Возвращение - Вячеслав Сибирцев

Яндекс расслабился и даже закрыл глаза, чтобы случайный взгляд, зацепившись за лампочку или дверную ручку, не вызвал в голове всплеска ассоциативных связей. Он представил себя растением, молодым ростком, не умеющим думать и чувствовать, но всем своим существом тянущимся наверх, к свету, к живительному солнцу.

С фантазией у Яндекса проблем не был никогда. И теперь всё получилось, как надо. Так здорово, что контролёр даже подхватил его игру, внушая, что солнце – это именно он, и ростку больше некуда стремиться, кроме как к нему. Яндекс внезапно ощутил во всём теле необычайную лёгкость, в душе – радость. На миг показалось, что он, наконец-то, нашёл своё счастье, свой источник зова, к которому шёл столько лет. Он торопливо шагнул вперёд и не ощутил ни малейшего сопротивления среды. Наоборот, что-то словно подталкивало в спину. По-прежнему не открывая глаз, Яндекс шагал, блаженно улыбаясь, полностью погрузившись в образ зелёного стебелька, а сам поудобнее пристраивал в руках автомат, старясь не думать об этом.

Листочки ростка потянулись вправо, следуя за живительными лучами солнца. Яндекс вспомнил, что там должна быть ещё одна ниша, но не слепая, подобная той, в которой они ночевали, а с вентиляционной шахтой, уходящей вверх. Видно, воспоминание оказалось слишком ярким. Солнце скрылось за тучей, по лицу резануло леденящим холодом. Но Яндекс предвидел это. Распахнув глаза, он пружинисто прыгнул вперёд, в ту самую нишу, и изо всех сил нажал на спусковой крючок сопротивляющимся пальцем.

Очередь попала в шевелящуюся тень. Но не имея особого опыта стрельбы в тесных помещениях, он не убил контролёра, а лишь слегка ранил. Тёмная фигура в балахоне с надвинутым на глаза капюшоном не подняла руку, даже не открыла лица, но Яндекс ощутил такой сильный удар в грудь, что буквально вылетел из ниши в коридор и сильно ударился спиной в противоположную стену. Автомат он при этом выронил, и тот с металлическим лязгом упал далеко в стороне. Больше не раздалось ни звука, но Яндекс мог поклясться, что контролёр удовлетворённо расхохотался.

Яндекс медленно, словно почти потеряв сознание, сполз вдоль стены на пол, лихорадочно соображая, что же делать дальше. Гранаты он отмёл сразу – на таком расстоянии взрыв разнесёт всё вокруг и его самого в придачу. Оставался пистолет. Единственный выстрел, второго ему просто не дадут. Почему-то контролёр не мешал думать, но всё ещё оглушённый ударом Яндекс не заострил на этом внимания.

Пистолет из кармана извлёкся очень легко. Он словно бы сам прилип к пальцам. Но дальше всё пошло не так, как было задумано. Дуло отказывалось смотреть в лоб контролёру, оно упорно поворачивалось, целя в грудь самому Яндексу. Мальчишка изо всех сил сжимал оружие обеими руками, пытаясь придать им такое положение, при котором вывернуть суставы было бы немыслимо. Но кисти, словно гуттаперчевые, поворачивались, изгибались и опять медленно и неуклонно двигали чёрную бездну ствола, ориентируя её в напряжённую мальчишечью грудь.

Вдруг Яндекс краем глаза уловил в коридоре какое-то движение. Ещё один человек? Неужели тот, который воевал с бюрерами? Контролёр тоже рассеял внимание на двоих, потому что незнакомец вдруг споткнулся и замер, а мальчик почувствовал, что почти может владеть пистолетом. Упускать этот момент было нельзя. Яндекс выстрелил в ненавистного мутанта и снова слегка ранил его. Контролёр на секунду ослабил психическую хватку.

- Пригнись! – раздался сзади мужской голос.

Яндекс резко присел, а из-за его спины вперёд полетела автоматная очередь. Стрелявший, без сомнения, умел это делать. Пули прошили голову мутанта. Но и он в то же мгновение последним усилием, в котором сконцентрировалась вся воля умирающего организма, обрушил на нападающего пси-удар такой силы, что тот потерял сознание. Яндекс же скорчился на полу, чтобы не попасть в перекрестье двух совершенно разных, но одинаково смертельных огней.

Наступившая тишина показалась обманчивой, словно опасность затаилась, как химера, и только ждала, когда Яндекс пошевелится, чтобы прыгнуть и вонзить в него свои острые когти. Но он всё-таки переборол себя и поднял голову. Стараясь не смотреть на то, что ещё недавно было контролёром, мальчик повернулся и взглянул в коридор. Его спаситель лежал ничком, прижав грудью автомат. Яндекс на четвереньках подполз к нему и попытался нащупать на шее пульс. Артерия билась медленно и слабо, но ровно. Не заметив на теле мужчины особых ран, Яндекс вздохнул с облегчением – просто обморок. Не зная, чем отличается естественная потеря сознания от таковой, вызванной контролёром, он на всякий случай достал из рюкзака аптечку и ввёл травмированному нужный стимулятор. А сам сел рядом и стал ждать результата.

Мелькнула мысль, что надо бы сходить и проверить, как там Бой, и может быть, оказать помощь ему. А ещё надо было срочно перезарядить пистолет, подобрать автомат. Много чего надо было сделать, но почему-то Яндексу не хотелось двигаться с места. Устать, получить нервный срыв он не мог. Да и усталость – тяжёлое чувство, а он испытывал ощущение покоя, уюта и блаженства.

И вдруг Яндекс понял: перед ним лежит именно то, к чему он так долго стремился, что искал. Неужели чужой, совершенно незнакомый мужчина и был его мечтой, его целью долгие годы? Почему? Яндекс попытался перевернуть человека на бок, чтобы увидеть его лицо. Грязное, перепачканное кирпичной пылью, оно было действительно неизвестным, но что-то подсказывало Яндексу, что нужно верить чувствам, а не разуму. И он ещё пристальнее стал вглядываться в чужие черты. Без сомнения, он видел этого мужчину первый раз в жизни, однако изгиб бровей, линия рта, форма носа что-то мучительно напоминали. А главное – чувство покоя, уверенности в том, что счастливо закончился долгий-долгий путь, манящая цель достигнута.

Яндекс не отрывал взгляда от мужчины. Сейчас для него не существовало больше ничего в мире. Он не обратил внимания даже на шаркающие, неровные шаги Боя, бредущего по коридору. И только когда незнакомец застонал и открыл глаза, Яндекс весь потянулся вперёд, навстречу этому взгляду.

24

После бодрящего обеда и не менее бодрящей стычки с бюрерами я лёгким пружинистым шагом, хотя и немного прихрамывая, направился дальше. Но буквально через пару минут остановился и хлопнул себя по лбу. Да что же это я веду себя, как сталкер-новичок! Или, точнее, как «старичок», не понимающий всей прелести современной техники. Зачем устраивать глупые и рискованные баталии, если можно посмотреть на ПДА и по крайней мере быть информированным о наличии в округе живых существ. А кто предупреждён, тот вооружён. Конечно, спрятаться здесь негде, и обходной путь мне не найти, но по крайней мере неожиданно кирпичом по голове я не получу.

Включив электронного помощника, я уставился на экран. Так-так, вот и ладненько, впереди три живых биологических объекта (о том, чтобы по подвалам рыскали полуживые зомби, мне слышать не доводилось; отметаем эту вероятность, как крайне малую). Смотрим дальше: тот, который ко мне ближе, неподвижен. Двое других идут навстречу, причём один из них – человек. Во всяком случае, имеет свой ПДА. (Всплывший в голове образ псевдогиганта, мучительно изучающего экран компьютера, вызвал у меня нервное хмыканье). Спутник человека, я полагаю, тоже человек. Не с химерой же на поводке он прогуливается. Человек, только без ПДА. Бывает.

Я даже улыбнулся: надо же, не подвела логика. Вот он, Денис, и не один, а с товарищем, как я и думал. Ещё немного, при самом медленном передвижении минут тридцать – и я встречусь со своим дорогим, ненаглядным, бессовестным сыном.

Не выключая компьютер, я опять как мог торопливо зашагал вперёд. Ровный пол коридора и полное отсутствие аномалий позволяли не отрывать взгляд от экрана. Именно поэтому я смог уловить момент, когда две дальние точки вдруг замерли на месте, а несколько минут спустя погас значок чужого ПДА. Меня бросило в холодный пот, но тут же я сообразил, что сам-то объект жив, просто компьютер его вышел из строя. Мало ли что, может быть, батарейка села. Главное, я уже не сомневался, что эта точка – Денис.

И вдруг я почувствовал то, чего подсознательно опасался всё это время. Резкая боль, взорвавшаяся в глубине головы, заставила схватиться руками за виски и ткнуться лбом в прохладную стену. Через несколько секунд боль немного отпустила, но я потерял ориентацию в пространстве. Вестибулярный аппарат буквально корчился от непонимания, жуткая тошнота торопила меня расстаться с обедом, на спину то и дело словно выливали ведро холодной воды. На уровне условных рефлексов билась мысль о том, что я могу, я должен собрать себя в единое целое и поспешить на помощь. Кому? Не знаю. Но это моя работа.

С огромным трудом я постепенно различил верх и низ, право и лево. Потом понял, что стою в бесконечном пустом коридоре. Значит, мне надо куда-то идти. Только куда? Вправо или влево? И, собственно, зачем? Последний вопрос промелькнул мимо, нисколько меня не заинтересовав. Я человек подневольный, почти военный, надо – значит, надо. И надо вправо. Кажется, вправо.