Основной рубеж - Алекс Орлов

— Зачем?

— Не догадываешься? Когда корабль даст крен, вся эта гадость потечет к нам.

Беглецы перебрались в безопасный угол и стали ждать старта. Прошло около полутора часов, прежде чем корпус корабля загудел от запускаемых двигателей. Еще четверть часа они работали на малых оборотах, а потом начали увеличивать тягу. Грузовик качнулся и тяжело оторвался от земли.

— Прощай, Мусан, прекрасная планета… — с чувством облегчения произнес Бен.

— И здравствуй, Бейт, — добавил Эббот. — Ты можешь поспать, а я покараулю. Потом поменяемся…

— А чего караулить-то?

— Ну, знаешь, лишняя осторожность не помешает.

Форенсена не нужно было упрашивать. Напряжение последних дней дало о себе знать, и он быстро уснул. Задремал и капитан Эббот Он умел впадать в легкую дрему, оставляя бодрствовать часть своего сознания.

Время шло, час сменялся часом. Форенсен и Эббот поочередно караулили, ели и спали. За время путешествия они сумели наверстать многие бессонные ночи и к концу полета чувствовали себя удовлетворительно. Даже питание сублимированными продуктами не повлияло на их настроение — неприхотливые желудки путешественников вели себя нормально.

Когда грузовик затрясло на воздушных ямах, Форенсен сказал:

— Хорошо бы знать, куда мы прибыли — на Бейт или Малиновку?

— Это определенно Бейт.

— Откуда вы знаете, сэр?..

— Эти воздушные ямы и газовые вихри не спутаешь ни с чем. Только в атмосфере Бейта происходит такая карусель.

Словно в подтверждение слов Эббота корабль тряхнуло так, что заскрипели контейнеры.

— Надеюсь, они не рухнут нам на голову, — сказал Форенсен и с опаской посмотрел наверх.

48

…Несмотря на ранний час, грузовой порт Бейта, Гиссау, был заполнен людьми, определенно не являвшимися портовыми служащими.

Прямо на территории посадочных площадок стояли три микроавтобуса с затемненными стеклами, а возле них прохаживались два важных человека.

Один был в военном комбинезоне без знаков отличия и штурмовом бронежилете. Второй в длинном, сшитом на заказ плаще и дорогих дымчатых очках.

— Каким должен быть этот грузовик, сэр? — спросил человек в бронежилете.

— Старый корабль, вроде того, что садится вон там, — кивнул человек в плаще на судно, опускающееся на бетонный квадрат.

— Понятно. Грузовик класса «семь-двадцать два». Грузоподъемность — четыреста тонн, два выхода, широкие воздуховоды. Там есть где спрятаться, сэр.

— Поэтому, Джером, вы и здесь. Если нужно, простучите все стены, но этих людей мы должны найти.

— Живыми?..

— Как получится, — пожал плечами человек в плаще. — Они не знают ничего такого, чего не знаем мы. Главная задача — не дать им связаться с «деревенскими парнями» из местного бюро.

В кармане человека в плаще зазвонил телефон. Он достал трубку и сказал:

— Говорите…

— Сэр, это «Пятнадцатый». Грузовик «Салем» уже в атмосфере. Через один час сорок минут мы посадим его на двадцать шестой посадочный квадрат. Это прямо перед вами…

— Спасибо, «Пятнадцатый», до связи…

— Новости, мистер Бокар? — спросил Джером.

— Да. Через один час и сорок минут судно приземлится вот на этот квадрат. — Последние слова Бокара утонули в грохоте очередного стартующего грузовика. Горячая волна докатилась до фургонов, и Бокар прикрыл лицо рукой.

— Ну и вонища. На чем у них работают двигатели? На дерьме, что ли?

— Нет, сэр, — улыбнулся Джером. — Это перекисленный керосин.

— Какая гадость! Пойду посижу в машине…

49

…Корабль уже начал притормаживать, когда Бен Форепсен и Джо Эббот вышли из своего трюма и направились к транспортным воротам.

Судно бросало из стороны в сторону, и приходилось крепко держаться за стены. Однако это мало помогало, и пока путешественники добрались до ворот, они успели набить себе по несколько шишек.

Возле самых створок находилось небольшое помещение, где размещалась смена смотрителей. Они отвечали за надлежащее функционирование ворот и правильную установку трапа.

Капитан Эббот осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Двое рабочих самозабвенно резались в домино. От сильной тряски костяшки на столе высоко подпрыгивали, но это не мешало игрокам колотить по столу что есть силы.

Эббот толкнул дверь и вошел внутрь. Следом за ним шагнул Форенсен. Если Эббота рабочие не заметили, то при появлении Бена сразу же прекратили игру и повернули головы.

— Что, ребята, сгоняем партиечку? — улыбнулся капитан.

Рабочие переглянулись, и один из них потянулся за коротким ломиком. Эббот вытащил пистолет и направил его на игроков.

— Раздевайтесь оба… — сказал он, и рабочие стали стаскивать с себя спецовки. От вибрации судна и от страха они путались в штанинах и бились головами о стены, но в конце концов все же остались в одних трусах.

Форенсен разорвал простыню, чтобы соорудить веревки и пару кляпов. Связанную смену он затолкал в стенной шкаф и предупредил, чтобы они не шумели.

Капитану Эбботу спецовка пришлась в самый раз, а вот габариты Бена Форенсенэ никак не вписывались в размер трофейной одежды. Пришлось пошарить под кроватями, где удалось найти несколько засаленных курток — очень грязных, но по размеру вполне подходящих для Бена.

— Ничего не поделаешь, Бен, — сказал Эббот, подавая коллеге такую же грязную футболку и штаны.

Преодолевая отвращение, Форенсен надел грязную одежду и сел на кровать. Эббот сел напротив него.

— Играешь? — спросил капитан, пододвигая

Форенсену домино.

— Не сейчас, — отказался тот.

Судно стало притормаживать и переходить на горизонтальный полет. Тряска прекратилась

Неожиданно дверь дежурки открылась, и в проеме показался совершенно пьяный человек.

— Эй, вахта, не спать! — скомандовал он, держась за стену, чтобы не упасть.

— Все нормально, мы не спим, — невозмутимо ответил капитан Эббот.

— То-то, — погрозил пальцем пьяный. — У боцмана Шредингера не побалуешь. — Держась за стенку, он добрался до Эббота и тяжело плюхнулся рядом с ним. Потом долго вглядывался в лицо капитана и наконец сказал:

— Вот тебя, Койво, я узнаю, а вот Грикеса, — ткнул боцман в Бена, — никак не могу узнать.

Боцман перегнулся через стол и, дохнув на Бена винными парами, спросил:

— Что у тебя с лицом, Грикес?

— Я сильно загорел, сэр, — ответил Форенсен.

— Пожалуй, что так… — согласился боцман и с трудом поднялся на ноги. — Смотреть в оба, ребята. Скоро посадка… — напомнил он и вышел в коридор.

Гул двигателей становился все громче. Это означало, что судно стало заходить на посадку. Эббот показал пальцем на маленький иллюминатор, находящийся под самым потолком. Бен тотчас поставил на стол тумбочку и припал к окошку.

— Площадка оцеплена, сэр, — сообщил он.

— Этого я и боялся. Слезай… — Капитан вздохнул, потом кивнул на бухту черного провода и сказал:

— Бери эту штуку, Бен. С ее помощью мы отойдем от корабля подальше. Вяжи один конец к ножке стола.

Последовал толчок, потом еще один, и грузовик прочно встал на все опоры.

50

…Едва грузовик «Салем» коснулся бетонной площадки, кольцо автоматчиков начало сужаться. Солдаты держали оружие наготове и собирались стрелять при малейшей опасности.

Погрузочные ворота открылись, и трап медленно пополз вниз. Осмотровая команда из сорока человек уже стояла наготове, намереваясь сразу же проникнуть на борт судна.

Трап коснулся земли, и солдаты рванулись к воротам, но неожиданно здоровый чернокожий парень встал у них на пути.

— Кто такие, чего надо?.. — вызывающим тоном спросил он и оттолкнул назад особенно настырного солдата.

— Эй ты, грязнуля, отходи в сторону, а то мы и тебя арестуем!., крикнул старший осмотровойгруппы. Он пробился в первые ряды и сунул под нос вахтенному рабочему свое удостоверение:

— «Эй», «Пи», «Эр»… — почти по слогам прочитал тот.

— Ты что, неграмотный? — спросил старший группы.

— Не особенно, — кивнул чернокожий парень. — Эй, Койно! Иди сюда!

На его зов появился второй рабочий. Он был постарше, поменьше ростом и значительно чище. В руках он держал бухту черного провода.

— Койно, эти парни с пушками хотят зайти на судно…

— Полиция, что ли? — спросил Койно.

— Да, полиция, — кивнул старший группы.

— Ну идите. Пусть идут, Грикас. Держи катушку…

Смотровая группа пробежала внутрь грузовика, а рабочие стали разматывать бухту, отходя от корабля все дальше и дальше. Им удалось пройти через оцепление солдат, и те молча расступились, пропустив людей, выполнявших свою работу.

— Эй, мистер, вы бы убрали свою машину, — недовольно сказал чернокожий здоровяк владельцу военного джипа.