Советская одноактная драматургия, 1982 - Ксения Николаевна Мануйлова

тебя много денег и не надо их зарабатывать. Что ты дашь в приданое своей умной дочери?

Б е к и р. Нашей дочери приданое не нужно. Я ее продавать не намерен. Тот, кто полюбит ее и кого полюбит она…

К у д а с. А если она полюбит какого-нибудь голодранца? Прежде всего жених должен понравиться мне.

Б е к и р. Лучше все же — ей. И не одна ты — хозяйка в доме.

К у д а с. Ты что же хочешь, чтобы дочь советовалась только с тобой?

Б е к и р. Прежде всего она должна советоваться со своим сердцем.

К у д а с. И ты и дочь меня в грош не ставите. Она молчит, уходит куда-то…

Б е к и р. Плохая ты мать, если не знаешь, что на сердце у дочери. (Задумчиво.) Молчит, говоришь… уходит куда-то?.. Может, девочка влюбилась?

К у д а с. Выдумал тоже! В кого здесь влюбиться? Сейчас надо думать, как матери помочь. У нее каникулы, время свободное есть. (Заглянула в другую комнату.) Ну, вот, опять убежала, ничего не сказав.

Б е к и р. Наверное, в библиотеку.

К у д а с. И зачем читать книжки во время каникул. Лучше бы вязала.

Б е к и р. Надоел мне этот разговор. Не будет она вязать платки. Не будет.

К у д а с. Но почему?

Б е к и р. Сколько этих проклятых платков тебе нужно?

К у д а с. Чем их больше, тем больше денег. (Всхлипнув.) Думаешь, не обидно, когда тебя все обгоняют.

Б е к и р. Неужели, пока меня здесь не было, все в ауле стали вязать платки?

К у д а с. Не все. Но самые уважаемые.

Б е к и р. Если тебе нужно такое уважение, посади за машину сына. Пускай его хоть кто-нибудь уважает.

К у д а с (плачет). О, несчастье на мою голову! Почему мой муж ничего не делает для семьи…

Б е к и р (кричит). Замолчи! Я зарабатываю достаточно!

К у д а с. Да разве на твой заработок можно построить двухэтажный дом, которые теперь красуются по всей округе?

Б е к и р. Слушай, неразумная дочь Шонтака, ведь эти дома строит моя бригада. И если нашей семье понадобится такой дом, то мы его выстроим.

К у д а с. Для других ты строишь, а вот для себя…

Б е к и р. Чего же ты хочешь?

К у д а с. Хочу, чтобы у нас было много платков. И денег.

Б е к и р. Уважение окружающих и умные, работящие дети важнее, чем набитый кошелек.

К у д а с. Это правильно.

Б е к и р. Тогда я не могу понять, чего же тебе нужно?

К у д а с. Чтобы мой муж был всегда дома. Следил за хозяйством, наставлял сына, а не ездил по разным аулам.

Б е к и р. Ты хочешь, чтобы я бросил работу? А что я буду делать дома?

К у д а с. Станешь надомником.

Б е к и р. Каким надомником? Где?

К у д а с. Здесь. Прибирай в комнатах, стирай белье, готовь еду, занимайся домашними делами.

Б е к и р. А ты?

К у д а с. А я буду вязать. С утра до ночи. Из-за машины не встану. Всех в ауле за пояс заткну. И денег будет больше, чем у тебя на работе.

Б е к и р. Разве ты не знаешь, что добро, приобретенное без труда, съедают крысы?

К у д а с. А я разве не тружусь? Забыла, когда с соседками разговаривала. Из-за машины не встаю. А потом надо продать платки. Надо мотаться по разным городам, не зная покоя ни днем, ни ночью. Я пока еще не ездила…

Б е к и р. Да. Труд тяжелый. Лучше иди к нам в бригаду. Днем будешь работать, а вечером — спокойно отдыхать.

К у д а с. Бригада! Только стройка у тебя на уме. Чтобы похоронила я тебя с этой стройкой.

Б е к и р. Хоронить меня рано, дочь Шонтака. Я еще поживу.

И з м а и л (поет за сценой).

Как роза весной расцветет,

Как ливень внезапно пройдет,

Как молния ярко сверкнет,

Так нежданно любовь придет…

К у д а с (прислушивается). И с какой радости этот тонкошеий запел о любви?

И з м а и л (за окном). Бекир… Бекир!

Б е к и р (подходит к окну). Измаил, чего ты кричишь? Зайди в дом и скажи все тихо.

И з м а и л (входит). Спасибо. Поздравляю. Председатель говорит, что мы опять перевыполнили план. Все наши приехали?

Б е к и р. Да. Скоро получим новый объект.

И з м а и л. Бекир, дай мне твою бритву. У моей сгорел мотор.

Б е к и р (достает бритву). Как же ему не сгореть, когда ты бреешься по пять раз в день.

К у д а с (в сторону). Клянусь матерью, даже если он сдерет с лица всю кожу, и то я не поверю, что его сможет полюбить хорошая женщина.

И з м а и л. Ты что-то сказала, Кудас?

К у д а с. Говорю, похудел ты. Заболел, наверно.

И з м а и л. Нет… я здоров.

Б е к и р. Как же ему не похудеть, когда днем он работает на стройке, а по вечерам горит от любви.

И з м а и л. Не так уж я и похудел.

Б е к и р. О аллах, как говорит дочь Шонтака, ты похудел так, что твоя шея стала тоньше струны. Я боюсь, что она не выдержит тяжести головы.

И з м а и л (смеется). Не бойся, Бекир. Выдержит.

Б е к и р. Вот и хорошо, а то в такое горячее время остаться без головы было бы совсем плохо.

И з м а и л. Я понимаю, что без моей головы вторая бригада сможет вырваться вперед.

Б е к и р. Как так — вырваться? Даже если они перевернут Эльбрус, и то им не победить нас.

К у д а с (Бекиру). Если бы ты с таким жаром соревновался с соседями…

Б е к и р. Помолчи, дочь Шонтака. Не вмешивайся в разговор мужчин.

К у д а с. Но ведь я тоже говорю о соревновании.

И з м а и л. И каковы у вас результаты на сегодняшний день?

К у д а с. Разве я могу быть впереди, когда нет помощников? Ведь муж даже во сне кричит: «Кирпич! Раствор!»

И з м а и л (смеется). Наше соревнование — общее дело, а у вас — частное.

Б е к и р. Измаил, взял бритву — и иди, брейся быстрее и не забывай о второй бригаде. А попозже приходи. Мне надо с тобой посоветоваться.

И з м а и л. Все приказания будут выполнены. (Убегает.)

К у д а с. Кого же любит этот тонкошеий? Он худеет с каждым днем.

Б е к и р. Есть одна красивая девушка.

К у д а с. А зачем красивой девушке этот старый Измаил?

Б е к и р. Старый? Ему еще нет и двадцати шести лет.

К у д а с. Клянусь аллахом, если мужчина хоть раз развелся, каким бы молодым он ни казался, душа у него уже старая. Э-э, киши, почему ты молчишь?.. Скажи, кто она?.. Клянусь матерью, от меня никто ничего не узнает. Ее имя умрет в моей душе. Из-за кого он так высох?

Б е к и р. Сказать тебе или объявить по радио — одно и то же…

К у д а с. Я болтлива?.. Да пусть грянет гром…

Б е к и р. Я и сам не знаю…

К у д а с. Хорошо, есть и болтливее меня. И не будь я дочь Шонтака, если к вечеру не узнаю, к кому он сватается.

Б е к и р. А кто же будет вязать?

К у д а с. Прежде всего я должна узнать, кого хочет сделать несчастной твой Измаил.

Б е к и р. Такой добрый и порядочный человек не может сделать несчастной свою жену.

К у д а с. Много