Основной рубеж - Алекс Орлов

Опровергая мнение полковника, рядом с его «Зверобоем» поднялся столб песка Второй снаряд угодил в грудную часть робота.

— Ерунда, ребята, это «Пацифики» шалят, — приободрил свой экипаж Саканте. Хлестко ударило туннельное орудие «Зверобоя», и где-то впереди появилась ослепительная вспышка.

— Попал, Каспер?..

— Нет, сэр. Он отошел в сторону…

От выстрелов других «Зверобоев» сверкнуло еще несколько вспышек, и над заставой поднялось облако копоти.

— Один готов, сэр! Кто-то из наших его приложил! — крикнул водитель Ларис.

— Но это не «Невис», ребята, — отозвался Саканте. Он отчетливо видел перемешающиеся корпуса двух тяжелых роботов противника.

Неожиданно мощный удар потряс корпус «Зверобоя».

— Ах, суки, они меня оглушили! — послышались ругательства Лариса. Саканте нахмурился — это был снаряд большого калибра.

— Каспер, пройдись по ним гранатами…

— Сделаем, — отозвался стрелок, и его туннельное орудие послало в сторону заставы еще один заряд. После этого бедренные створки на ногах «Зверобоя» раскрылись — и оттуда выехали два 85-миллиметровых гранатомета. Каспер сделал серию из двадцати гранат и снова вернулся к главному калибру.

— Сэр!.. Это Феррис!.. Мы ведем бой, сэр! — кричал сержант. — Они нас ждали, сэр!

— Сколько их, Феррис?

— Пехоты не больше пятидесяти человек, но их поддерживают четыре средних танка и еще два маленьких робота «Сан-по»! Мы несем потери, сэр!

— Держитесь, Феррис, мы пошлем к вам «Ирокезов», — пообещал Саканте.

— Сэр, это Дингал! На левом фланге мы напоролись на пехоту. У них по крайней мере десяток лаунчеров! Три мои машины горят…

— Я все понял, Дингал, мы уже идем. Внимание, «охотники», лобовая атака! Делай, как я!.. Ларис, ходу!..

Неподвижно стоящая цепь из пяти «Зверобоев» ожила и двинулась на заставу.

43

…Бой велся в таком темпе, что Тони едва успевал менять позиции после выстрела. Неподвижно стоящие «Зверобои» представляли собой хорошие мишени, если бы не стреляли из 220-миллиметровых туннельных орудий. Тони прекрасно понимал, что одно попадание переломит его «Невиса» пополам.

Полминуты назад выстрел «Зверобоя» застиг врасплох «Пацифик» Дениз Шайен, и от него почти ничего не осталось. Тем не менее и Тони Гарднер и Бренда продолжали равную дуэль, не давая «Зверобоям» возможности расслабиться.

Пот лился с Тони ручьями, но он этого не замечал, продолжая как автомат выполнять одни и те же действия. «Прицел, выстрел, четыре шага влево — присесть… Подняться, прицел, выстрел, четыре шага вправо — присесть…»

Иногда он подсознательно менял схему маневра, понимая, что его могут «поймать» на повторении. Бренда «вязала» свои схемы, непонятные для Тони и для стрелков противника. Ее длинные перебежки отвлекали от Тони внимание, давая возможность прицеливаться точнее.

Никаких переговоров в эфире слышно не было — пилоты все понимали без слов, и только изредка прорывались команды майора Штерна, корректирующего стрельбу танковых орудий.

Несколько раз в корпус «Невиса» ударяли снаряды «Ирокезов» — их страусиные фигурки изредка мелькали между барханами. Но Тони не обращал на них внимания. Главное — это «Зверобои».

Появление этих машин вызвало шок, поскольку все ожидали танков. Тони видел, что даже майору Штерну изменило самообладание, когда он понял, с чем придется иметь дело. Эти машины были описаны только в учебниках и казались чем-то нереальным, как вымершие динозавры.

И вот теперь Тони пришлось вести с ними бой. «Прицел, выстрел, четыре шага влево — присесть… Подняться, прицел, выстрел, четыре шага вправо — присесть… Видел бы меня инструктор Маршалл, он бы порадовался… Мама родная!..»

Стена «Зверобоев» качнулась, и они двинулись на заставу. Пятеро против четверых, или семьсот пятьдесят тонн против трехсот сорока.

Яркая вспышка сверкнула возле ног «Невиса», и взрывная волна качнула его корпус. «Не зевай, Тони…» — приободрил себя пилот. Дистанция до «Зверобоев» сокращалась, и нужно было принимать решение.

— Бриндо, Ланжер!.. Отходите к оазису!.. Мы с Брендой вас прикроем!..

Выполняя команду, «Пацифики» попятились назад, продолжая посылать в атакующих снаряд за снарядом. Особенно метко стрелял Джон Бриндо. Он «невзлюбил» второго с левого края «Зверобоя» и наносил ему удар за ударом. Броня этой машины была в пятнах копоти, и робот двигался уже несколько тяжеловато.

«Молодец, Джон, еще несколько попаданий, и „Зверобой“ загнется…» — успел подумать Тони, и тотчас яркая вспышка отметила место, где только что был «Пацифик» Джона Бриндо.

— Нет, гады, вы думаете, что избавились от Джона и на этом все?! — закричал Тони. — Я доделаю твою работу, Джон, вот увидишь!..

Перекрестие прицела легло на грудь хромающего противника. Тони на секунду замер, стараясь забыть про пушки остальных «Зверобоев». Выстрел… и попадание. Подбитый робот задымил и остановился.

Почти одновременно с этим касательный удар пришелся в машину Бренды. Орудие вместе с манипулятором было вырвано с корнем, а «Невис» развернулся и завалился на левое колено.

— Бренда! Бренда! — закричал Тони, но ему никто не отвечал. Гарднер направил машину к «Невису» Бренды, еще не представляя, что собирается делать. А «Зверобои» были уже в каких-нибудь трехстах метрах. Тони увидел «Пацифик» Марка Ланжера, который с малого расстояния вел огонь из всех видов оружия. Десятки разрывов покрывали корпуса «Зверобоев». Затем последовала яркая вспышка, к последний «Пацифик» перестал существовать.

— Бренда!!! — еще раз отчаянно позвал Тони.

— Я жива, Тони, не кричи так. Только один глаз видит хреново. А где моя пушка?.. Так, понятно… За пушку ответите… Хорошая была пушка… — ворчала Бренда. Ее «Невис» поднимался на ноги. — Я вас и без пушки… — сказала она, и с наплечных пусковых ее «Невиса» в наступающих полетели ракеты.

«Почему в нас еще не попали?.. — отстранение подумал Тони. — Наверно, очень пыльно. Нас плохо видно…»

— Бренда, уходим к оазису!

— Вот уж дудки, у меня еще два «лингера» осталось!

Неожиданно что-то резко застучало по броне, и, обернувшись, Тони увидел двух «Ирокезов», бьющих по его «Невису» с расстояния в двадцать метров.

Тони пустил машину прямо на нахалов, и «Ирокезы» рванули через руины, но один из них оступился и рухнул на пепелище. Он не успел подняться, и нога «Невиса» с размаху вдавила его в мусор.

«Зверобои» были совсем рядом. Каких-нибудь шестьдесят метров отделяли их от Гарднера и Бренды. Тони опустил пушку и выстрелил в грунт в пятидесяти метрах впереди себя. Тонны песка взлетели вверх, образовав защитное облако. Выпущенные почти в упор заряды из туннельных орудий ярко сдетонировали от столкновения с песчаной завесой.

Где-то далеко в своем сознании Тони удивился, откуда он взял такое простое и эффективное решение.

Тем временем «Невис» Бренды уже находился на полпути в оазису, а из завесы песка к Тони шагнул «Зверобой». Гарднер выстрелил из главного калибра, но промахнулся. Он попытался выстрелить еще раз, однако затвор орудия беспомощно клацнул, и на экране бортового компьютера появилось сообщение, что магазин пуст.

Тони ждал смерти, но «Зверобой» опасался стрелять из туннельного орудия с такого расстояния. В грудь «Невису» ударили тяжелые гранаты. Чтобы не упасть, Тони отступил на два шага. Он ответил из артавтомата, но «Зверобой», казалось, усмехнулся и прошелся по броне «Невиса» из автоматической пушки. Затем он начал быстро сокращать дистанцию.

И тут Гарднер вспомнил, что манипуляторы «Зверобоя» могли работать как настоящие кулаки. Один удар, и он сомнет кабину пилота! Но уйти уже невозможно, если попытаться бежать, придется подставить спину, а это верная смерть…

«Зверобой» был так близко, что Тони видел отбитую снарядами краску и крупные заклепки на броневых листах.

— Тони! Пригнись!

Услышав призыв, он опустил машину на колено, и тотчас в наступающего «Зверобоя» угодил «лингер-аэро». Взрывная волна качнула машину Тони и едва на свалила на спину, а обезглавленный «Зверобой», постояв секунду, обрушился на землю.

«Надо же, а я совсем забыл про зенитные ракеты…» — пронеслось в голове у Тони. Он поднял свой «Невис» и пошел в сторону оазиса.

«Хорошо, что поднялась пыль, они меня не заме…»

Заряд из туннельной пушки угодил точно в ноги, и изуродованное туловище робота подлетело на добрый десяток метров…

Спустя какое-то время Тони очнулся от непонятного шума и привкуса крови во рту. Страховочные ремни больно впивались в плечи, а голова гудела как медный колокол.

— Тони!.. Отзовись, ты жив?! Тони!..

— Да жив я, жив, — отозвался Гарднер вопрошающему голосу, еще не понимая, кто его зовет.

Где-то в стороне хлестко ударило туннельное орудие, потом еще одно. Только тут Тони сообразил, в чем дело. Он вспомнил жуткий толчок в дно кабины, потом полет… и темнота. Теперь он висел вверх ногами, удерживаемый в своем кресле только страховочными ремнями.