Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

В голове крутилась навязчивая мысль: «нужно с ней поговорить». Только о чём?

Размышляя об Эйре — Деми запомнила её имя, она подумала о Шерон. Не так давно она навестила её могилу, и провела там несколько часов несмотря на холод и непогоду.

— Знал ли он о том, что медальон — дверь в Руимо? — спросила себя Деми, вспоминая хромого мужчину в возрасте, встреча с которым навсегда изменила её жизнь. В какую сторону, пока сказать было сложно.

— Конечно, знал, — констатировал Атарегам.

За прошедшее время Деми привыкла к нему, но диалоги старалась вести вслух, чтобы не путать себя с ним. Несколько раз она уже принимала его слова за собственные мысли.

— Я бы хотела поговорить с ним. Он ведь на стороне Менторов! И наверняка знает, как их найти.

— Поговорить шанса не представится. Итак: допустим, ты встречаешь Ментора. Что дальше? Думаешь, тебе возьмут и скажут, кто именно прикончил твою мать? Наивно, глупо. Сейчас, пока ты ни на что не способна и нет таких людей, которые пойдут вместе с тобой, искать с ними встречи — самоубийство.

— Но я должна.

— Почему бы не спросить о матери у своей Лианы, если тебя это так тревожит?

— Не думаю, что она захочет об этом говорить.

Дверь в комнату открылась.

— С кем ты говорила? — Лиана подозрительно сощурилась. Деми забыла, что сегодня у неё выходной, и её появления не ожидала. Держа в руках две чашки с ароматным кофе, она закрыла дверь ногой и, вручив горячую чашку, села на аккуратно застеленную кровать и принялась с интересом рассматривать комнату, которая оказалась непривычно чистой.

— С собой, — улыбнулась Деми. Теперь у неё куда лучше получалось отшучиваться и говорить убедительно, когда кто-то замечал за ней странности, но сердце, как и раньше, бешено колотилось.

— Я слышала, ты достигла определённых успехов. Анита похвалила тебя.

— Возможно. Она знает, когда нужно надавить, а когда — поддержать. В последнее время советует не переживать, но как можно не волноваться, если я не знаю, какого рода испытания ждут меня?

— Увы, я не могу ничего тебе сказать кроме того, что часть испытаний увидят много зрителей. Прошу: будь осторожна, не рискуй своей жизнью понапрасну и беги, если чувствуешь, что это тебе не по силам. Испытания — это не экзамен, на котором нужно ответить, чтобы получить высокую оценку. Тебе, возможно, придётся выживать.

Лиана взяла Деми за руку, а после поднялась и, сделав из чашки последний глоток, пошла на кухню.

— Я уже сказала больше, чем дозволено, — громко воскликнула она, моя посуду. — Советую не расслабляться. Следующий цикл будет долгим — дольше, чем обычно.

Последние слова Лиана произнесла весьма мрачно. Спустя несколько минут услышав, как та шуршит одеждой, Деми вышла в узкий коридор и включила свет. Лампочка в старой, оранжевого цвета люстре моргнула несколько раз.

— Куда ты? — Деми потянулась. Тело ныло, руки и ноги нещадно болели.

— К Аните, нужно кое-что обсудить.

Зеленоглазая удивлённо приподняла брови а Лиана, намотав на шею коричневый вязаный шарф, усмехнулась и покачала головой.

— Ты что же, не знала, что мы живём в одном городе? Мне казалось, вы довольно близки.

— Я уже говорил, что ты эгоистка? — хихикнул Атарегам. Не поддаваясь на провокацию, Деми подала Лиане чёрную кожаную сумку на длинном ремешке.

— Передавай привет, — сказала она, немного покраснев, и попрощалась.

Близилась ночь, а Лиана не возвращалась. В одиннадцать часов Деми выпила травяной сироп и, не дожидаясь сестру, легла спать.

Часы в коридоре громко тикали и действовали на нервы, за окном выл ветер; в комнате сквозило, и иногда длинные занавески плавно поднимались, а затем снова опускались. Деми постоянно ворочалась и не могла найти себе места. Под одеялом было жарко, без него — холодно; каждая складка на белой простыне раздражала, подушку она уже взбивала неоднократно. Через два часа она поняла, что не может уснуть, а значит — не может попасть в Руимо.

Такое случилось с ней впервые; найдя в медикаментах сестры снотворное, она приняла двойную дозу и снова легла в кровать. Ещё час она пролежала, наблюдая трещину в потолке, после чего разозлилась и собралась вновь идти за снотворным.

— Оставь таблетки, — сказал Атарегам с отвращением. — Они тут не помогут.

— Раньше помогали.

— Ты не уснёшь; во всяком случае, в ближайшие несколько часов.

— Но почему?

— Кое-кто решил, что твоему телу в Руимо следует побольше отдохнуть.

В его голосе слышалась откровенная неприязнь. Когда Деми спросила, кто препятствует её возвращению в Тувиам, он недовольно фыркнул и не стал отвечать.

Глава 12

Новое утро приветствовало Золотой город, окружённый чёрной каменной стеной, огромной ввысь и неприступной. Воздух после дождя был свежим и лёгким, земля немного размокла, а на каменистых дорогах блестели лужи; на листьях пышных, зелёных деревьев мерцали, словно алмазы в солнечном свете, капли дождя.

Ещё на рассвете у центральных ворот было оживлённо как никогда: перед Бастионом образовалась гигантская очередь из пеших людей, карет и повозок, запряжённых разномастными лошадьми. Стоял весёлый шум. Оживлённые прихожане радовались редкой возможности погостить в Тувиамской крепости.

Согласно традициям, со дня прибытия и вплоть до окончания испытаний каждому гостю предоставлялось временное жильё и трёхразовое питание. Несмотря на необъятные расходы, правитель Тувиама проявлял щедрость и гостеприимство, которые не могло позволить себе ни одно королевство, за исключением Вартонского.

На одной из площадей торговцы, получившие официальное разрешение, разложили свои палатки, предлагая самые разные диковинки — от зачарованной, слабо светящейся в темноте пурпурной ткани до оберегов различного назначения и омолаживающих эликсиров. Последние в большинстве случаев были подделками, а настоящими рецептами владели лишь единицы, но дамы всё равно платили по одному золотому за каждый крохотный флакон.

Каждого прибывшего — пусть даже знатного господина, тщательно обыскивали и изымали любое оружие, более того, подвергали сознание лёгкому магическому вмешательству. Королям и королевам такая процедура казалась возмутительной, но оспаривать Тувиамские законы они не решались; поэтому вместо себя отправляли своих представителей, а сами наблюдали извне при помощи придворных чародеев. Вооружёнными оставляли только личных телохранителей, но те находились под пристальным надзором спецотрядов.

Все стражники надели парадные доспехи, за спинами развевались блестящие серебром плащи; доспехи и плащи старших военнослужащих сверкали позолотой.