Жестокие звезды - Константин Кривцун

Впрочем, до тех пор, пока Кед не утихомирил его затрещиной.

К полудню дождь утих, и его сменил густой туман. Болота, к счастью, заканчивались. Местность пошла холмистая, большая часть пути проходила в подъемах и спусках. Миша снова начал причитать, и тогда Кед скомандовал привал. Развели костер, перекусили, немного подсушили одежду. Кед неожиданно для меня снова принялся откровенничать.

– Я в одно время, когда служил во флоте, проходил целый курс по географии и особенностям острова Забвение. Не так уж давно это было, и тому, что я сейчас поведаю, можно доверять. Сейчас мы войдем в самую странную часть острова. Конечно, не считая Колодца. Здесь раньше содержались за отдельным заграждением душевнобольные люди. Не просто преступники, а серийные убийцы, маньяки и тому подобный сброд. Многие так и остались жить внутри ограниченной забором территории. Нужно быть начеку…

– Почему сейчас это место не охраняют? – спросил я.

– Психи лет пять назад перебили охрану, – криво усмехнулся Кед. – Власти махнули на это место рукой. Решили больше не выставлять сюда своих людей. Даже в новостях не обмолвились ни словом.

– Хорошее местечко, – хихикнул Миша. – За эти годы там остались самые серийные и самые маньячные…

– Это почему? – удивился я.

– Естественный отбор, – хмыкнул Миша.

Кед глухо рассмеялся:

– Круче психов, чем мы, на острове все равно нет.

– А это еще почему?

– Сам подумай, – лекторским тоном продолжил Кед. – Просто представь, куда мы идем и зачем!

Настала моя очередь смеяться. Получился смех, правда, несколько принужденным.

– А что, это место никак не обойти? – поинтересовался Миша.

– Слева тут находится каньон, справа – река. Ты хочешь терять день и лезть в воду? Или предпочитаешься сорваться с горы?

– Нет, – подумав, сказал Миша.

– Тогда придется топать туда, – Кед ткнул пальцем на лес впереди. – Будем надеяться, что сейчас у них не охотничий сезон и мы сможем проскользнуть незамеченными.

Мы поднялись на пологий холм и оказались на небольшой поляне. По центру здесь некогда проходила стена. Теперь из травы огрызались тупыми клыками только остатки кирпичной кладки. Через кирпичи и скрепляющую их смесь уже пробивался кустарник. Природа всегда побеждает человеческие творения. Рано или поздно.

Неподалеку стояла покосившаяся сторожевая башня. Ржавая проволока оплетала бетонный фундамент и исчезала в зарослях иван-чая. А за стеной были пологий склон и лес, состоявший в основном из берез. Красота. Так и не скажешь, что впереди живут опасные душевнобольные.

– Ну что? Идем? – спросил я.

– Идем, – поддакнул Кед.

Мы перебрались через оставшийся от стены бортик. В высоту он был не больше метра. Похоже, пролом в стене психи сделали как раз где-то здесь. За пять лет вода и ветер навряд ли смогли бы так разрушить кладку.

Люди иногда тоже помогают природе побеждать свои же творения. Забавно…

Мы с Кедом уже начали спускаться, когда нас писклявым голосом окликнул Миша:

– А может, не надо?

– Надо, Миша, надо, – позвал его Кед.

– Ну вас! – обиженно махнул рукой жулик, потом рассмеялся и полез за нами.

Несмотря на браваду, и Мише, и мне было совсем невесело. Что-то нехорошее мерещилось за только что пересеченной оградой – не просто призрачный страх перед неизвестностью, а конкретная опасность для меня и товарищей. Может, действительно повернуть назад и плюнуть на весь нелепый поход с большой колокольни?

– Чего раскис? – хлопнул меня по плечу Кед. – Все будет нормально. Войдем и выйдем с другой стороны. Я же умею драться. И думать.

– Ах, ну да! – кисло усмехнулся я. – Чуть не забыл…

Дальше шли молча. Хрустели под ногами ветки, ветер играл в верхушках деревьев. Я уже всерьез стал надеяться, что неприятности минуют нас. Ошибся.

Девочка лет двенадцати тихо вышла из-за кустов и исподлобья уставилась прямо на меня. Губки бантиком, молочно-белая кожа и большие серо-голубые глаза, в которых дрожат слезинки.

– Блин, – выдохнул Кед и остановился.

– Здравствуйте, – медленно проговорила девочка. – Я не блин, а всего лишь девочка. Что вам нужно на этой земле?

– Отвали, пискля! – фыркнул Миша и пошел дальше, не обращая на ребенка внимания.

– Постой, Миша! – крикнул я. – Давай поговорим!

Девочка, странно наклонив голову, посмотрела сначала на жулика, потом на меня. Выглядела она при этом как поломанная кукла – резкие и неестественные движения, отсутствие эмоций.

– Мы хотим пройти через эти земли, – сказал я. – Мы держим путь в клан Мудрых.

Девочка смотрела на меня надменно и зло.

– Почему вы не обошли это место стороной? Зачем потревожили нас?

– На юге – река, на севере – овраги, – объяснил Кед. – Здесь идти было лучше всего. Мы не собирались нарушать ваш покой!

– Чего ты перед этой соплей оправдываешься? – гоготнул Миша. – Пойдем дальше – и все! Вот встретим взрослых, тогда и станем рассказывать что к чему!

– Да погоди ты! – шикнул на него я. – Неужели не понимаешь, что мы сейчас под прицелом? Сейчас решается вопрос – убивать нас или нет.

– Серьезно? – сделал большие глаза Миша и больше за всю беседу не проронил ни слова.

Я понимал, что дурачком он лишь прикидывается. Дурачок не смог бы провернуть ту аферу с угоном кораблей с Луны. Но с другой стороны, умный человек не попался бы…

– Вы умрете! – изрекла девочка.

– Вы не желаете пропустить нас? – спросил Кед, явно желая потянуть время.

У меня защекотало между лопаток – я представил, что туда сейчас воткнется метательный топорик или наконечник стрелы. Очень неприятное чувство. Рука сама потянулась к ножу и сжала пластиковую рукоять.

– Нет, – сказала девочка. – К тому же я давно не ела мяса.

Лицо ребенка разрезала довольная улыбка. В руке, которую она до этого держала за спиной, оказался длинный почерневший нож.

– Хи-хи, – раздался тоненький смешок, и девочка прыгнула на Кеда.

Чисто инстинктивно я бросил в ребенка свой нож. Он вошел девочке в горло, и та, пустив изо рта фонтан крови, кулем шлепнулась на землю. Ручонка разжалась, и на траву упала кривая, подпаленная в огне щепка.

– Твою мать! – смачно выругался Кед.

– Вот тебе и маньячные маньяки, – почти шепотом произнес Миша.

– Что ты наделал, Сергей? – повернулся ко мне Кед.

– Э… Убил. Девочку…

Мне стало совсем дурно. Труп ребенка притягивал взгляд. На ватных ногах я пошел к тельцу, присел на колени, погладил мягкие волосы.

– Вставай! Я пошутил, – сказал я тихонько и приподнял мертвую девочку.

– Отвали от нее, придурок! – Разъяренный Кед подскочил ко мне и сильно толкнул в плечо. – Уходим!

Я поднялся, не отрывая глаз от тела, и побрел за капитаном.

Вскоре подошли ко второй стене. Небо вновь заволокло тучами, стал накрапывать дождик. Миша снова заныл. С этой стороны стена оказалась гораздо выше, да и выглядела новее. Пока решали, как мы будем перебираться через пятиметровое препятствие, дождь поутих.

Кед не придумал ничего другого, как пройти вдоль стены и поискать растущие рядом высокие деревья. Прямо скажем, перспектива прыгать с верхушки дерева через стену у меня не вызывала никакой радости. В подкорку стучала всего одна мысль – побыстрее выбраться отсюда. Я ждал, что вот-вот родители этой странной девочки нагонят нас, чтобы поквитаться за убитого ребенка.

Черт меня дернул вмешаться! Не я б ее убил, а Кед – и то бы легче было. Теперь выходит, что я хуже этих психов. Твою мать!

Подходящее дерево нашлось в километре от того места, куда мы вышли изначально. Нельзя сказать, что дерево это было громадным, – большому дереву не позволили бы расти рядом со стеной, когда территорию еще охраняли. Это была молодая березка, лишь на несколько метров переросшая кирпичную ограду.

Кед полез первым. Он двигался вверх быстро и уверенно, дерево шаталось и поскрипывало под его тяжестью, но все прошло вполне удачно – разделявшие березку и стену два с половиной метра Кед преодолел, наклонив гибкий ствол на себя. В следующий миг он схватился рукой за кирпичи, отпустил березу и, кряхтя, влез на стену.

Следующим лез Миша. У него все вышло менее красиво, но и он вполне уверенно подтянулся на стене, и теперь уже две фигуры ждали меня наверху.

Я стал карабкаться на дерево быстро и легко – цепкости мне было не занимать – и уже почти дополз до верхушки, как сзади послышались крики и шум. Через секунду над плечом просвистел булыжник и ударился в кладку.

– Опа-на! – только и сказал я.

Ничего не оставалось делать – я пролез еще метр и прыгнул. Прыжок вышел нелепым и коротким, но до стены тем не менее мне удалось долететь. Кончиками пальцев я схватился за крайние кирпичи барьера, а потом по инерции врезался в стену. Руки сорвались, и я рухнул вниз.

– Серж!!! – закричал Миша, а потом зазвенело в ушах, и меня накрыло волной боли.