44 MSK

Я уже писал (и неоднократно), что практически ВСЯ наша работа была непрерывной дискуссией, более или менее яростным спором по любому поводу. Спор о звездах – не исключение. Когда-то эта проблема весьма занимала нас и казалась актуальной и нетривиальной.

Вы читали Кинга «Мемуары о ремесле»? Вы писали в «комментариях», что, как правило, имели план произведения, Кинг исходит из некоей начальной ситуации пришедшей в голову, а дальше – как поведут себя герои. Почему такая разница? Каждый пишет по-разному? Или Ваши книги и книги Кинга – разные? У Вас «сюжетные», а у него «ситуационные»?

Александр <[email protected]> Москва, Россия - 09/14/02 18:45:52 MSK

«Мемуаров» Кинга я не читал. Но читал, например, у Лема, что он, начиная работу, никогда толком не знает, чем у него все кончится – придумывает по ходу дела. (Это очень хорошо заметно, когда читаешь, скажем, «Солярис».) Почему имеет место такой разнобой приемов, сказать трудно, да, наверное, и невозможно. Впрочем, АБС, я думаю, просто не смогли бы работать иначе: придумывать события ВДВОЕМ, не зная, к чему и куда тянуть сюжетную линию, по-моему, просто невозможно. Так мы писали только один раз – рассказ «Песчаная горячка». Ну и получилась безделушка.

В «Далекой Радуге» – критика против Эксплуатации Природы, значит, мне кажется, что в книге Природа реагирует после всех экспериментов, это так?

Claudia Introno <[email protected]> Рим, Италия - 09/14/02 18:46:20 MSK

Можно, наверное, считать и так, но на самом деле авторы имели в виду нечто другое. Человек перед лицом неминуемой гибели – вот главная тема, которая авторов волновала. Причем для них очень важно было показать не человека сегодняшнего (с ним все более или менее ясно), а человека Мира Полудня, Человека Воспитанного. Все же прочие проблемы, затронутые в повести, играют роль вспомогательную и вообще второстепенную, без них можно было бы и обойтись.

«Я-то имел в виду как раз, что НИКАКИХ вредных последствий названные процессы не породили. Не породит таких последствий (на мой взгляд) и нынешняя утечка мозгов из России. Наука едина и не имеет географических или национальных границ». Наверное, я неверно сформулировал вопрос. Конечно, в некотором смысле наука едина. Но – в том же «некотором» смысле она и была едина всегда. Но почему-то только в сочинениях придворных поэтов все изобретения и открытия совершены в стране, где так вольно дышит человек. А если взглянуть на дело трезво, так оказывается, что дела обстоят как раз абсолютно наоборот. Почему бы? Я ведь не говорю о Ньютоне и Эйнштейне. Я говорю о химике, синтезирующем сплав NNN дробь XXX. Или о генетике, проверяющем кодон ь NNNN в гене ABCD-1234. Или даже о программисте Васе, пишущем вместе с физиком Колей программу управления впускными клапанами для бортового компьютера автомобиля ЭхПрокачу модель NNNN. Вы считаете, что у нас в России избыток таких специалистов и их отток ничего не значит? Или такие кадры можно воспитать за месяц? Они ведь уже не вернутся по своей воле, что бы там ни говорили официальные лица. А коли так – с чего бы кто-либо стал заинтересован в помещении здесь наукоемких (что между прочим значит – прибыльных) производств? Не беда, что Билл Гейтс заработал миллионы. Не беда, что в производстве современных автомобилей норма прибыли в сто раз больше, чем в производстве лаптей. Но вот то, что в России производство лаптей возможно, а разработка современного автомобиля – все менее и менее – вот это проблема. Вам не кажется? Линия тех же США ясна и последовательна. Берем сито INS и отбираем только козыри. Шестерки – сбрасываем. А потом можно и поиграть. И это все не от злокозненности дяди Сэма. Просто людям свойственно искать, где лучше. А если правительство страны использует данное обстоятельство во благо своей страны – что ж, приходится признать, что это хорошее правительство. Но вот то, что такая «ученая эмиграция» не имеет никаких последствий для страны – «эмиттера»... Не знаю. Не думаю я так.