Раздельные постели - Лавирль Спенсер

— Хорошо, тогда что ты хочешь делать? Сбежать?

— Я не готова…

— Нам надо с ними поговорить. Ты возражаешь?

Что еще ей осталось делать?

— Думаю, нам придется поговорить с ними с глазу на глаз рано или поздно. Так почему не сделать это сегодня?.. Послушай, Кэтрин, они — не великаны-людоеды. Я уверен, что они нам помогут…

— Я не питаю никаких иллюзий по поводу того, что они думают обо мне и моей семье. Они не смогут забыть все, что натворил мой отец. Разве можно меня осуждать за то, что мне не хочется их видеть?

— Нет.

Они сидели, думая об этом. Но ни один из них понятия не имел, как готовиться к свадьбе.

— Моя мать знает, что нужно делать.

— Да, например вышвырнуть меня.

— Ты ее не знаешь, Кэтрин. Она будет счастлива.

— Разумеется, — угрюмо ответила она.

— Ну, тогда расслабься.

Но они продолжали сидеть, отлично понимая колоссальную разницу между тем, что ПРОИСХОДИТ и что ДОЛЖНО происходить в такое время, когда двое людей решили пожениться.

Наконец Кэтрин вздохнула.

— Ну, тогда давай пройдем через это.

Он резко завел машину. Он ехал обратно по петляющим улицам с первоклассными лужайками, размеры которых говорили скорее о зажиточности поместий, чем о плодородии земли. Машина описала кривую по дорожным камням и остановилась перед массивными передними дверями, которые она однажды уже критически рассматривала изнутри. Ее охватил страх.

Клей шел за спиной Кэтрин к дому и поймал себя на мысли, что думает о Джил Мангассон и о том, как бы все происходило, если бы на месте Кэтрин была она.

Уже в фойе Кэтрин предалась воспоминаниям о том вечере, когда они были здесь в последний раз. Она вспомнила, как в дом вбежал Клей, и какая за этим последовала сцена. Неожиданно Кэтрин очутилась перед зеркалом. Быстро взглянув, она отвернулась от его наблюдавших за ней глаз и решила не трогать локон волос, который выбился из прически. Он проницательно прочел ее мысли.

— Ты выглядишь прекрасно… Пошли. — Он взял ее за локоть.

Когда они вошли в кабинет, Анжела подняла глаза. Их неожиданное появление взволновало ее. Они были похожи на пару детей Солнца: оба светловолосые, высокие и потрясающе красивые. Анжеле Форрестер не нужно было даже говорить, насколько красивым будет их ребенок.

— Мы не помешали? — спросил Клей. Его отец оторвал взгляд от бумаг, лежащих на столе, и удивленно уставился на них. Все в комнате подчеркивало бесконечность происходящего момента. Анжела медленно опустила ногу с колена и сняла очки для чтения. Клейборн и Анжела пристально смотрели на Кэтрин, и она чувствовала, как краска заливает ей шею. Она с трудом преодолела желание спрятаться за спину Клея.

Наконец заговорил Клей:

— Мне кажется, нам всем пора как следует познакомиться. Мама, папа, это — Кэтрин Андерсон. Кэтрин, мои родители. — И опять наступил еще более болезненный момент, во время которого комната напоминала натюрморт «Родители и Дети».

Первой сделала движение Анжела.

— Привет, Кэтрин, — сказала она, протягивая вперед безупречную руку в драгоценностях.

Кэтрин сразу же почувствовала, что Анжела Форрестер, как и девушки из «Горизонта», была ее союзницей. «Эта женщина хочет, чтобы я вышла замуж за ее сына», — думала изумленная Кэтрин.

Затем Клейборн Форрестер встал из-за стола, выражение его лица было менее радушным, хотя он тоже протянул руку и поздоровался с Кэтрин. Если пожатие Анжелы было теплым и миролюбивым, то от руки ее мужа веяло прохладой почти так же, как когда Кэтрин была в этой комнате в первый раз.

— Значит, ты ее нашел, — без надобности заметил пожилой человек.

— Да, несколько дней назад.

Анжела и Клейборн быстро переглянулись.

— Несколько дней назад. Хорошо… — Но слово повисло в воздухе, и каждый почувствовал себя снова неловко. — Мы рады, что ты изменила свое мнение и вернулась, чтобы обговорить все более разумно. Нашу первую встречу, ну, давай скажем так, нельзя назвать идеальной.

— Отец, не могли бы мы обойтись без явных…

— Нет, все в порядке, — перебила его Кэтрин.

— Мне кажется, нам всем лучше сесть. — Анжела жестом указала на кресла. — Кэтрин, пожалуйста. — Клей прошел за ней и сел рядом. Его родители сели в кресла возле камина.

Хотя в животе Кэтрин чувствовала подергивание, она спокойно сказала:

— Мы решили, что будет лучше прийти и поговорить с вами тотчас.

Мистер Форрестер нахмурил лицо, точно так же, как в прошлый раз.

— При сложившихся обстоятельствах, я тоже так думаю, — сказал он.

Клей подался вперед по краю кресла, как будто хотел что-то сказать, но Кэтрин опередила его.

— Мистер Форрестер, я понимаю, что мой отец был здесь неоднократно. Я хочу извиниться за его поведение, как в тот вечер, когда я была вместе с ним, так и за последующие разы, когда меня не было. Я знаю, как неразумно он может себя вести.

Клейборн нехотя признался себе, что восхищался прямотой девушки.

— Я полагаю, Клей рассказал тебе, что мы не дали показания против него.

— Да, он говорил. И мне жаль, что вы так решили. Я могу сказать одно: у меня нет ничего общего с его поступками и надеждами, поверьте мне.

Не желая того, Клейборн опять почувствовал, что восхищается ее прямолинейностью.

— Мы, разумеется, знаем, что Клей предлагал тебе деньги, и что ты не приняла его предложение. Ты изменила свое мнение?

— Я пришла сюда не для того, чтобы просить денег. Клей рассказал мне, что вы не заплатили моему отцу ничего, что он требовал, но я здесь не для того, чтобы защищать его интересы, если вы думаете именно так. Я никогда и пальцем не пошевелю, чтобы помочь ему в этом. В тот вечер, когда я приходила сюда, я уже решила для себя, что убегу из дома, но устрою все так, чтобы было похоже, что я уехала далеко, чтобы он не мог меня достать. Я думала, что, когда уйду, он оставит вас в покое. Но, вижу, можно было бы избежать многих неприятностей, если бы я осталась…

— Я не претендую на то, чтобы любить твоего отца или прощать его, но я должен признаться, что чувствую облегчение оттого, что Клей нашел тебя и что раз и навсегда можно покончить с этой неразберихой. Мы все очень беспокоились и были расстроены поведением Клея.

— Да, он говорил мне.

Клейборн удивленно поднял бровь и посмотрел на сына.

— Похоже, вы с Клеем многое успели обсудить в последнее время.

— Да.

Чего Клей не ожидал, так это невозмутимости Кэтрин. Он был приятно удивлен тем, как она держалась с отцом. Если и было что-то, чем Клейборн Форрестер восхищался, так это мужество, а Кэтрин проявляла его в высшей степени.

— Вы пришли к какому-нибудь заключению? — решительно спросил Клейборн.