Заводские настройки - Александра Ручьева

Обходами по технологии на прежнем месте работы руководил Владислав Алексеевич, заместитель начальника. Каждую среду мы пересекали очередной участок кузнечно-прессового цеха, разыскивая косяки рабочих. «Система должна работать! Вот я каждый раз в начале смены проверял чистоту рабочих мест, всё ли в порядке, когда был начальником отделения», – наставлял Владислав Алексеевич. И я тоже приобщалась к его философии, хотя высокие должности мне не светили. Потихоньку выстраивала собственную систему.

На новой же работе въехать в местную систему я сразу не смогла. Оно и понятно: где ковка металлов, а где производство электрических изделий – совершенно разные области. Но ничего, привыкла.

Новый завод – не прежний филиал: цехов много, структура сложная. И здесь было серийное производство. А «серия всех кормит», как говаривал один из опытнейших сотрудников нашего отдела Анатолий Владимирович.

Анатолий Владимирович Романов – главный специалист по регулирующей аппаратуре. Или попросту главный. «Вот у нас на заводе главных немного: главный технолог, главный конструктор, главный метролог и я!» Я бы прибавила ещё пару должностей, да только не вспомнила. Да и чего спорить со специалистом? Тем более с главным. Слушала и внимала. Недавно вспоминала, как Оксана Сергеевна, моя наставница, нас познакомила:

– Вот, Анатолий Владимирович, новая девочка пришла. Хорошая. Сашей зовут. Будет помогать вам по серии.

– Мы ещё посмотрим, что за девочка, – проворчал он.

Полностью седой, со взъерошенными волосами и очками в чёрной оправе на кончике носа, Анатолий Владимирович походил на сумасшедшего профессора из фантастических фильмов.

Что-то кому-то доказывать сразу расхотелось. Я никого не знала и только погружалась в мир токов и напряжений, изделий и конструкторской документации. Знакомство с новым заводом закрутило меня вихрем кабинетов и людей. Что же конкретно буду делать на новом месте, я совершенно не представляла.

Дни медленно перетекали один в другой. Я сидела над ГОСТами, разбиралась с программами. Чем таким я привлекла внимание Анатолия Владимировича, даже не знаю. Наверное, природное любопытство подтолкнуло его заговорить со мной не о работе. В то время как остальные коллеги только здоровались и, кажется, на меня косились…

– Скажите-ка, Александра, как же вы к нам попали?

– Резюме моё нашли, позвонили. Я пришла на собеседование. Вот устроилась, – мне было немного не по себе от внезапного внимания.

– А образование какое?

– «Машины и технологии обработки металлов давлением».

– Как вас занесло. Посмотрим, девушка, что получится у вас. Я потом выдам что-нибудь в работу, – сказал Анатолий Владимирович и отправился по своим делам.

Нужно отметить, что Анатолия Владимировича без труда можно было узнать в любом помещении. Во-первых, он громко разговаривал по телефону, а если что не нравилось, то посылал: «Пошёл в задницу!» И это самое мягкое. В нашем проходном дворе-зале ещё и не так закричишь. Меня спасали наушники, потому что без них сосредоточиться на работе было очень сложно.

Во-вторых, Анатолий Владимирович шаркал при ходьбе, и его шаги всегда можно было отличить, что полезно, если он вдруг понадобится.

В-третьих, с утра, после традиционного разгадывания сканвордов, он делал обход всего нашего огромного зала, здороваясь и обмениваясь новостями с коллегами. Зимой всегда говорили о хоккее: «Трактор» опять продул, им нельзя было поддаваться «Магнитке», так бы вышли в финал Кубка Гагарина. И вообще, «Тракторишка» играть не умеет. Не чаял Анатолий Владимирович дожить до побед челябинского клуба и расстраивался.

Чем дольше я работала с Анатолием Владимировичем, тем больше убеждалась, что он панк. А что? Причёска соответствующая: торчащие в разные стороны пряди, будто встал с кровати и пошёл по делам. Характер несколько вредный, местами бунтарский. Однажды, когда его в очередной раз довели дурацкими требованиями, он воскликнул:

– Можно штамп изготовить и ставить: «задница», «задница», «задница».

Да, это чудесное слово на букву «з» он часто повторял. Куда ж без таких слов, если приёмка встала и давят со всех сторон?

Я часто помогала Анатолию Владимировичу в работе с серийным производством. Ни один шаг, ни одно действие в этом направлении не совершалось без его ведома. Будь то новое извещение, служебная записка или плановая корректировка документов. Иначе «развалили, украли, сломали, не вернули». Анатолий Владимирович настолько ответственный специалист, что даже в собственный отпуск звонил и проверял, как идут дела. «Я святой человек, и молитвы у меня хорошие», – говорил он о себе. Ну как такому не помочь?

Оба телефона Романова, рабочий и мобильный, разрывались: ему звонили из Нижнего Тагила и Кургана и прочих уголков России начальники всех рангов и мастей. А ещё Анатолий Владимирович каждый день ходил на завод решать вопросы серийного производства, общаться с заказчиками. Как он при такой нагрузке не сошёл с ума?!

В начале смены неизменно можно было узнать последние спортивные новости, не входя в интернет и не включая телевизор. В нашем загоне (иначе назвать рабочее место я не могла) было несколько болельщиков разных возрастов. Обсуждалось всё: будь то Олимпиада, теннисный или хоккейный матчи. Вчера играл местный хоккейный клуб «Трактор» с «Локомотивом» за выход в финал Кубка Гагарина, так мне с грустью об этом сообщал Романов:

– «Локомотив» – суки, выбили вратаря! А второй-то дырка! Не доживу я до того дня, когда «Трактор» возьмёт Кубок Гагарина…

– Ну что вы, Анатолий Владимирович, нельзя так говорить! У вас такая мотивация! «Трактор» ещё возьмёт своё!

Романов выслушивал меня, а затем делал круг по залу, обсуждая с остальными коллегами результаты вчерашней игры. Переживал человек за «Трактор». И за нас тоже – по-своему.

Боевое крещение на новой работе я прошла летом ковидного 2020 года. Тогда наших старших коллег отправили на длительный карантин домой. У Анатолия Владимировича карантин наложился на отпуск, а перед этим он поручил мне сделать заготовку для извещений по двум изделиям. Рассказал, где какие файлы лежат и для чего всё это нужно. Я честно подготовила документы и ждала возвращения Романова, но у пандемии были свои планы.

Большому начальству внезапно понадобилось, чтобы оба моих извещения были подписаны «ещё вчера». И я побежала. Эта процедура на нашем предприятии могла растянуться на долгие годы, если кто-то с чем-то не согласен, поскольку подписей на первом листе извещения собирать предостаточно.

Мои документы застряли у метрологов, а они – те ещё буквоеды. Любили проверить абсолютно всё, даже то, что их части не касалось. Приходя к ним за извещениями, я неизменно получала по листу, целиком исписанному замечаниями. Что-то спокойно исправляла сама, что-то – под руководством Анатолия Владимировича. Да, мы с ним работали удалённо, но по телефону. На нашем заводе