Раздельные постели - Лавирль Спенсер

— Я думаю, на этот вопрос ответит Клей.

— Знаешь, он даже не соизволил рассказать нам, что нашел тебя.

— Я заставила его дать слово, что он не расскажет. Я живу в доме для незамужних матерей, и мне не хотелось, чтобы мои знакомые и родители знали мое местонахождение.

— Из-за твоего отца?

— Да, помимо других причин.

— Например?

— Например, деньги вашего сына, мистер Форрестер, и давление, которое они могут оказать на меня.

— Давление? Он предложил тебе деньги, которые ты отказалась принять. Ты это называешь давлением?

— Да. Разве не так?

— Вы укоряете меня, мисс Андерсон?

— Вы укоряете МЕНЯ, мистер Форрестер?

Напряжение в комнате достигло высшей степени. Через минуту Клейборн сказал менее обвинительным тоном:

— Ты удивляешь меня. Я не ожидал такой… беспристрастности.

— Я вовсе не беспристрастна. Последние две недели были ужасными. Я принимала решения, что было нелегко.

— Для нас эти недели тоже были отвратительными.

— Да, Клей рассказывал мне о вашем, смею сказать, ультиматуме.

— Называй это как хочешь. У меня нет сомнения, что Клей преподнес тебе все в правильной форме. Мы были чрезвычайно расстроены тем, что он не смог правильно рассудить ситуацию и показал, что не только не хочет отвечать за свои поступки, но и не хочет разрушать планы на будущее.

Анжела Форрестер подалась вперед, сидя на краю кресла, скрестив ноги и опираясь изящным локтем о колено.

— Кэтрин, — сказала она, и в ее голосе послышались первые эмоциональные нотки в этой комнате, — пожалуйста, пойми, что я — мы все — крайне волновались о твоем благосостоянии и благополучии ребенка. Несмотря на то, что ты говорила Клею, я была так напугана твоим уходом из дома. Я боялась, что ты сделаешь аборт.

Кэтрин быстро посмотрела на Клея, удивленная тем, что он рассказал родителям, что предлагал деньги на аборт.

— Они знают все подробности нашего первого разговора, — подтвердил он.

— Ты удивлена, Кэтрин? — спросила Анжела. — Тем, что Клей рассказал нам, или тем, что мы… навязали выход из этой ситуации?

— Полагаю, и тем, и другим…

— Кэтрин, мы знаем, что в первый раз ты была здесь вопреки своему желанию. Поверь мне, мы с отцом Клея бесчисленное множество раз задавали себе вопрос, как поступить правильно. Мы принудили Клея, чтобы он привез тебя обратно, поэтому, разве мы не так же виноваты в применении силы, как твой отец?

— Мой отец — импульсивный человек… Пожалуйста, не думайте, что я такая же, как он. — Кэтрин посмотрела вниз на свои колени, первое внешнее проявление ее внутреннего смятения. — Я не люблю своего отца. — Она подняла голову и смело посмотрела в лицо Клейборна, продолжив: — Вы можете узнать причину, почему я сейчас здесь. Я хочу, чтобы он не получил от вас ни гроша. У меня нет ничего общего с альтруизмом.

Клейборн поднялся, подошел к своему столу и сел. Он взял в руки нож для разрезания бумаги и начал вертеть его в руках.

— Вы очень прямая молодая женщина.

Анжела видела, что это доставляло удовольствие ее мужу. И хотя прямолинейность девушки была неприятна Анжеле, тем не менее она была тронута до глубины души тем, что дочь питала такие сильные отрицательные чувства по отношению к своему отцу. Женщина понимала, как много нужно пережить, чтобы отречься от отца такой девушке, как Кэтрин. Все это затронуло материнские чувства к Анжеле.

— Вам это не нравится? — спросила Кэтрин.

— Нет, нет, вовсе нет, — ответил Клейборн. Его раздражало то, что кто-то другой контролировал ход разговора. Он привык делать это сам.

Кэтрин снова посмотрела на свои колени.

— Ну, как бы там ни было, мне больше не придется жить с ним в одном доме.

Снова лицо Анжелы выражало сожаление. Она посмотрела на мужа, потом перевела взгляд на сына, который изучал профиль Кэтрин.

Клей убрал свою руку со спинки кресла и обнял Кэтрин за шею, как раз в том месте, где он однажды был, свидетелем следов плохого обращения ее отца. Вздрогнув, она посмотрела ему прямо в глаза, казалось, что его рука обожгла через волосы ее кожу… Клей посмотрел на своего отца.

— Кэтрин ушла из дома и устроила это таким образом, чтобы он думал, что она уехала далеко, а сама могла спокойно продолжать занятия.

Удивившись, Клейборн спросил:

— Ты учишься?

— Да, в университете.

Клей заговорил снова:

— Само собой разумеется, что ей трудно пришлось бы учиться, и заниматься ребенком. Мне удалось убедить ее, что будет разумным, если я буду помогать в финансовом отношении. — Он замолчал на некоторое время, потом взял руку Кэтрин и положил ее на свое колено, что показалось девушке очень знакомым. — Мы с Кэтрин все обговорили. Сегодня вечером я попросил ее руки, и она согласилась.

Анжела тщательно старалась скрыть боль на своем лице, но ее пальцы судорожно сжались. Нож для разрезания бумаги выскользнул из рук Клейборна и со звоном упал на крышку стола. Он оперся локтями о стол и закрыл лицо руками.

— Мы решили, что это — лучший выход, — тихо сказал Клей. Отец поднял глаза как раз в тот момент, когда рука Кэтрин осторожно соскользнула с колена Клея.

«Что я наделала?» — подумала Кэтрин.

Анжела пробормотала:

— Я чувствую такое облегчение, — и задумалась, так ли это было на самом деле.

Клейборн не мог сдержаться, чтобы не спросить:

— Вы уверены?

Кэтрин почувствовала, как глаза Клея притягивают ее взгляд к его лицу. Он окинул ее таинственным взглядом и положил руку ей на плечо.

— Мне и друзьям Кэтрин удалось ее убедить, — сказал он, вкладывая в слова какой-то интимный смысл.

Кэтрин почувствовала, как покраснело ее лицо.

Анжела и Клейборн были свидетелями того, с какой нежностью их сын смотрел на молодую женщину, и, потрясенные, они посмотрели друг на друга. Как могло случиться, что все произошло так быстро? Но каждый из них понимал, что однажды между молодыми людьми была интимная связь, значит, их уже влекло друг к другу. Все в поведении Клея говорило об этом, а смущение девушки это подтверждало. Но, чувствуя, что Кэтрин не нравится то, что Клей показывал свое отношение, Анжела подошла к ним и начала поздравлять. Клейборн встал из-за стола, подошел и пожал им руки. Крепко держа обеими руками руку сына, он честно сказал:

— Мы гордимся твоим решением, Клей.

Комната наполнилась мучительной смесью страстного желания и разочарования. Чувствуя это, Кэтрин подумала, что это похоже на состояние вора, который выбирает себе в жертву бывших друзей.

Анжела мягко спросила сына:

— Ты хочешь, чтобы твой отец и я занялись приготовлениями к свадьбе.

— Конечно, — не без колебания ответил Клей. — Кэтрин и я понятия не имеем, как это делается.