Маски. Карнавал судеб - Фреда Брайт

И после этого еще говорят, что у нью-йоркцев черствые сердца!

Однако стоит вернуться к тому памятному вечеру…

Итак, Питер, как обычно, сидел «У Смитти», как обычно, напивался и жалел себя, когда молодой светловолосый человек в костюме от «Братьев Бруко» уселся на соседний стул. Его внешний вид резко контрастировал с окружающей обстановкой.

— Простите, вы ведь Питер Мэйнвэринг, не так ли?

Питер утвердительно кивнул.

— Слава Богу! Не представляете, как долго я вас разыскиваю! А меня уже здорово поджимает время.

Незнакомец явно нервничал, будто первокурсник колледжа. Слегка растягивая по-южному слова, он представился Джимом Биссо из «МираКо», международной инвестиционной компании.

— Никогда не слышал о такой, — буркнул Питер. Ему хотелось, чтобы парень заткнулся и оставил его в покое, но тот, напротив, заказал им обоим выпивку.

За порцией бурбона с содовой Биссо поведал Питеру, что компания, на которую он работает, в последнее время обратила свои взоры на киноиндустрию и решила профинансировать эксцентрическую комедию с участием Джуди Сайм.

— Вы знакомы с ее работами? — обеспокоенно спросил он своего собеседника.

Питер пожал плечами.

— Я же не на Марсе живу.

Сайм была самой яркой новой комедийной актрисой после Голди Хоун, но какое он имеет к этому отношение, Питер никак не мог взять в толк.

— Великолепно! Мы… я… под «мы» я разумею своего босса, бизнесмена мирового уровня, страстного почитателя вашего таланта. В общем, он хочет, чтобы вы написали сценарий фильма, вот в чем соль.

— Ну так что? — пробормотал Питер и вновь уткнулся в свой стакан.

Биссо признался, что он только недавно начал работать в этой фирме и ему приходится очень тяжко.

— Во всяком случае, от меня требуется, чтобы вы подписали контракт, собрались и отправились в Лос-Анджелес утренним рейсом и успели на двухчасовое совещание по поводу картины.

— А почему именно я? Я никогда не писал киносценарии. — А точнее, он уже год как вообще ничего не писал. Наверно, уж и сноровку потерял… — Я, конечно, очень польщен, мистер Биссо…

— Пожалуйста, зовите меня просто «Джим».

— …но боюсь, что ответ все равно будет отрицательным.

Джим не сдавался. В течение следующего часа он умолял, уговаривал, лебезил, соблазнял большими деньгами, контрактами, упоминал какие-то дополнительные выгоды… Намекнул на «вызов, брошенный его таланту», профессиональную гордость, но Питер только улыбался.

Биссо производил впечатление приятного, хотя и несколько многословного молодого человека, и Питеру не хотелось его огорчать; но никаких намерений отправляться в Голливуд у него не было. Планы на жизнь у него были совсем другие: в основном они касались выпивки.

— Вы понимаете, что значит слово «нет»? — наконец усталым голосом спросил он своего искусителя и сделал знак официанту принести им еще спиртного.

Молодой человек совсем пал духом.

— Вы действительно именно это имеете в виду?

— Да! Я имею в виду именно «нет».

— О Господи! — Джим закрыл лицо руками.

— Веселее, мой мальчик! Это еще не конец света.

— Для меня — конец. Что я скажу Эми? — простонал он.

— Кто эта Эми?

— Моя девушка… если честно — невеста. Самая чудесная девушка в мире! Она будет убита, когда узнает, что со мной происходит, мистер Мэйнвэринг…

— Просто Питер.

— Что со мной происходит, Питер… У меня все валится из рук. Я абсолютный неудачник с точки зрения карьеры… никуда не гожусь… не могу удержаться ни на одной работе. Я уже в третий раз теряю место с тех пор, как мы с Эми обручились… Простите… — Он вытер нос салфеткой. — Я не собирался примешивать в наш разговор свои личные проблемы… но обычно я так много не пью… Просто мне ужасно не хочется огорчать ее — в который раз! Господи, ну почему она хочет выйти замуж за такого неудачника? — Казалось, он вот-вот расплачется.

— Вы не неудачник, — постарался утешить его Питер. — Вы прекрасно делаете свое дело! Причина не в вас, а во мне. Это я виноват, что вам так туго приходится.

Но Джим был безутешен.

— Понимаете, Питер, я схожу по ней с ума. Я хочу сказать, что если с вами когда-нибудь такое случалось, если вы когда-нибудь по-настоящему любили…

Неожиданно для себя Питер был тронут. Какой славный парень, думал он. И так влюблен… Ему стало тоскливо.

— А если вы удержитесь в фирме, это будет для вас что-нибудь значить?

— Все на свете!

— Иными словами, нужна моя подпись на контракте.

Джим кивнул и заказал следующую порцию.

— Мне хочется помочь вам, Джим, но я не уверен, что сейчас профессионально пригоден… — с трудом выговорил Питер. — Жизнь — серьезная штука. Я имею в виду, как можно заставить смеяться других людей, когда не способен смеяться сам?

— Понятия не имею!

Джим потянулся за хрустящим печеньицем, но, не удержав равновесия, свалился с высокого стула.

Смеясь, Питер помог ему подняться с пола.

Что было потом, Питер уже помнил весьма смутно: оба были пьяны в стельку. Впрочем, если насчет своего состояния он был уверен, то относительно Биссо у него потом появились некоторые сомнения: парень крутился возле до тех пор, пока не впихнул его на утренний рейс до Лос-Анджелеса, и больше ни о нем, ни от него ничего не было слышно.

Вообще-то все происшедшее смахивало на хорошо разыгранный спектакль, но это уже не имело значения: брошенный «вызов» оказался именно тем, что требовалось Питеру в тех обстоятельствах.

Уже следующим днем Питер Мэйнвэринг с головой окунулся в дела, и его мозг, уставший от вынужденного безделья, заработал на полную мощность.

После успеха первого художественного фильма «Отступные деньги» его жизнь сделала крутой вираж. Дни были заполнены до предела, светило солнце, цвели цветы…

Прошлое если и не исчезло из памяти навсегда, то хотя бы отступило, а настоящее было невероятно насыщенным и приятным.

В полудремотном состоянии Питер в сотый раз подумал, как ему повезло, что Джим Биссо нашел его в тот вечер и отправил утром в Голливуд. Такая судьба, несомненно, была куда лучше смерти.

— Эй, лежебока! — Она поцеловала его в ухо. От нее пахло духами и свежестью.

Питер перевернулся на живот и посмотрел в ее загорелое лицо.

— Привет, дорогая, — улыбнулся он Джуди Сайм. — Я рад, что ты уже дома.

Олд-Вестбьюри

Миранда знала, что деньги могут творить чудеса.

С помощью своего богатства она уже спасла Питера от самого себя, постоянно делала пожертвования на нужды приютов для животных в Нью-Йорке и Чикаго, поддерживала матерей-одиночек, учредила ряд поощрительных стипендий в области науки и искусства… Единственное, чего не могли сделать деньги, — держать под контролем ее подсознание.