Любимые женщины лорда Фэлтона - Анна Александровна Завгородняя

Энтони внимательно проследил, как Дор читает послание, но не стал задавать вопросы, поскольку успел ощутить тонкий аромат духов, исходивший от бумаги. Это могло означать, что подобное письмо могла отправить только женщина.

***********

Это утро было самое яркое, какое я только видела в столице.

Солнце, едва проснувшись, залило мою спальню своим светом, проникнув даже через зашторенное окно своими теплыми лучиками, которые начертили на полу светлую полосу, разделив комнату будто бы надвое.

Я уже не спала, когда пришла Сара. Она застала меня сидящей на подоконнике и смотрящей в окно за которым просыпался день.

- О, леди Агата, вы уже проснулись? Так рано?

Я повернулась к девушке и кивнула.

Сама не знаю, почему, но настроение было просто превосходное. Наверное, тому причиной было то, что я впервые нормально выспалась и впервые мои мысли не были заняты совершенно ничем. Вот просто чистая голова, а не угнетающие размышления о кознях леди Эдны и ее сына.

- А вам доставили букет. Вот несколько минут назад, - быстро проговорила моя горничная и улыбнулась. – Я лично видела, как курьер принес огромную корзину с розами.

- Так рано? – удивилась я.

Интересно, кто бы это мог быть? Неужели, Олридж начал ухаживать за своей поддельной невестой? Представляю себе, как разозлится его драгоценная Дэнби, увидев розы. Вот не казалось мне, что подобный план поможет Энтони завоевать расположение надменной леди Эшли. Впрочем, не мне его судить. Буду надеяться, что мой так называемый жених знает, что делает.

Пока Сара готовила мне ванну, я успела подобрать подходящее к завтраку платье. В этот день хотелось легкости и чего-то освежающего. Жаль только, что наряд был из гардероба леди Дэнби Эшли. Нет, мне определенно нужно вернуть свои наряды. Но как это сделать, ума не приложу.

Возвращаться за одеждой к Уитни хотелось менее всего на свете. А все потому, что я боялась попасть к ним в лапы.

Кто знает, что может сотворить леди Эдна. Она и ее сын уже показали свое истинное лицо и намерения.

Нет. Уж лучше пока носить чужие наряды, чем самой возвращаться в капкан, коим для меня теперь является дом опекуна.

Чуть позже, когда перестану играть роль больной, смогу отправиться по магазинам. Полагаю, пары готовых платьев мне хватит на первое время. Остальное, конечно же, надо заказать. Поскольку ни одна уважающая себя леди не станет носить одежду, пошитую не на заказ.

- Все готово, леди Агата, - проговорила Сара, появившись на пороге в ванную комнату. – Я повесила вам чистые полотенца.

- Благодарю, - ответила служанке и отправилась приводить себя в порядок.

Уже позже, одетая в платье Дэнби, я спустилась вниз. До завтрака оставалось еще полчаса, но мне хотелось взглянуть на розы, которые доставили утром.

Корзину я нашла в прихожей. Без распоряжения слуги не посмели отнести ее в мою спальню. Было слишком рано, и они еще не знали, проснулась ли я. А Сара пока оставалась в комнате, стелила кровать и протирала пыль на каминной полке.

Приблизившись к столу, я посмотрела на розы.

Что и говорить, они были прекрасны. Огромные бутоны насыщенного темного красного цвета привлекали взгляд. В корзине их было не меньше пятидесяти, и я невольно потянулась, чтобы взять золотистую карточку, сверкнувшую среди бутонов. Даже догадываясь, чье имя увижу на ней, я все же перевернула ее и прочитала несколько слов, которые повергли меня в неприятное разочарование.

«Прошу меня простить. Искренне ваш, Персиваль Уитни!».

Уму непостижимо!

Я бросила карточку обратно в цветы и отошла от корзины на шаг.

Да как он посмел? Внутри просыпался гнев и приятный солнечный день, обещавший стать радостным, вдруг показался не таким уж и ярким. Наверное, я отреагировала излишне эмоционально, но теперь цветы стали мне неприятны.

- Доброе утро, леди Элдридж, - проговорил проходивший мимо дворецкий.

Я ответила на приветствие и нахмурилась, пытаясь вспомнить имя мужчины. Ах, да! Вспомнила!

- Хартон, - позвала слугу.

- Да, миледи, - он тотчас остановился и обратился вслух. – Вы чего-то желаете?

- Желаю, - ответила я. – Прошу, пусть эти цветы вынесут из дома. Или отдайте их девушкам, которые работают в особняке. Все, что угодно, лишь бы я не видела их, - попросила дворецкого.

Если он и удивился столь странной просьбе, то не подал виду. С поклоном подошел, молча взял корзину и ушел, а я, выдохнув, попыталась унять раздражение, вызванное наглостью Уитни. Он же не думает, что какие-то цветы заставят меня закрыть глаза на ту, к счастью, тщетную попытку, которую он предпринял, чтобы бросить тень на мою репутацию? Или здесь скрыто что-то еще?

Я не ощутила никакой магии в цветах, что уже радовало. Но не испытывала и толики сомнения в том, что цветы были подарены из лучших побуждений. Нет. Уитни и добрые поступки не вяжутся в моей голове.

Ума не приложу, как братья могут быть такими разными? Старший лорд Уитни, мой прежний опекун, был человеком, преисполненным благородства, а его брат, равнодушный и безэмоциональный человек, который живет по правилам своей супруги. В доме всем заправляет она. Именно леди Эдна глава рода теперь, когда не стало сэра Генри. Негласная женщина-глава. И видят боги, как я не желаю возвращаться в их дом. Просто удача, что меня спас Олридж и предложил эту сделку!

- Леди Агата, вы уже проснулись? – за спиной мягко зашелестело платье и послышались тихие, почти бесшумные, шаги. Узнав голос хозяйки дома, я обернулась и с удивлением увидела, что на леди, помимо простого домашнего платья, лишенного каких бы то ни было украшений, надет самый обыкновенный передник.

- Вы ранняя пташка, - улыбнулась леди Фэлтон.

Я вернула женщине улыбку, сделав вид, что не замечаю ее наряда, несвойственного женщинам подобного положения.

Но леди Элинор подошла ко мне, и сама все объяснила.

- Видите ли, вы возможно, наслышаны о том, что у нашей семьи были непростые времена. Тогда я пристрастилась готовить, - она сложила руки на животе, что придало ее облику какой-то нежности. Такая бывает у матерей, которые любят своих детей и заботятся о доме. – У нас какое-то время не было слуг. И жили мы в небольшом доме на окраине столицы. Мне тогда приходилось убирать и готовить. И вот теперь, по истечении стольких лет, никак не могу остановиться и не заниматься приготовлением еды. Это, знаете ли, очень приятно и интересно.

Я ощутила некоторую неловкость оттого, что леди