Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

— Ты не тот, за кого себя выдаёшь, — прошептал он. Хоть белая пелена и застилала его глаза, Ричард был уверен, что он видит гораздо больше, чем обычный человек. — Ты, Ментор, служишь не тому господину!

— Откуда ты, старик, знаешь, кому я служу?

— Тише, — воскликнул он шёпотом и, опасливо озираясь по сторонам, сжал руку так сильно, как мог. — Он близко. Он вернётся, но никто не узнает его. И если хочешь изменить свою судьбу, тебе придётся служить ему! Скоро…Совсем скоро, когда кругом окажутся безумцы, когда маски спадут, когда они…отнимут…Тебе придётся выбрать…

Он застыл с раскрытым ртом. На удивление, все зубы были на месте и в отличном состоянии. Ричард смотрел на старика с минуту, а когда тот начал раскачиваться и бормотать что-то невнятное, взял за плечи, попытался поднять и поставить на ноги. Старик в ужасе взвизгнул, отскочил и упал на землю, задев шляпу ногой. Медяки звонко рассыпались и разлетелись, и тот принялся шарить по земле грязными, покрытыми синяками и ссадинами руками.

Ментор быстро собрал монеты обратно. Докинув сверху три золотых, он молча вручил шляпу старику и двинулся к ближайшему трактиру, пребывая в смятении. По пути он пожалел о своём поступке: давать деньги было бессмысленно. Не потому, что Ричард был жаден — он слишком поздно подумал о том, что отнять деньги у слепого старика — проще простого, и навряд ли кто-либо будет этому препятствовать. На полпути он обернулся на площадь. Вокруг по-прежнему спешили по своим делам люди, проезжали телеги и повозки. Старика в лохмотьях не было нигде.

Глава 11

Был октябрь. Жизнь шла своим чередом: каждое утро люди спешили на работу или учёбу, встречались с родными и близкими; ходили в кино, в музеи и театры, посещали вечеринки или проводили свободное время дома. Когда наступал вечер, влюблённых пар становилось больше и они гуляли, держась за руки. Деми сидела у окна в своей комнате и наблюдала за тем, как молодой парень дарил своей девушке пышный букет роз. Раньше подобная картина заставила бы её улыбнуться, однако, с каждым днём, проведённым в Руимо, она всё больше отдалялась от прежней реальности, и та стремительно теряла краски. Жизнь вне мира снов всё больше казалась странной, непонятной, и такой медленной и скучной…Деми никогда бы не подумала, что изменится всего за две недели.

Пятнадцать дней назад по земному календарю она стала владелицей медальона; в Руимо прошла половина года, но провела она там чуть больше, чем три месяца. Обучение у Аниты подошло к концу. Через несколько часов — всего через несколько часов она вернётся в Руимо и начнутся Испытания Новобранцев, к которым Деми не была готова. Это пугало. Меньше всего ей хотелось стать посмешищем, опозорить Лиану и Аниту и упасть в глазах Рика.

Да, она стала сильнее, быстрее и выносливее, благодаря Атарегаму научилась неплохо фехтовать и обзавелась полезными рефлексами — что вызывало у наставницы недоумение, освоила несколько базовых заклинаний и поняла, как работают более сложные. Но этого было недостаточно.

Анита сказала, что помимо неё испытания пройдут ещё три новобранца и напомнила, что проводятся они один раз в десять лет. По результатам решится будущее Деми, и если раньше она хотела скорее сбежать из волшебного мира и освободиться от обязанности служить Тувиаму, теперь всё было с точностью наоборот, хоть она и не хотела это признавать.

Впервые за долгие годы она почувствовала, что живёт по-настоящему, и была бесконечно счастлива, что повстречала Аниту, ставшую ей близким другом. Она изменила своё отношение к Лиане, наконец осознав, как тяжело ей приходится. По-прежнему с трудом верилось в то, что старшая сестра — одна из Элиты Тувиама. Сравнив её со своей наставницей, недавно усилившееся чутьё подсказало, что Лиана имеет огромный магический потенциал, и разница между ней и другими чародеями, с которыми ей доводилось пересекаться, огромна.

В последнее время в Тувиаме она часто видела Шателона, но только в кошачьем обличье. Он приходил во время тренировок и наблюдал, а после исчезал так же незаметно, как и появлялся; а во время последних двух медитаций и вовсе оставался с Анитой и Деми, из-за чего пришлось выделить лишнюю подушку: засыпать на полу ему не нравилось, а когда ему что-то не нравилось — он становился капризным и обидчивым.

Рик же в очередной раз приятно удивил Деми, настояв на том, чтобы теперь между собой они общались на равных. Было сложно привыкнуть к тому, что теперь можно, и даже нужно обращаться к нему на «ты». Всё чаще она замечала симпатию и интерес с его стороны, что несказанно льстило. Перестать думать о Рике было, пожалуй, сложнее, чем осваивать заклинания.

Из-за их частых встреч поползли слухи. Некоторые незнакомые люди, завидев Деми, начинали шептаться и с интересом её разглядывать. А недавно ей довелось услышать от служанок, что те уже давно не видели в Белом замке фавориток Среброглазого, а после предположили, что вкусы его изменились и теперь он предпочитает мужчин. На этом моменте Деми перестала слушать сплетни. Анита от души посмеялась, узнав, о чём говорит прислуга, и заверила, что разговоры, касающиеся предпочтения мужчин женщинам — пусты и необоснованны, после чего Деми успокоилась и облегчённо вздохнула. Шателон был рядом во время разговора, и, лакая молоко из стакана Аниты, поперхнулся и осуждающе посмотрел на смеющихся с него девушек.

Однажды, гуляя по замку Деми услышала чарующую мелодию, доносившуюся из покоев, дверь в которые была не полностью закрыта. Набравшись смелости она заглянула в проём, из которого на мраморный пол коридора падала тонкая полоска солнечного света.

Посреди просторной, богато украшенной комнаты, выполненной в холодных и серебристых тонах, полной цветущих растений, сидела стройная девушка. Тонкие пальчики мастерски перебирали струны арфы, извлекая приятные звуки, складывавшиеся в спокойную, грустную мелодию. Большие миндалевидные глаза были закрыты; губы, подобные нежным лепесткам едва заметно шевелились, но пение арфы заглушало её голос, а на белокожем лице застыло печальное выражение. Длинные волосы цвета утреннего неба были сплетены в свободную косу, перекинутую через плечо. Тёмно-красное декольтированное платье по фигуре, с длинным подолом, было богато украшено узорами и вышивкой.

Деми глядела на неё, затаив дыхание: второй раз она видит эту девушку, и не может припомнить кого-то красивее. Единственное, что в ней пугало — это глаза алого цвета, и отчего-то Деми не могла посмотреть в них прямо.

В голове крутилась навязчивая мысль: «нужно с ней поговорить». Только о чём?