Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

Некогда пустые дома были переполнены, уютные улочки заполнили люди. С восхищением изучая белокаменные фасады и золотые крыши, с особым трепетом они глядели в сторону Белого замка, войти в который мог далеко не каждый.

Стража уже словила несколько хулиганов и воришек, замеченных за попытками отодрать золотую черепицу, и солдаты брали каждого нарушителя под руки и быстро уводили в неизвестном направлении. Такое случалось регулярно, но к счастью лихачей было не много: если бы кому-то и удалось что-либо украсть, с большой вероятностью с награбленным город он бы не покинул: каждого уходящего чародеи проверяли поочерёдно.

Со всех уголков Руимо съехались художники. Одни, желая заработать, располагались на площадях и в парках, делая быстрые зарисовки и портреты; другие писали исключительно для себя и старались отыскать наименее людные и тихие места, за которые нередко приходилось бороться.

Белый замок украшали парадные штандарты, некоторые из них были невероятно велики, и символы, обозначенные на них, были видны отчётливо. Справа и слева от Тувиамского чёрного меча, рукоятью вписанного в круг на сине-белом фоне, располагались ещё два флага. Белый лотос на тёмном фоне символизировал род Марии; серебряное дерево на фоне цветущих холмов было знаменем Фенхидес, королевского рода.

На одном из больших балконов, рядом с узорной балюстрадой виднелся женский силуэт. Лёгкое, белое платье, становившееся полупрозрачным к низу, отлично сидело на стройной фигуре, подчёркивая узкую талию; длинные голубые волосы были распущены и перекинуты на одно плечо, и почти доставали до колен. Аккуратное, без единого изъяна лицо выражало королевскую гордость, но ни в коем случае не гордыню. Большие глаза алого цвета следили за прибывающими гостями, которым, казалось, не будет конца.

Много знатных господ уже пригласили Эйру Фенхидес — кто на пикник, кто на прогулку в парке. Одному графу даже удалось пройти в Белый замок; но воздыхателю, заставившему экзотическими цветами весь коридор у входа в её покои, она отказала в аудиенции так же, как и всем остальным.

В узорные двери коротко постучали.

— Войдите, — громко воскликнула она не оборачиваясь, и даже немного грустно. Дверь беззвучно открылась и она услышала стук подошв по начищенному до блеска полу. Высокие кожаные сапоги на ремнях выглядели новыми, на парадном дублете белого цвета блестели пуговицы и вышивка; с широких плеч спадала длинная тёмная мантия, изредка переливающаяся в свете солнца, а на шее было тяжёлое ожерелье с драгоценными камнями.

— Ты как всегда, гостеприимна.

Среброглазый сказал это без злобы, даже напротив; он по привычке положил ладонь на кинжал, закреплённый на поясе, и стал рядом.

— Ты как всегда, вовремя.

В её голосе слышалась ирония, а в алых глазах блеснула искра. Эйра знала, сколько в действительности обязанностей у Рика, но терпеть не могла, когда он задерживался и всегда делала замечания. Сейчас он поступил так же, как обычно в подобных ситуациях — воспользовался своим обаянием. Рик мягко улыбнулся, полностью обезоружив и приобнял в знак приветствия.

— В этот раз людей гораздо больше, — начал он. — Все хотят побывать в Золотом городе и посмотреть на испытания новобранцев. Впрочем, немалая часть гостей пришла за бесплатным жильём и пропитанием.

— Последнее больше похоже на правду. Как думаешь, сколько шпионов к нам заслали?

— Десяток уже обнаружен и разоблачён, остальные подозреваемые находятся под наблюдением. Кстати, что за цветник в коридоре?

Изящным взмахом руки Эйра дала понять, что это не стоит внимания.

— До испытаний осталась неделя.

— Сестра Лианы всё же участвует?

На короткий миг их взгляды встретились. Рик кивнул, скрестил сильные руки и задумчиво посмотрел в даль.

— Несколько раз я наблюдала за ней через Лирсул, во время обучения. Результаты не выдающиеся. Сомневаюсь, что она справится с испытаниями — другие новобранцы готовились к этому дню несколько лет.

— Не так давно она преодолела Бастион и осталась незамеченной. Естественно до тех пор, пока не переступила защитный барьер.

Брови Эйры чуть приподнялись.

— Это невозможно сделать без магического артефакта, либо не прибегнув к магии.

— Артефакты по-прежнему у меня, в целости и сохранности. Однако, скажу больше: она заметила то, что большинство не видит.

— Картина?

— Именно.

— Что ж, вынуждена отдать ей должное: для меня полотно как было, так и осталось пустым.

— Удивительное дитя, — тихо сказал себе Рик и задумался. Теплота, с которой он произнёс эти слова, несколько смутила Эйру.

— Странную симпатию ты к ней испытываешь.

— Может быть.

Эйра затихла, а после отошла к туалетному столику на изогнутых ножках, выбрала изящную серебряную диадему и принялась бережно расчёсывать роскошные волосы.

— Рик, — голос её стал серьёзным. На мгновение она замерла, опустив взгляд.

— Да, Эйра?

— После испытаний я хочу вернуться в Фаренхим. Хочу увидеть, что осталось от моего дома. Ты будешь против, но я настаиваю: с тех пор, как ты спас меня…я не была там ни разу.

Среброглазый медлил с ответом.

— Хорошо, — он вздохнул. Задержав взгляд на настенных часах, он направился к дверям. — Мы обсудим этот вопрос после испытаний. Сейчас я должен идти, Эйра. До встречи.

Девушка попрощалась, не откладывая гребень, и какое-то время любовалась своим отражением в большом овальном зеркале. Возле кровати она услышала шорох. Когда шаги Рика окончательно утихли, она недовольно вздохнула и возвела очи вверх.

— Можешь не прятаться. Подумать только: как ты здесь оказался?

На обширной кровати с балдахином, в мягких одеялах что-то зашевелилось, и вскоре из-под покрывала показалась белая кошачья лапа. Кот лениво потянулся, зевая, выгнул дугой спину и, на короткий миг выпустив острые когти, плавно вынырнул из своего тёплого убежища. Приблизившись, он наворачивал круги вокруг Эйры, тёрся о ноги и громко мурлыкал. На задние лапы в кошачьем облике Шателон не становился, так как выпрямившись был почти одного с девушкой роста.

— Подлизываешься, — Эйра невольно улыбнулась, но быстро взяла себя в руки и лицо её вновь обрело бесстрастность. — И не стыдно тебе, бездельник?

Заметив, что Шателон собирается принять человеческий облик, чтобы ответить(он умел общаться телепатически, но к подобным трюкам прибегал только с Риком, и никем больше), она опустилась к нему и ухватила за шкирку.

— Даже не думай, — она пригрозила пальцем, и на нём блеснуло тонкое серебряное колечко. — Ещё раз явишься в чём мать родила — пожалеешь.