Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

понятия не имели о тяжких испытаниях, что выпали на мою долю. Но я и не хотела, чтобы они об этом знали. В такие моменты я была рада, что по настоянию Пера я свела свои шрамы. Если я и заговаривала с родней, то рассказывала о том, как живые корабли превращались в драконов, описывала их говорящие носовые фигуры или чудеса Кельсингры. Я думаю, они были уверены, что, по меньшей мере, половина из моих рассказов — детская выдумка. И это меня устраивало.

Я начала понимать, почему отец писал по ночам. И почему он сжигал написанное.

Однажды наступил день, когда утро оказалось ничем не занятым, так как королева, из-за своего деликатного положения, отпустила всех своих леди. Я умоляла, чтобы мне позволили покататься верхом, и когда добилась своего, настояла, чтобы мне оседлали именно Присс. Как только я оделась для прогулки, меня огорошили сообщением о четырех благородных отпрысках моего возраста (двое из которых — моего пола), которые составят мне компанию. Я презирала их за то, что каждый непременно нуждался в услугах грума, чтобы сесть в седло или спешиться, а иногда на прогулках их сопровождали ещё и родители. Фитц Виджилант и лорд Шанс должны были ехать рядом со мной. Моё сердце подпрыгнуло, когда я увидела Пера, но ему едва позволили держать голову Присс, пока «мой» грум опекал меня во время посадки в седло. Это уже было чересчур.

— Я знаю, как садиться на лошадь, — настаивала я и сама себе казалась капризной и избалованной девчонкой.

Дальше было хуже. Мы скакали степенной рысцой, которая позволяла взрослым поддерживать беседу, а молодым — рассказывать занудные и скучные истории. Пер ехал далеко позади нас. Я оглянулась и увидела его, и на мгновение наши взгляды встретились. Я прижалась к холке лошади и сказала Присс:

— Беги!

Использовала ли я Скилл тогда? Не думаю. Но она охотно рванула вперед. Мы вырвались из группы прогуливающихся, и я подгоняла её. Она летела. Впервые с того момента, как меня забрали в замок, я была самой собой, свободной и контролирующей свою жизнь, несмотря на то, что сидела я на спине лошади, мчавшейся в диком галопе. Сзади доносились крики, кто-то завизжал, но мне было все равно. Мы резко свернули с дороги к деревьям, вверх по крутому холму. Через канаву она перенесла меня на крутой берег мутного ручья. Сначала я слышала топот копыт за спиной, потом он стих. Я ехала, вцепившись в гриву Присс, как репей, и мы были очень довольны друг другом. Мы выехали из леса на открытый пригорок. Внизу луговая равнина расстилала свой изумрудный ковер, овцы были разбросаны по нему, будто оторванные пуговицы. Присс остановилась, и мы обе выдохнули.

Когда я заслышала топот другой лошади позади и оглянулась, то увидела то, что и ожидала. Пер несся галопом на выданном ему вороном, который был прекрасен, как и было ему обещано. Он остановился передо мной и похлопал лошадь по шее.

— Как её имя? — спросила я.

— Мэйбел, — ответил он. Затем улыбнулся, но его улыбка быстро исчезла. — Пчелка, мы должны вернуться к остальным. Они будут беспокоиться.

— Да неужели?

— Неужели.

— Хоть немного побыть подальше от всех этих… Они, знаешь…

Он ждал. Не нашлось бы слов, чтобы передать, как они все смотрели мне в лицо, а чаще — поверх моей головы, и как всегда кто-то ошивался рядом.

— Я никогда не бываю одна.

Он нахмурился:

— Мне уйти?

— Нет. Я вполне могу быть одна вместе с тобой. Ты ведь никогда не смотришь на меня, будто я какая-то гадость в твоем супе…

Он рассмеялся, и я тоже.

— Как ты? С тобой хорошо обращаются?

Его улыбка исчезла.

— Я конюший мальчик, один из многих. Главный конюший часто советует мне «не задаваться». Вчера он наорал на меня и сказал, что у меня не должно быть любимчиков среди лошадей. Я… задержался немного в стойле Присс, — Пер потер затылок. — Он отходил меня ручкой метлы, когда я заметил, что кобыле Ланта недодают овса… — «Лорда Фитц Виджиланта, вот как его следует называть, щенок! И не указывай мне, как вести дела!»

Он рассмеялся, вспомнив это. Я же не нашла в его рассказе ничего смешного или веселого.

— А ты как?

Я тяжко вздохнула.

— Уроки. Уроки всех видов. До черта хлопот с переодеванием, когда надо сидеть спокойно и прямо в нарядах, от которых все чешется. Леди Симмер постоянно таскается за мной, поправляет меня и следит, чтобы я была «должным образом занята». Не выходя из замка.

— Видишься со Спарк? Лантом и… — он помедлил. — Лордом Шансом?

— Со Спарк — нет, совсем. Лант и Любимый — так же бросили меня, как и отец когда-то.

Пер ошарашенно уставился на меня, и я пожалела о том, что сказала. Но это было правдой. Несмотря на всю болтовню Любимого, я редко видела его, за исключением тех редких случаев, когда он рылся в моем дневнике снов или расспрашивал меня о чем-то.

— Мне их не хватает, — сказал Пер тихо.

— Ты разве с ними не видишься?

— Со Спарк — нет. Лорд Фитц Виджилант и лорд Шанс? Я седлаю их коней. И Лант — лорд Фитц Виджилант — всегда дает мне монетку. Мы смотрим друг другу в глаза, и я знаю, что они хорошо ко мне относятся. Но всегда кто-то крутится поблизости, а они должны соблюдать приличия, — он похлопал по карману, в котором звякнула мелочь. — Хотелось бы мне знать, будет ли у меня когда-нибудь минутка, чтобы потратить хоть одну монету.

Я услышала топот копыт. Мы оба встрепенулись, и Пер натянул поводья, чтобы отъехать от меня подальше. В этот момент Лант и Любимый выехали на поляну из-за деревьев. Они оба выглядели встревоженными. Любимый подъехал прямо ко мне и сказал, очень быстро:

— Овод ужалил твою лошадь, и она понесла. Перу удалось догнать тебя и поймать лошадь за уздцы. Пер, слезай с лошади и берись за поводья Присс, живо! — он повернулся ко мне и добавил ещё строже: — Пчелка. Ведь ему влетит по первое число. Ты больше никогда не должна так подводить Пера, слышишь? Сейчас, когда мы выедем к остальным, ты должна изобразить испуг и потрясение, поняла?

Пер сделал все, как ему было велено. Испуг и потрясение мне помогли изобразить ярость, клокотавшая в моем сердце. Каждый раз, когда во мне только начинали теплиться искры привязанности к Любимому, он находил способ задуть это не разгоревшееся пламя. Слыша, как Любимый пренебрежительно обращается к Перу, я