СООБЩЕСТВО НА КРАЮ - Айзек Азимов

Первый Спикер безразлично глядел перед собой, не обращая внимания на эту какофонию. Теперь, после своего заявления, он неожиданно для себя почувствовал огромное облегчение, сложив с себя груз ответственности. Следовало сделать это раньше, да не получалось.

Только теперь он нашел преемника.

Он почувствовал разум Деларми и поднял на нее глаза.

Великий Селдон! Она спокойно улыбалась, страшное разочарование не было заметно, она не сдалась. Он подумал, уж не сыграл ли он ей на руку?

Делора Деларми не стала бы скрывать разочарования, если бы думала, что от этого будет какая-то польза. Она бы с удовольствием отомстила старому дураку, который контролировал Стол. Или молодому идиоту, в заговоре с которым состояла фортуна. Но ей нужно было не удовольствие, а кое-что большее.

Она хотела стать Первый Спикером.

И пока у нее оставалась на руках хоть одна карта, она намеревалась ее разыграть.

Она нежно улыбнулась, подняла руку и дождалась, пока все совершенно успокоились. После этого она заговорила.

— Первый Спикер, я, как раньше сказал Спикер Гендибал, не возражаю. Выбор преемника — ваша прерогатива. Я сейчас взяла слово с целью внести вклад — я надеюсь — в успех миссии Спикера Гендибала. Можно мне выразить свои мысли, Первый Спикер?

— Выражайте, — буркнул Первый Спикер. Деларми показалась ему уж слишком нежной и доброжелательной.

Деларми больше не улыбалась, она наклонила голову набок и серьезно произнесла:

— Наши корабли не так совершенны, как корабли Первого Сообщества, но Спикеру Гендибалу есть на чем лететь. Он знает, как и все мы, как пилотировать корабли. На каждой значительной планете Галактики есть наши представители, и он везде будет желанным гостем. Он может защитить себя даже от этих анти-мулов, поскольку знает об опасности. Ведь и тогда даже, когда мы о них не знали, они предпочитали не трогать нас, а действовать через низшие разумы фермеров. Мы, конечно, тщательно проверим всех членов Второго Сообщества, включая Спикеров, но я надеюсь, что они не пострадали. Анти-мулы не смеют вмешиваться в наши разумы.

Тем не менее, незачем Спикеру Гендибалу рисковать больше, чем необходимо. Будет лучше всего, если его миссия будет замаскирована и он отправится в путешествие под видом стрынского фермера-торговца. Прим Палвер, например, так и делал.

— У Прима Палвера, — сказал Первый Спикер, — для этого была причина. У Спикера Гендибала такой причины нет. Если ему понадобится прикрытие, он достаточно умен, чтобы его организовать.

— Прошу прощения, Первый Спикер, я хочу предложить более тонкое прикрытие. Прим Палвер, как вы помните, брал с собой жену, многолетнюю спутницу. Путешествующий с женой выглядит вполне патриархально. Это устраняет всякие подозрения.

— Жены у меня нет, — сказал Гендибал. — Спутницы были, но ни одна из них добровольно не приняла бы супружескую роль.

— Это хорошо известно, Спикер Гендибал, — сказала Деларми, — но люди примут любую женщину, которая полетит с вами, за вашу жену. Желающих найти нетрудно, а если вам обязательно нужны документы, это тоже можно обеспечить. Я думаю, с вами должна отправиться женщина.

На мгновение у Гендибала перехватило дыхание. Неужели она собралась…

Может быть, это хитрость, чтобы получить свою долю в его успехе? Может быть, она добивалась совместного или поочередного занятия поста Первого Спикера?

— Я ошеломлен, — серьезно сказал Гендибал, — тем, что Спикер Деларми нашла, что она…

И Деларми громко расхохоталась, глядя на Гендибала с почти искренним обожанием. Он угодил в ловушку и выглядел дураком. Этого Стол не забудет.

— Спикер Гендибал, — сказала она, — я не обладаю достаточной дерзостью для такой задачи. Она ваша, и только ваша. Как и пост Первого Спикера будет вашим, и только вашим. Я бы никогда не подумала, что вы захотите взять меня с собой. В моем возрасте уже не принято обольщать мужчин…

Среди Спикеров замелькали улыбочки, улыбку не смог скрыть даже Первый Спикер.

Гендибал принял удар и, чтобы не усугублять своего положения, не стал подражать иронии Деларми, это был бы напрасный труд.

— Так что же вы предлагаете? — вежливо спросил он. — Я и не думал, что вы пожелаете составить мне компанию. Я знаю, что вы лучше чувствуете себя на заседаниях Стола, чем в галактических дебрях.

— Согласна, Спикер Гендибал, согласна. Мое предложение соответствовало бы вашей роли стрынского торговца. Чтобы вы в этой роли выглядели естественно, лучшей спутницей для вас была бы стрынка.

— Стрынка? — Второй раз за короткое время Гендибала застали врасплох. И Стол наслаждался этим.

— Та самая стрынка, — продолжала Деларми, — которая спасла вас от фермеров. Которая взирает на вас с трепетом. Чей разум вы ощупали. И которая, не сознавая этого, спасла вас от гораздо большей опасности, чем фермерские тумаки. Я вам предлагаю взять ее.

Первым импульсом Гендибала было немедленно и категорически отказаться. Но он знал, что Деларми того и ждет, и что это станет дополнительным развлечением для Стола.

Очевидно, Первый Спикер допустил ошибку, поторопившись назвать Гендибала своим преемником. Первый Спикер хотел отомстить Деларми, и она тут же обратила это в свою пользу.

Гендибал был самым молодым из Спикеров. Он рассердил Стол, потом избежал осуждения. Они не могли без негодования видеть его преемником.

Теперь они запомнят, как Деларми выставила его в смешном виде и какое удовольствие это им доставило. Она без труда убедит их, что для поста Первого Спикера ему не хватает зрелости и опыта. Их объединенное давление вынудит Первого Спикера изменить решение, пока Гендибала не будет. Или, если Первый Спикер настоит на своем, Гендибал окажется беспомощным перед лицом объединенной оппозиции.

Все это он увидел в одно мгновение и ответил, будто бы не задумываясь:

— Спикер Деларми, я восхищаюсь вашим предвидением, мне не удалось удивить вас. Я действительно намеревался взять с собой эту стрынку, хотя и не по той причине, которую назвали вы. Я хотел взять ее с собой ради ее разума. Все вы его изучили и знаете, что он собой представляет. Удивительно ясный, чистый и простой, без тени коварства. Ни одно прикосновение к нему со стороны не останется незамеченным. Не приходило ли вам в голову, Спикер Деларми, что эта стрынка послужит для меня прекрасной сторожевой системой? Мне кажется, что при помощи ее разума я обнаружу первые симптомы присутствия ментальной активности раньше, чем при помощи своего.

И в наступившей изумленной тишине он скромно добавил:

— Ах, никто из вас об этом не подумал? Ну, не беда. А теперь, я должен вас покинуть. Нельзя терять времени.

— Подождите, — сказала Деларми, потеряв инициативу в третий раз, — что вы собираетесь делать?

Гендибал слегка пожал плечами и ответил:

— Зачем уточнять? Чем меньше Стол знает, тем меньше у анти-мулов причин заняться вами.

Он сказал это так, будто его главной заботой была безопасность Стола. Он наполнил этой заботой свой разум и показал им.

Это им польстит. И удержит их от мысли, а знает ли сам Гендибал, что он собирается делать?

Вечером Первый Спикер разговаривал с Гендибалом наедине.

— Вы были правы, — сказал он. — Я не удержался и пошарил под поверхностью вашего разума. Я видел, что вы считаете мое заявление ошибкой. Оно и было ошибкой. Это все из-за того, что мне хотелось стереть эту вечную улыбочку с ее лица и отомстить ей за то, что она так хамски то и дело узурпировала мою роль.

— Лучше бы вы сказали мне частным образом, — вздохнул Гендибал, — а дальнейшие шаги отложили до моего возвращения.

— Тогда я не смог бы отомстить Деларми… Плохое оправдание для Первого Спикера, я знаю…

— Это не остановит ее, Первый Спикер. Она по-прежнему будет интриговать ради этого поста. Может быть, мне следовало отказаться от назначения. Легко доказать, что Спикер Деларми — лучший ум Стола и будет лучшим Первым Спикером.

— Лучший ум, но только за Столом. Она не видит настоящих врагов, кроме других Спикеров. Ее вообще нельзя было делать Спикером… Послушайте, мажет быть, я должен запретить вам брать эту стрынку? Я ведь знаю, что Деларми заманила вас в ловушку.

— Нет, нет. Причина, которую я назвал, настоящая. Эта женщина действительно послужит для меня сторожевой системой, и спасибо Деларми, что натолкнула меня на это. Я убежден, эта женщина будет мне полезна.

— Хорошо. Кстати, и я не лгал. Я действительно уверен, что в борьбе с кризисом вы достигнете успеха, если вы доверяете моей интуиции.

— .Доверяю, и согласен с вами. Обещаю вам, что вернусь и стану Первым Спикером, и ни анти-мулы, ни Деларми не смогут мне помешать.

Говоря это Гендибал излучал энтузиазм. Почему он так радовался, из-за чего стремился в это путешествие? Из-за честолюбия? Конечно. Прим Палвер однажды совершил подобный поступок — так и Стор Гендибал не уступит. Никто не посмеет отнять у него пост Первого Спикера после этого. И все же, не было ли чего-то еще, кроме честолюбия? Жажда схватки? Вообще желание острых ощущений у человека, который всю свою сознательную жизнь томился на тайном клочке отсталой планеты?… Он не знал точно, но чувствовал, что ему отчаянно не терпелось лететь.