Любимые женщины лорда Фэлтона - Анна Александровна Завгородняя

Здесь находилось подобие маленького театра, только на сцене, окруженной со всех сторон рядами кресел, выступали не актеры, а два бойца. Раздетые по пояс, они сцепились в поединке, перехватив друг друга за талию и кружась на месте.

- Насколько я знаю, подобное запрещено, - быстро сказал Тони, склонившись к самому уху друга.

- Еще бы. Но его величество порой тоже появляется здесь. Иногда даже для того, чтобы сбросить пар, - рассмеялся Фэлтон. – Конечно, он появляется инкогнито и под отличным мороком, но некоторые уже научились определять нашего монаршего члена клуба. – Дор потянул Тони за собой, ухватив за рукав. – Взгляни-ка. Ты спрашивал у меня, что здесь делает Персивал Уитни. Так вот он сам, собственной персоной. Взгляни! – И Фэлтон отступил в сторону, пропуская Олриджа вперед.

Энтони недоуменно посмотрел на двоих джентльменов, которые, наконец, разорвав клинч и отпрянув друг от друга на добрые пару шагов.

Олриджа не особо интересовал противник Уитни, он смотрел на самого Персиваля с трудом узнавая в этом помятом, усталом человеке, надменного наследника лорда.

Сейчас Перси, обнаженный по пояс, казался ему незнакомцем. На лице молодого мужчины застыла злобная гримаса. Впрочем, его противник, рослый и крепкий господин лет тридцати от роду, тоже не излучал радость.

Мужчины обменялись мрачными взглядами и снова принялись боксировать.

- Удивительно. Один Уитни игрок, другой – боксер, - пробормотал Энтони и посмотрел на Фэлтона.

- Какой счет? – между тем спросил Дориан у господина, стоявшего рядом.

Тот что-то ответил, но его слова утонули в реве толпы, когда противники начали жестокую битву. И как заметил Олридж, бились они совсем не по правилам. Жестко. Сильно.

На лице Персиваля уже красовались кровоподтеки и синяки. Один глаз молодого лорда заплыл, представляя собой ужасающее зрелище.

- Отвратительно, - только и проговорил Тони, когда встретился взглядом с другом.

- Думаю, наш молодой друг таким образом зарабатывает деньги, в то время как его отец проматывает их наверху, - высказался Фэлтон и кивнул в сторону, указывая на высокого мужчину в черном костюме и с цилиндром на седых волосах. – Этот человек - маг. Лекарь, - пояснил Дор. – Когда бой закончится, он залечит раны и победителю, и проигравшему. Никто и не узнает, что совсем недавно эти двое дрались на ринге.

Тони не ответил. Очередной раунд закончился с громким ударом гонга. Судья вышел на ринг разнимать обозлившихся противников и Фэлтон потянул Олриджа за рукав, приглашая последовать за собой.

Тони был совсем не против удалиться. Зрелище боя, в котором оба противника не соблюдали правила и дрались грязно, его не прельщало. Зато он понял для себя нечто важное: Персиваль Уитни опасен несмотря на кажущуюся слабость, он может неприятно удивить.

Мужчины вышли в комнату, где стояли диваны. Дориан направился прямиком к двери, за которой находилась лестница, и Тони поспешил следом.

- Ты видел, как он дрался? – спросил Фэлтон, когда мужчины начали подъем. Кроме них в полумраке на лестнице не было ни единой души.

- Видел. Отвратительно. Грязная драка. В ней ничего нет от этого благородного спорта, - ответил Тони.

- Нет. Дело не в этом. Бои без правил не так страшны, как кажется. К тому же, это выбор каждого, кто выходит на ринг. Я говорю о другом, - Дориан обернулся и посмотрел на друга.

- Что ты имеешь ввиду? – уточнил Тони.

- Я просто понял, что таким образом молодой Уитни выплескивает свою злость и гнев. А это значит, что он может вполне сорваться и натворить дел, если не будет контролировать свою агрессию. Ты видел его лицо? Видел, какие у него были глаза?

- Нет, - покачал головой Олридж.

- В этих глазах было бешенство. Кто-то очень умело доводит его до подобного состояния, - Фэлтон поднялся к двери и толкнув ее, добавил, - ну и, конечно, деньги тоже играют не последнюю роль. Видимо, семья Уитни не так благополучна, как хочет показать. Впрочем, скоро мы обо всем узнаем.

Лакей закрыл за мужчинами дверь и друзья перешли в курильную комнату. Едва они оказались внутри, как к Дориану подошел расторопный слуга.

- Что желаете, милорд? – спросил он с поклоном.

- Нам с другом виски и по сигаре, - распорядился Дор, после чего покосился на Энтони, словно ожидая его одобрения.

Олридж согласно кивнул.

- Сейчас принесу, милорд.

Фэлтон кивнул знакомым, занимавшим столик у камина, и пошел дальше, туда, где виднелись свободные места, достаточно далекие от чужих ушей.

Заняв крайний стол, Дориан с усмешкой щелкнул пальцы, активируя полог тишины, и сказал:

- Я тут подумал о пристрастии старшего лорда Уитни. Это он является прямым опекуном леди Элдридж. А значит, если мы подействуем на него, то сможем заставить эту семейку оставить твою невесту, - тут Дориан запнулся. Ему оказалось неприятно говорить подобные вещи и называть Агату невестой Тони.

- Что? – спокойно спросил Олридж.

- Мы сможем заставить семью Уитни оставить леди Элдридж в покое и не мешать вашему счастью, - закончил Дор, почти сразу ощутив неприятную горечь на губах от собственных слов.

Почему ему так неприятно говорить об этом?

Почему сердце сжимается при одной мысли о том, что Агате нравится Энтони? Что они станут супругами?

- Что-то не так, Дор? – спросил быстро Тони, но Фэлтон лишь покачал головой.

- Нет. Просто задумался. Есть у меня одна идея. Но я хочу дождаться сведений, которые принесет Стивенс. И, полагаю, уже завтра он навестит меня с новостями.

- Он настолько хорош? – усмехнулся Тони.

- Более чем. Впрочем, скоро ты и сам в этом убедишься, - ответил Фэлтон и, щелкнув пальцами, снял полог едва завидев приближающегося слугу, держащего в руке поднос с заказом.

- Милорд, здесь вам еще записка. Ее принес вчера слуга. Просили передать вам из рук в руки, - добавил слуга.

- От кого? – приняв белый конверт и не отыскав на нем адресата, спросил Дор.

- Увы, я не знаю, милорд. Записку принимал мой сменщик, Адамс. И он не сказал ничего, кроме того, что она предназначается для вас.

- Хорошо, - кивнул лакею Дориан и взмахом руки отпустил его, решив самому поухаживать за своим другом. Но прежде, чем налить виски из плоской бутылки, мужчина положил записку на стол и провел над ней раскрытой ладонью, выпуская магию. Секунда и он с полуулыбкой взял конверт в руки