Развод. Будьте моим бывшим, доктор - Анна Варшевская

сопротивлении мужа вам почти наверняка дадут как минимум месяц на примирение.

Вздохнув, киваю. Это я уже и так поняла. Ксения Владимировна обещает, что придёт на судебное заседание, а если вдруг вскроются какие-то косяки, то привлечёт других спецов из агентства и возьмётся за дело всерьёз, после чего мы прощаемся.

— Милая, мне надо зайти к знакомому, подождёшь меня минуту? — Даня как будто немного нервничает.

— Конечно, — пожимаю плечами. — Я здесь побуду.

Остаюсь в холле, а хирург сворачивает в один из коридоров. Я подхожу к какому-то стенду на стене, просто чтобы зацепиться взглядом и убить время, но спустя буквально минуту слышу у себя за спиной:

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

Оборачиваюсь и вижу улыбающуюся молоденькую девушку. Симпатичная такая, темноволосая, и смотрит очень доброжелательно.

— Нет, спасибо, я только что от юриста, просто жду своего спутника, — улыбаюсь ей в ответ.

— А-а, ясно, — она кивает. — Хорошо, если вдруг возникнут какие-то вопросы, обращайтесь, я Алина, секретарь Полкана Богатырёва, руководителя агентства.

— Очень приятно, я Агния, — представляюсь сама.

— О, так вы… Агния Добрая? — Алина словно теряется, но тут же снова улыбается.

— Откуда вы знаете? — мне не нравится, как на секунду дёргается в сторону её взгляд, под ложечкой начинает посасывать.

— Простите, мне нужно идти… — девушка оборачивается на выход.

— Подождите, Алина, — прошу её тихо. — Вы ведь не в первый раз услышали моё имя?

— Простите, — она повторяет так же тихо. — Я не имела права…

— А Даниила Игнатьева вы знаете? — спрашиваю наобум и вижу, что она вздрагивает.

Что за чёрт?!

— Алина, послушайте, — начинаю негромко, — у меня сейчас очень сложный период в жизни. События валятся, как снежный ком, всё встаёт с ног на голову… И вранья вокруг стало как-то слишком много. Пожалуйста, вы… можете меня понять, как женщина женщину?

Она вдруг слабо усмехается.

— Да, пожалуй, могу.

— Откуда вы обо мне слышали? — спрашиваю её.

— Некоторое время назад агентство выполняло заказ, нужно было собрать о вас всю информацию, — тихо, почти на грани слышимости выдаёт Алина.

— И кто… был заказчиком? — закусываю щёку до боли.

— Даниил Игнатьев.

Глава 19

— Агния, всё в порядке?

Мы с моей собеседницей одновременно поворачиваемся. Я с трудом фокусируюсь на Игнатьеве. Зрение словно немного плывёт, от шока соображаю с трудом.

— Да… да, конечно, — с трудом собравшись с мыслями, отвечаю медленно. — Ты… увиделся… с кем там, с другом?

— Со знакомым, — поправляет меня мужчина осторожно. — Ты какая-то бледная, точно всё хорошо?

Искоса смотрю на Алину и замечаю, что та прикусила губу и выглядит виноватой. Ловлю её взгляд и говорю Даниилу, но на самом деле ей:

— Всё в порядке. Не о чем переживать.

Девушка немного расслабляется, и я тоже выдыхаю. Это я обсужу с хирургом без свидетелей. Не хватало ещё устраивать скандал на людях. Потому что во мне медленно, но верно закипает злость. Точнее, даже не злость… очень сложно дать определение этим чувствам.

Я и сердита на него, и обижена, и много чего ещё — эмоции захлёстывают, не дают думать… Теперь, задним числом мне многое становится понятно: его осведомлённость о моих вкусах, какие-то незначительные детали в нашем общении, на которые я не обращала внимания… Объясняется и то странное чувство, которое преследовало меня первые недели после расставания с мужем. Мне всё казалось, что за мной кто-то следит. Я уже думала, что это паранойя… значит, никакой паранойи не было.

Но главное… основное, что сносит крышу подчистую — Даниил мне врал. Ему не нужно было, чтобы я что-то рассказывала, делилась с ним подробностями своей ситуации. Большую часть информации он уже знал и так. И вот от этого почему-то обиднее всего. Обиднее… и больнее.

Домой мы едем в молчании. Уж не знаю, о чём думает Игнатьев, а я закипаю, словно чайник. Дохожу до кондиции, в буквальном смысле.

— Солнышко, ты какая-то тихая, — Даниил паркуется возле дома, смотрит на меня внимательно. — Расстроилась из-за того, что сказала адвокат?

— Расстроилась? — поднимаю брови.

— Рассердилась? — поправляется он.

Выхожу из машины, иду к дому, хирург идёт за мной. Разворачиваюсь я уже в холле.

— Зачем ты заказывал в агентстве информацию обо мне? — спрашиваю прямо.

Мужчина, вздрогнув всем телом, роняет на пол ключи от машины. Даже если у меня и были сомнения насчёт того, что эта какая-то ошибка, теперь они улетучиваются. По его лицу сразу видно: то, что мне сказала Алина — правда от первого до последнего слова.

Складываю руки на груди, и Даниил сглатывает, глядя на этот жест.

— Милая, всё совсем не так, как ты думаешь…

— Интересно, — тяну язвительно, — и как же я, по-твоему, думаю? Расскажи мне. А ещё лучше — объясни, с чего вдруг?!

— Солнышко, ты только не волнуйся…

У меня перед глазами плывут белые круги. Самая идиотская фраза из всех возможных — попросить человека не волноваться. После этого любой начнёт волноваться в десять раз больше.

— А с чего бы мне волноваться? — прищуриваюсь, глядя на него.

— Я собирался сказать, не сердись, — пытается исправить ситуацию Даниил. — Я… не хотел ничего плохого! Агния, пожалуйста… Я понимаю, что со стороны это выглядит, наверное, ужасно…

— Именно так и выглядит, — я вдруг чувствую, что очень устала.

Не хочу сейчас никаких разборок. Не хочу извинений, объяснений, оправданий… Да, наверное, он не хотел ничего плохого. Но в моей жизни в последнее время действительно слишком много вранья. И мне противно осознавать, что и Даня тоже не был со мной честен до конца.

— Я не хочу сейчас разговаривать, — поднимаю глаза на мужчину. — Мне… нужно подумать. Как быть дальше с тем, что я узнала. С тем, что в наших отношениях всё было не так, как мне казалось.

— Агния… ягнёночек, я… прости, — мужчина словно растерян, судорожно сжимает руки в кулаки. — Пожалуйста, не сердись. Я правда хотел как лучше…

— А получилось как всегда, — договариваю за него тихо. — Я сегодня переночую у себя в комнате.

Сворачиваю в коридор, закрываю за собой дверь комнаты и тяжело опускаюсь прямо на пол, придавив створку спиной. Не знаю, почему я так остро реагирую. Может, потому что совсем недавно мне показалось, что это оно — то самое? Потому что я действительно влюбилась, влюбилась по-настоящему, как никогда — теперь-то я это понимаю — не любила своего мужа?

Даня явно решает оставить меня в покое и не трогать. И правильно. Нам обоим есть о чём поразмыслить. А спустя полчаса, когда я уже ложусь спать, мне приходит сообщение от Влада, с просьбой выйти завтра