Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

class="p1">Я буквально чувствовал, как в спину, между лопаток, кто-то (одна белобрысая сволочь, зовущаяся моим лучшим другом, конкретнее) втыкает нож.

— Что-то случилось?

— Тут… авария.

Я потёр глаза, сжимая переносицу. Сжимая зубы, губы и пальцы добела.

Север солгал.

Почему? Я не мог ответить. Он всегда посвящал меня во все свои дела, и не ясно, что могло стрястись сегодня.

— Ладно, придумаю что-нибудь, — пробурчал я, успокаивая себя: «Не злись. Не рычи. Будь нормальным, твою мать!» — Я могу взять машину? Надо просто Полину из школы забрать, а то там после дождя развезло всё на дороге.

— Возьми запасную отцовскую. Ключи в верхнем ящике комода. В кабинете, — ответил он и ту же добавил, издевательски хмыкнув: — Уваров, после всего, что между нами было, мог бы уже не спрашивать. Знаешь же, все мое — твое.

Я посмотрел на ожидающую новостей Адель. «Не все, брат. Ох, как не все».

Отвернулся к окну, презирая себя за мысли. «Разве друзья так поступают? А братья?» Мысль отвратительная.

Снова стиснул зубы, а потом положил трубку.

— Ну что? — сжимая пальцы, нетерпеливо спросила Адель.

Пока я говорил, мы с ней переместились в обставленный мебелью из красного дерева кабинет. Порывшись в верхнем ящике, я достал ключи от черного БМВ. В отличие от Севера, его отец всегда предпочитал машины покрупнее. И ответил:

— Там авария. Трубу прорвало. — Посмотрел на девушку, спокойная и уверенная, пусть и с мелькнувшей грустью в глазах, в этой обстановке она смотрелась настолько органично, что даже мысль, вырвать ее из этого мира казалось бредом сумасшедшего. — Ему придется задержаться.

Взгляд Адель померк. Больше всего на свете мне хотелось поднять руку и погладить ее по щеке. Или просто прикоснуться, чтобы утешить.

— Но завтра у нас билеты на самолет. Надеюсь, он помнит.

— Мы говорим об одном и том же Северове?

— Ты прав, — одернула себя Адель тихо. — Это было глупо. Глупо, да. Просто я давно эту поездку планировала, сама выбирала места и апартаменты, так что немного переживаю.

— Ясно. Но… если хочешь, можешь съездить со мной за сестрой в школу. Это не Париж, конечно, — пожал я плечом. — Но тоже ничего.

Вот же недоумок! До чего же глупо все это выглядело. Красноречие — не твой конек, Уваров. Но Адель, широко улыбнувшись, ответила:

— Почему нет. Все лучше, чем бесцельно сидеть дома.

К школе мы приехали рано. Двор казался пустым и по осеннему унылым. Машин вокруг не было, хотя здесь вообще редко кто забирает детей на машине. Так что я припарковался прямо напротив входа.

— Еще минут пять-десять, — сказал я, вытащив телефон и посмотрев на часы.

— Я не тороплюсь, — улыбнулась Адель, а потом вдруг добавила: — Не знала, что у тебя есть сестра.

— Да, Полина. Ей восемь. Просто в доме она обычно не появляется. Так что…

— Где ее отец?

— Ай, — отмахнулся я. — Долгая история. По крайней мере рассказывать ее дольше, чем этот придурок в нашей жизни присутствовал.

— Мне жаль.

Мне тоже.

Больше всего, что в том возрасте я был недостаточно силен объяснить: тот, кто хоть пальцем обидит мою семью — встретится мордой с моим коленом. А ублюдок лишь отхватил между глаз. Еще легко отделался. Пусть у меня и был поставлен удар почти с детства, но как много может сделать тринадцатилетний пацан против взрослого мужика?

Адель дотронулась до моей перемотанной пластырем руки, лежащей на коробке передач. Лишь на секунду. Ее привычка. Почти как у Макса, просто показать: «Я здесь. Рядом». Я поймал взглядом ее светлые глаза и торопливо отвернулся.

Судя по всему, прозвенел звонок, потому что школьные двери распахнулись и во двор потоком устремились дети.

Сестру я увидел сразу. Удивительно, но за пару месяцев она выросла еще больше. Остановившись, принялась ловить падающий с неба лист, а я, улыбаясь, наблюдал за ней.

Адель подошла и встала рядом. Полина покрутила головой, но увидев меня, восторженно выкрикнула друзьям:

— Смотрите, это мой брат! Вернулся!

Разбежавшись, она врезалась в меня и повисла на руке, как маленькая обезьянка.

— Привет, — поздоровалась Адель.

Полина слезла с моих рук и задрала голову наверх, ее внимательно разглядывая. А потом восхищенно выдохнула:

— Ого, а ты даже красивее, чем на фото!

Я весь напрягся. По спине побежала капля холодного пота, а сердце подскочило так, словно вознамерилось пробить сразу черепную коробку.

Адель рассмеялась.

— Спасибо, солнышко, — она вдруг наклонилась и обняла Полину так тепло, даже не обратив на ее слова внимания.

«Спокойно. Никакой паники. Она все равно не поняла».

— Меня зовут Аделия, — произнесла девушка. — А тебя как?

— Полина, — просияла сестра. — Но я сразу догадалась, кто ты.

— Идем, Поль, — попытался я увести ее подальше, вот только сестра решила спустить контрольный, в голову:

— У Антона в телефоне целая папка с твоими фотографиями!

Глава 26. Белые тюльпаны (Адель)

— Они не твои, — выпалил Антон так резко, словно сам факт простой детской ошибки его каким-то образом оскорбил. — Это просто фотографии. Разных девушек.

На самом деле я знала, что нравлюсь ему. Я нравилась многим. Это было неизбежно. Уже в шестнадцать я завоевала гран-при и корону на городском конкурсе красоты.

— Она не просто так получилась такой красавицей, — почти с самого детства повторяла мама, улыбаясь отцу.

Я привыкла нравиться. А Тони обычный парень. Хотя и мой друг. Ничего удивительного.

Он откашлялся в кулак и скомандовал сестре слишком резко:

— Давай, быстро в машину.

Девочка недовольно засопела, помахала на прощание подружкам и полезла на заднее сидение. Чтобы ее поддержать я тоже решила сесть сзади.

— Ты с нами поедешь? — спросила Полина. Каждый раз, когда она улыбалась, забавно морщила нос. И этот жест так напоминал ее брата, что я не