Вера - Джон Лав

«Удушитель» мог не сработать; или сработать, но промазать; или все могло сложиться удачно, но Ее защитные поля — отражатели — сдержали бы атаку. Как бы ни повернулось нападение, оно станет уникальным, достойным и Ее, и Смитсона. Если «Вера» уцелеет, чего Фурд ожидал, то при любом исходе маневр Ее удивит. Конечно, если то, что жило внутри Нее, вообще могло удивляться.

Джосер еще больше пригасил свет, идущий от экрана, время шло тихо; чтобы достичь цели, ракетам и «удушителю» понадобится десять часов. Один за другим все офицеры мостика закончили рутинные дела, общение с другими членами экипажа постепенно сошло на нет. Относительно Гора 5 «Чарльз Мэнсон» висел в покое; он не принимал передачи снаружи, а его отсеки были изолированы друг от друга, как и те, кто находился на борту.

Он ждал, спокойный и непобедимый. Пока его части верили, что не нужны друг другу, пока не заботились друг о друге, целое было невозможно разрушить.

8

Целый час прошел без каких-либо происшествий.

— Каанг, — сказал Фурд, — если хотите отдохнуть, то лучше сделайте это сейчас. Вы нам понадобитесь позже, когда ракеты доберутся до Нее.

— Спасибо, коммандер, но я лучше останусь. Возможно, Она не станет ждать.

— Может пройти несколько часов, — ответил Фурд, не сдержав раздражения. — И вы собираетесь управлять кораблем вручную?

— Да, коммандер. Вы знаете, что мне так удобнее. Я быстрее компьютеров.

Она говорила так, словно давала какие-то указания по хозяйству; если Каанг и имела хоть какое-то мнение по любому другому поводу, то выражала его с гораздо большим сомнением и почти всегда оказывалась неправа. Фурд ничего не ответил, только подумал: «Что бы ни имелось в запасе у „Веры“, такого пилота, как Каанг, у Нее нет. Ни у кого нет, даже у остальных восьми „аутсайдеров“».

Совершенно неожиданно он быстро обменялся взглядом с Кир и понял, что они оба сейчас вспоминают о том дне, когда Каанг стала частью их команды.

Хотя он мог летать в планетарной атмосфере, «Чарльз Мэнсон» — как и все девять «аутсайдеров» — построили и оснастили на земной орбите ради сохранения секретности. После первого испытательного полета его держали в околоземном пространстве для решающего испытания с пилотом. Когда Каанг привез орбитальный «челнок», они уже знали о ее репутации, но сильно разочаровались, стоило милой и непримечательной девушке взойти на мостик и доложить о заступлении на службу.

После обычных формальностей Каанг неуверенно улыбнулась Фурду, заняв свое место, и напомнила ему — неуместно, как казалось тогда, — что это будет решающий испытательный полет. Тахл, временный пилот, предложил познакомить ее с управлением, но она вежливо отказалась; сказала, что если Фурд позволит, она бы приступила к выполнению задания немедленно. Коммандер согласился, а потом случилось нечто невероятное. Каанг вывела корабль с орбиты и управляла им так, словно в ее руках был не тяжелый крейсер в шестнадцать сотен футов длиной, а одноместный истребитель. Под ее управлением «Чарльз Мэнсон» крутился и кувыркался, вертелся и скользил, разворачивался на месте и чуть ли не выворачивался наизнанку. Она переключалась от ионного двигателя к магнитному, а затем к фотонному, ядерному и снова ионному, от девяноста процентов сбрасывала скорость до полной остановки, а потом резко набирала обратно так, что казалось, будто корабль вот-вот столкнется сам с собой. Она играла на «аутсайдере», как виртуоз на совершенном инструменте, на высочайшем уровне исполнения, неимоверно близко подойдя и к совершенству корабля, и к его разрушению. Каанг показала всем, какой может быть жизнь «Чарльза Мэнсона», и два часа выдерживала идеальный баланс между ее воплощением и небытием. Ее полет казался одновременно возвышенным и страшным. А когда все кончилось, она снова принялась смущенно улыбаться и неуклюже говорить банальности.

Это было семь лет назад, Фурд только принял командование над кораблем. С тех пор он узнал о Каанг лишь три вещи. Во-первых, пока компьютеры каждую секунду производили миллионы незначительных вычислений, она интуитивно перепрыгивала через несколько ступеней, видя картину в целом; так делали все военные пилоты, но Каанг всегда была быстрее и всегда оказывалась права. Во-вторых, Департамент хотел послать ее на «Альбера Камю», главный корабль класса «аутсайдеров», но она вежливо отказалась, сказав, что всегда хотела служить на корабле Фурда. (Однажды он спросил почему. Смутившись, Каанг ответила, что она — просто пилот, более никто, и всегда это знала.)

Именно тут крылась третья ее особенность. В делах, не имеющих отношения к управлению кораблем, она ничего не могла дать коммандеру и была практически бесполезным человеком.

Еще два часа прошли без происшествий. Тишину нарушали только рапорты Кир, она сообщала о положении ракет; те точно следовали по своим траекториям и пока не нуждались в дополнительном управлении или корректировке. Далеко внизу «удушитель» прокладывал борозду сквозь тяжелые пласты атмосферы. Местные организмы, вполне возможно обладающие разумом, своими телами окрашивали воздух вокруг и, когда мимо них с грохотом проносился снаряд, провожали его недоуменными взглядами. Во время детонации некоторые из них могли погибнуть, их смерть беспокоила Фурда, но все же не слишком. От разработанного плана он не собирался отказываться.

— Кир?

— «Удушитель» идет по намеченному курсу согласно расписанию, коммандер; осталось чуть больше семи часов. Устройство функционирует идеально. — Она кинула взгляд на Смитсона.

Фурд наблюдал за бокалом, стоящим на ручке кресла; тот не двигался. Из-за собственного высокомерия коммандер специально старался не слишком часто смотреть на индикаторы экрана. Он не хотел подавать виду, что чего-то ждет, а потому Ее ответ стал для него неожиданностью; Фурд не заметил предупреждающего мерцания индикаторов.

— Коммандер, — доложил Джосер, — ракеты Три, Одиннадцать и Восемнадцать исчезли.

— Как?

— Их просто нет. Если Она и выстрелила в них, мы этого не засекли.

— Есть какая-то общая картина исчезновений?

— Мы ее не видим. Все ракеты шли по случайным орбитам и находились поодаль друг от друга. Их исчезновение на первый взгляд кажется случайным, как и наша схема запуска. Что бы Она ни сделала, мы этого не засекли.

— Да, вы уже говорили. Тем не менее в нашем распоряжении все равно находятся полученные данные, поэтому, разумеется, ваши люди их изучат.

— Да, коммандер.

— Спасибо. Можете пока отключить тревогу… и Джосер, скорее всего, на трех ракетах «Вера» не остановится. Не надо каждый раз запускать сирену.

Прошло два часа, а затем:

— Ракеты Десять, Четырнадцать и Пятнадцать исчезли, коммандер. Никакой атаки не зафиксировано.

Через тридцать пять минут пропала еще одна. Через десять — две. Спустя пару часов на подлете к цели растворились в пространстве еще две. Пятнадцать минут — семь. Пятьдесят пять — три.

Команда безуспешно пыталась вывести хоть какую-нибудь математическую последовательность, связывающую время и количество исчезновений, построить пространственную модель, определяющую, какие ракеты уничтожили, и как. Ничего. В особенности было непонятно, что конкретно «Вера» сделала с ракетами.

Даже сейчас Фурд пытался себя убедить, что это все равно информация, а значит, ее можно изучить, прийти к каким-то выводам. Но он ошибался, и ничего они не могли. Она ничего им не дала. Хранила молчание, скрывалась за экраном и каким-то образом уже уничтожила двадцать одну ракету. «Это не просто военное столкновение. Оно уже странное, а вскоре станет и вовсе причудливым».

— Что с «удушителем»?

— Идет точно по курсу и расписанию, коммандер. До цели осталась девяносто одна минута.

Фурд слегка нахмурился.

— Кир, вы получаете от него удовлетворительные показания? Все в порядке?

— Да, коммандер. Атмосферное давление в пределах допустимого, турбулентность не сбила снаряд с курса, а бортовые системы функционируют нормально.

— Понятно.

«Удушитель» начал его беспокоить. Фурд по-прежнему предполагал, что Она его уничтожит, но не ожидал, что тот заберется так далеко, а его не обнаружат и никак не отреагируют. Если снаряд зайдет еще дальше, то сражение могло закончится слишком рано — Фурд же не хотел этого по целому ряду крайне двойственных причин. А если Она ответит, то вполне может совершить что-нибудь непонятное и бессистемное, как в случае с ракетами. Или с появлениями в звездных системах Содружества. Все, что делала «Вера», казалось непонятным и бессистемным.

Словно бросаешь камень в воду, а он тонет, не оставляя на поверхности никаких кругов.

— Джосер…

— Если вы об «удушителе», коммандер, то мы уже просканировали предполагаемую траекторию его полета, начиная с момента запуска.