Грезы любви - Патриция Райс

Когда она вошла в кабинет мистера Латимера, там уже находился джентльмен в унылой серой одежде. Он поспешно поднялся и отвесил поклон. Элисон, заметив его близорукий взгляд и заляпанные чернилами пальцы, предположила, что это один из клерков мистера Фарнли. Что ж, из него получится скучный, но вполне терпимый попутчик. Он не похож на человека, который отошлет ее в каюту и прикажет оставаться там!

Как обычно, она почти не обращала внимания на разговор. Мистер Фарнли, судя по всему, прислал вместо письма своего служащего, однако мистер Латимер казался вполне довольным договоренностями, которые им удалось достигнуть. Оба они, видимо, считали ее слишком глупой, чтобы утомлять финансовыми аспектами ее пребывания в Чарлстоне и предстоящего путешествия. Элисон не стала разочаровывать их. Она уже научилась пользоваться уверенностью мужчин в своем превосходстве. Тем легче дурачить их, когда возникает такая необходимость.

Сообразив вдруг, что они ждут от нее ответа на какой-то вопрос, который она прослушала, Элисон слабо улыбнулась.

– Прошу прощения. Я задумалась. Вы что-то сказали?

Она чуть не рассмеялась при виде самодовольных взглядов, которыми обменялись ее собеседники. Рори не стал бы мириться с этим ни минуты. Может, пару раз ей удалось бы ввести его в заблуждение, но он слишком умен, чтобы позволить морочить себе голову. Вот уж кто умеет заставить себя слушать. А может, ей просто нравится слушать его, в отличие от этих болванов. Пожалуй, ей будет не хватать его на пути домой.

– Мистер Клив покажет вам каюту, зарезервированную для вас на борту «Нептуна», чтобы убедиться, что она вас устраивает. Впрочем, не думаю, что здесь будут проблемы. Судно принадлежит компании вашего деда, так что все ваши пожелания будут учтены. Но в связи с заходом в Чарлстон «Нептун» выбился из расписания. Вполне понятно, что капитан спешит сняться с якоря. Отправляйтесь с мистером Кливом, а я распоряжусь, чтобы ваши вещи упаковали и доставили на борт. Если мы проявим расторопность, с вечерним приливом вы уже будете на пути домой.

Встревоженная подобной спешкой, Элисон инстинктивно воспротивилась. Сделав неопределенный жест рукой, она обратилась к стряпчему:

– Мне понадобится горничная. Да и портниха еще не дошила несколько платьев. Я не могу так быстро собраться.

Мистер Латимер слегка нахмурился и заговорил со сдержанным нетерпением:

– Леди Элисон, прошу прощения за вмешательство, но мне кажется, что в ваших интересах путешествовать на собственном корабле. А поскольку это ваш корабль, вы должны быть заинтересованы в том, чтобы он вернулся в Лондон по расписанию. Ваши платья могут доставить позже, а горничная уже нанята. Мистер Фарнли был очень предусмотрителен.

Чертовски предусмотрителен, если кого-нибудь интересует ее мнение! Элисон уже начала уставать от внезапных отъездов и попыталась утешить себя мыслью, что это путешествие по крайней мере будет более комфортабельным. Ей не придется убегать среди ночи, воспользовавшись почтовой каретой или посудиной контрабандистов, за которой гонятся британские сторожевые корабли.

Смирившись, она взяла мистера Клива под руку, кивнула мистеру Латимеру в знак прощания и позволила отвести себя в порт.

У причала теснились корабли, но Элисон сразу увидела тот, на котором ей предстояло отплыть домой. Его трудно было не заметить. Широкую корму венчала выточенная из дерева голова Нептуна с развевающимися кудрями. Судно было почти такого же размера, как фрегат, и намного больше, чем шлюп Рори. Высокие мачты, казалось, пронзали небо, и Элисон пришлось напрячь зрение, чтобы рассмотреть бочку впередсмотрящего на грот-мачте.

Слишком большой, чтобы подойти к причалу, «Нептун» бросил якорь в более глубокой части реки.

Элисон с опаской ступила в лодку, которая должна была доставить ее на борт корабля. Жаркое июльское солнце, отражаясь от водной глади, слепило глаза, и она внезапно почувствовала головокружение. Прикрыв веки, Элисон коснулась рукой лба, и сверкающий летний день исчез.

Туман в ее мозгу рассеялся, и вместо величественного «Нептуна» она увидела Рори, стоящего на носу своего корабля, затенив глаза ладонью и устремив взгляд вдаль. Нетерпеливо отстранив бинокль, который кто-то протянул ему, он, казалось, готов был спрыгнуть с корабля и пуститься вплавь к берегу.

Следом пришло другое видение, повергнув ее в смятение и ужас. Гренвилл! Образ кузена мелькнул перед ее глазами и растаял. Он сильно изменился и выглядел встревоженным, лишившись своей обычной самоуверенности, но Элисон пробрал озноб. Он не был похож на заключенного.

Моргнув, она обнаружила, что уже находится на борту «Нептуна». Не в состоянии избавиться от тревоги, навеянной образом Гренвилла, она едва ответила на приветствие капитана корабля, когда их представили друг другу.

Любезные слова замерли на устах моряка, и он бросил озадаченный взгляд на провожатого Элисон. Клив ответил ему жестом, который, похоже вполне удовлетворил капитана, и, поклонившись, он отошел. Охваченная безотчетной тревогой, Элисон взглянула в сторону причала. Знакомый вид Чарлстона находился, казалось, за сотни миль от нее.

– Я хочу вернуться на берег, – внезапно сказала она.

Клив выглядел удивленным, однако успокаивающе похлопал ее по руке.

– Конечно, миледи. Позвольте только показать вам каюту. Если потребуются какие-либо изменения, мы сможем сделать необходимые распоряжения, прежде чем вернемся в город.

Это предложение показалось Элисон вполне разумным. По крайней мере, он не стал спорить. Она может покинуть корабль в любую минуту. Пожалуй, может даже приказать, чтобы он отплыл без нее. Наверняка у нее есть такое право. Жаль только, что мистер Фарнли не прислал ей банковский перевод. У нее еще оставались деньги, но недостаточно, чтобы спокойно ждать следующего корабля.

Каюта, куда проводил ее Клив, явно принадлежала капитану, если Элисон что-нибудь понимала в устройстве кораблей. На стенах виднелись темные пятна, указывавшие места, где висели карты и его личные картины, и Элисон задумалась, как же он будет обходиться без своего письменного стола. Она провела пальцами по поцарапанному дереву. Судя по многочисленным вмятинам, у капитана была скверная привычка швырять в сердцах твердые и острые предметы. Койка не имела занавесок, но стеганое одеяло казалось теплым. Между койкой и жаровней лежал плетеный коврик. В такой роскоши ей не понадобится Рори, чтобы согреться.

Эта мысль привела ее в уныние, и Элисон постаралась выкинуть ее из головы, повернувшись к Кливу.

– Я должна поблагодарить капитана за его жертву. Вы говорили, что наняли горничную?