Красавица и ее чудовище - Ева Никольская

Я с надеждой взглянула на небо, но оно осталось безучастным к моим просьбам. Чего и следовало ожидать. Увы, раны на шее чудища не затянулись чудесным образом. Он, конечно, большой, и крови в его теле много, но если что-нибудь не предпринять, то вся она благополучно перекочует на бурую землю, а я останусь в компании не раненого, а мертвого монстра. И это совсем-совсем не смешно.

Вот же… Кретин красноглазый! Мог бы сказать, прежде чем отключаться, что с ним в таком состоянии делать? Жаль, ножниц нет, а то обстригла бы на манер льва, чтобы знал на будущее, как оставлять женщину наедине со своими мыслями и с потерявшими сознание чудищами. Это же опасно… для чудищ.

Глава 2

Он свалился, как гром с ясного неба, перепугав меня до полусмерти. Даже Рыжику во время его активности не удалось заставить мое бедное сердце забиться в самый дальний угол грудной клетки и оттуда истерично выстукивать то, что оно обо всем этом думает. Вот он… сногсшибательный эффект неожиданности! Если бы я не была занята выползанием из-под волосатой туши монстра и последующим переворачиванием его же на спину (задача не из легких, кстати сказать!), наверняка заметила бы приближение серого пушистика с выпученными оранжевыми глазами. А так… чуть удар не получила, когда данное чудо природы прыгнуло на залитую кровью грудь хозяина и, раскачиваясь из стороны в сторону, протяжно заголосило.

Это что такое? Траурный танец, что ли? Ну уж нет! Так легко Хранитель от меня не отделается. Смерив взглядом ушастого страдальца, сгребла его пушистое тельце в охапку и прижала к себе.

– Ура! – провозгласила хриплым от переполнявших меня чувств голосом. – Я снова не одна!

Придушенный моим радостным порывом ушастик убито пискнул, дернул лапками и истерично забил хвостом, стараясь привлечь к себе внимание. Ослабив объятия, посмотрела на ошалевшего от такой встречи зверька и, чмокнув его в черный нос, поставила на землю, попросив далеко не уходить и не бросать меня, как это сделал его безответственный хозяин. Ринго похлопал глазами, повертел ушами и, обреченно вздохнув, уселся рядом, предварительно подложив под свое мягкое место свернутый кольцом хвост. Трагические песнопения он благоразумно оставил на потом, а сейчас сидел тихо и водил любопытным носом, следя за моими перемещениями. Я же ползала вокруг Рыжика и собирала наиболее чистые и крупные куски, когда-то бывшие моей блузкой. Хоть какая-то польза от них. Кровь, сочащаяся из ран на шее монстра, сбавила темпы, но течь не прекратила. Я, конечно, надеялась, что его организм восстанавливается быстрее, чем это бывает у людей, но надежды надеждами, а забинтовать порезы (или проколы, кому как больше нравится!) не помешало бы. Чем и занималась несколько минут, пристраивая к мощной шее чудища пару наиболее приличных с виду тряпочек. Вышло коряво, непрофессионально и как-то по-детски, но на большее я была в данный момент неспособна. Еще бы! Сидеть в крови, в пыли, с бессознательным чудищем двух с половиной метров в длину, и не знать, что лучше: его неподвижное тело в отключке или первобытные инстинкты в бодрствующем состоянии? Вот если бы он был человеком…

Я задумчиво рассматривала морду, на которой застыло такое безмятежное выражение, что мне невольно пришла в голову мысль: а не является ли подобный способ вырубания обычным делом для моего дорогого «жениха»? Похоже, что он, рассадив себе шею, «отправил» сознание то ли в область сна, то ли еще куда, но явно подальше отсюда. Тоже мне, умник! Нет чтобы проинструктировать, как мне себя вести после его выходки? Хотя… судя по золотым всполохам в глазах, временное общение с человеческой сущностью Арацельса подошло в тот момент к концу. И дальнейший разговор пришлось бы вести с похотливой зверюгой, а не с зачарованным прин… тьфу! Хранителем! Не будь так, он бы меня не бросил. Во всяком случае, я на это надеялась.

Задержав взгляд на длинных ресницах лежащего монстра, прищурилась. И все-таки… если бы он вернул себе свой обычный вид, мои шансы на светлое будущее явно увеличились бы. Только что я могла для этого сделать? Ничего. Или?..

Ринго вопросительно взглянул на меня и даже привстал на лапках в ожидании, когда я, перестав любоваться неподвижной физиономией Рыжика, посмотрела на него прищуренным взглядом из-под спутанной челки. О-ох… как же я буду расчесывать потом эту гриву? Капут гребням.

– У меня, конечно, нет опыта в общении с такими типами, – кивнула в сторону обсуждаемого объекта и выразительно повела бровями, но, не заметив на звериной мордочке должной реакции на все эти ужимки, продолжила без каких-либо дальнейших акцентов. – Короче, пособий по использованию вырубившихся монстров я не читала, а сказками раньше увлекалась. Поэтому ты подержи его голову, пожалуйста… на всякий случай… пока я его целовать буду.

О! А вот теперь и реакция проявилась. Полное офигение. Чуть придя в себя, наша ушастая радость оценила по достоинству мое глубокомысленное заявление и почесала коготком свой висок. Хм… это намек? Или мне мерещится? Интересно, его фраза про пособия так смутила или заявление про поцелуй?

– Ну не хочешь держать, можем махнуться местами, буду только рада, – на полном серьезе предложила я, не без удовольствия отметив еще больший шок, появившийся в глазах Ринго.

– Ви-и-и? – протянул он после минутного осмысления моей реплики.

– Ну что «ви-и-и»? Расколдовывать его как-то надо! – всплеснула я руками, поражаясь непонятливости малыша. – День тут, солнышко (или как оно называется?) светит, птички… ну ладно, не поют, зато ветер гуляет и мне от него холодно. А эта наглая морда нежится в объятиях Морфея, пока мы с тобой мерзнем. Держи его! – решительно проговорила я. – Целовать буду!

Ну наконец-то хоть на кого-то подействовала великая сила слова. Зверек моргнул, еще раз моргнул, пробурчал что-то нечленораздельное себе под нос и осторожно опустил обе лапки на плечо… нет, на пятую часть плеча хозяина. Да уж, «держать» в его случае происходило от слова «поддержать»… причем морально. Особого толку, если Арацельс очнется, от Ринго не будет. Разве что опять ему в физиономию вцепится. На то и расчет.

Я осторожно ткнула пальцем в грудь чудища, почти совсем переставшего излучать пламя. Оно не шевельнулось. Я ткнула еще раз. Ноль реакции. Прошлась ладонью по его грубой коже, проверила самодельную повязку, легко коснулась щеки и замерла в нерешительности. Ушастик терпеливо ждал моих дальнейших действий, выдавая свое беспокойство лишь мерным помахиванием длинного хвоста.

Ну и куда целовать? В губы? Так нет у него их. Чуть приоткрытая щель с виднеющимися клыками. Большими, острыми… жуть какая! Что-то мне эта идея уже не казалась такой хорошей. Сказки сказками, а у меня тут настоящий монстр со звериными замашками и крупными габаритами. Эсса вон обнималась с тем черным «котиком», а он что-то не спешил возвращаться в свой истинный вид. И вообще, еще неизвестно, какой вид для Хранителей истинный… и…

– Ви-и-и… гыкр-гры-кр… – прокряхтел Ринго, сверля меня недовольным взглядом. Дескать, вызвалась – делай или не отвлекай попусту благоразумных ушастых зверьков.

Я набрала в легкие побольше воздуха, выдохнула и решительно наклонилась над чудищем. Его ровное дыхание скользнуло по моей коже, в горле опять пересохло, но теперь от волнения. Проведя кончиком пальца по острой скуле, я осторожно коснулась ее губами. Реакции не последовало. Подумав еще немного, запустила руку в густую шевелюру монстра и, зажмурившись, поцеловала его, как положено.

Мысль о том, что я извращенка, не успела набрать обороты и перерасти в приговор, так как сзади послышалось деликатное покашливание. Я резко отпрянула, а Ринго спрятал лапки за спину. Мы оба повернулись и уставились на ангела, изучавшего нас с не меньшим интересом. На высокого ангела в костюме, фасон которого я определенно где-то видела. За спиной его были сложены большие белоснежные крылья, а красивое лицо обрамляли волнистые волосы под цвет перьев. Вот только черты его, как и одежда, почему-то казались знакомыми. Очередная стадия параноюшки, что ли?

Пока я соображала на тему легкого дежавю, незнакомец окинул цепким взглядом неподвижное тело Арацельса и, задумчиво приподняв бровь, принялся внимательно меня разглядывать. А посмотреть было на что: лохматая, полуголая и в крови, причем по большей части чужой.

Кажется, я ко всему прочему еще и покраснела. А когда заметила, что мужчина остановил свой взгляд на моем чересчур тонком бюстгальтере, просто-таки запылала от смущения, прикрывшись руками. Лучше бы он кровавые узоры на коже изучал или на Ринго любовался. Зверек, в отличие от нас с Рыжиком, выглядел вполне прилично.

– И чем, позволь узнать, ты сейчас занималась? – отметив мою реакцию, насмешливо поинтересовался крылатый визитер. На понятном мне языке и со смутно знакомыми интонациями. День полон сюрпризов. Или ночь? Немудрено запутаться.