Любимых не отпускают (СИ) - Коваленко Мария

— Ну, как скажешь.

Дима, наконец, отключается. Не тратя ни секунды, я сразу же набираю Еву.

По-хорошему, не стоит этого делать. Нас обоих могут слушать. Никто не знает всех возможностей Внукова. За пять лет безбедной жизни он запросто мог обзавестись собственной службой безопасности и надежным шпионом среди моих работников.

В конце концов, раз Ирма смогла улизнуть от Димы, Внуков тоже может держать в рукаве пару козырных карт. Однако сейчас спокойствие Евы для меня дороже войны с одним конченым уродом.

— Давай, девочка! — тороплю я ее, слушая длинные гудки. — Возьми же трубку. Мне нужно тебя предупредить.

Как назло, вместо голоса Ева из динамика доносится уведомление о включении голосовой почты.

— Срочно перезвони! — командую я электронному помощнику. А затем ставлю телефон на подставку и повторяю звонок.

В общей сложности за дорогу получается больше семи попыток. Я звоню. Оставляю голосовое сообщение. Снова звоню. И так по кругу.

Будто мало мне сюрприза от жены, Ева отказывается брать телефон. Моя любимая девочка добивает на хрен остатки нервной системы. Заставляет волноваться так, как не волновался ни за одну женщину на свете.

— Ладно, спокойно! — командую я самому себе, и когда сажусь в самолет набираю уже совсем другой номер.

Раз я не могу спрятать Еву подальше от Ирмы, придется пойти другим путем. Более надежным и жестоким.

— Какие люди? — заливисто смеется в трубку жена. — Сам мой драгоценный супруг. Звонишь узнать, как я долетела? Беспокоился, милый?

— Мне до одного места, как ты долетела и на фига вообще поперлась в Палангу. — Раз уж мы играем теперь вчистую, то не сдерживаюсь. — Если ты скажешь Еве хоть слово, последствия наступят мгновенно.

— Ой, какие мы грубые! Это заводит!

— Я надеюсь, ты будешь точно так же радоваться пустому счету и конфискации всего твоего имущества.

— Хреновая шутка. И чувство юмора у тебя дерьмовое. — Ирма больше не смеется.

— А это была не шутка. Твой любовник поднял цену за свое молчание. Раньше я сам платил по всем счетам, но теперь правила меняются. Твой любовник, твои расходы.

— Ты с ума сошел?!

Ирма кричит так громко, что приходится отнести телефон подальше от уха.

— Лео, это твоя плата! Это твои темные делишки! — продолжает вопить она.

— С завтрашнего дня все мое имущество, деньги и клубы переходят к дочке. Через… — Я отвлекаюсь, чтобы посмотреть на часы. — Через три часа я стану безработным и нищим.

— Нет… Ты не можешь.

— Еще как могу. Документы уже подписаны.

Даже врать особо не нужно. Лукавлю лишь в одном, документы действительно подписаны, но не сегодня, а перед моим арестом. Это была страховка на тот случай, если что-то пойдет не так, и я не выйду.

— Это просто бумажки! Можешь ими подтереться! Я имею право на половину имущества! И я его получу!

— Обязательно. Ты получишь ровно половину того, чем я владел на момент заключения нашего брака. Но на рояль, сразу скажу, не рассчитывай. Он оформлен как подарок.

— Какой еще рояль? Что за бред?..

— Бред? Нет! Мой юрист тебя удивит. Завтра. Или ты думала, что все эти пять лет я занимался лишь тем, что увеличивал наш общий капитал? Ты вроде бы никогда не была наивной.

— Нет, Лео… Нет. — Ирма больше не кричит. Кажется, она начала понимать весь кошмар ситуации, в которой оказалась. — Я тоже работала. Я вкладывала в нашу компанию все свои силы и знания.

— Предъяви счет Внукову. Твоя доля у него.

— Ты не можешь так со мной поступить.

— Могу! И если ты скажешь Еве, моей дочке или их няне хоть слово, клянусь, я лишу тебя последнего и выставлю на улицу.

* Шоудаун — заключительный этап игры в покере, на нем игроки показывают свои карты, и определяется лучшая комбинация.

Глава 52. Любимая

Лео

Я понимаю, что Инга теперь ни за что не сунется к Еве, и все равно — до окончания полета не могу избавиться от дурацкой тревоги.

Однажды Паланга уже развела меня с моей девочкой, устроила нам пять лет ада и украла детство дочери. Сейчас ставки гораздо выше, чем тогда. Если упущу Внукова, может произойти что угодно.

Шантажистам никогда не бывает достаточно. Он будет тянуть из меня все деньги и искать новые крючки. Чтобы не впутать Еву, мне снова придется отдалиться и наблюдать за дочерью по фото и видео, словно я не отец, а дальний родственник.

В прошлом я пережил наш разрыв. Как в асфальт, закатал себя в быт. Открывал новые клубы. Писал для Евы песни. Возил Ирму по врачам и параллельно перекраивал семейную музыкальную империю в свою собственную.

Без моей звезды это было несложно. Привычная жизнь накрылась медным тазом. Все, что раньше приносило кайф, стало пресным. Работа оказалась настоящим спасением.

Не испытывая никакого удовольствия от музыки, новых городов и важных проектов, я вкалывал как проклятый по шестнадцать часов в сутки. Избавляясь от лишних людей, менял все свое окружение. А с женщинами… с ними я перешел в режим эгоистичной скотины, потребителя с деньгами и без совести.

Они давали мне разрядку и мгновенно становились прошлым. В кровати не задерживались даже самые породистые и красивые.

Все было так, будто одна маленькая певчая птичка из Тюмени вырвала кусок души и свалила с ним в закат… растить ребенка от татуированного гитариста и крутить за мой счет сладкой попкой перед армиями фанатов.

Последняя мысль заставляет улыбнуться.

Не люблю ошибаться в людях, однако эта ошибка оказалась лучшим подарком всей моей долбаной жизни. Призом, не знаю, за какие заслуги.

Несмотря на весь пиздец в наших отношениях, Ева осталась только моей. Немного колючей, временами дикой, но такой же настоящей, исключением из всех правил.

Как в одной моей старой песне. Музыкальное пророчество, мать его! Для самого себя:

— Больше не один, — произношу вслух, улыбаясь еще шире.

В тот же миг, как по волшебству, получаю сообщение от Евы: «Ты звонил. Прости, я не слышала. Была немного занята».

Это СМС приходит сразу после посадки в Паланге. К счастью, в нем нет ни слова об Ирме и каких-то неприятностях.

«У вас все в порядке?» — набираю я, устраиваясь на заднем сиденье такси.

Можно было вызвать водителя из центра. Там хватает бездельников на зарплате. Однако не хочу никого предупреждать о своем визите. Для некоторых мой приезд обернется увольнением, и лучше пусть эти «некоторые» побудут в неведении до последнего момента.

«Уже да. Мы сбежали от твоей супруги. И теперь у нас все замечательно».

Уровень самостоятельности моей звезды просто шкалит. Я еще не знаю, как закончилась встреча жены и любимой женщины, но заранее горжусь Евой.

«Скажешь, мне, куда вы сбежали?» — пишу и параллельно прошу таксиста сменить маршрут.

Если девчонки не в центре, то, скорее всего, где-то в городе. Как бы ни был хорош мой учебный комплекс, но рядом нет ни одного отеля или захудалой деревушки с арендными домиками.

«В самое лучшее место на свете». — Похоже, моя девочка в игривом настроении.

«Я надеялся, что оно рядом со мной», — набираю. И тут же уточняю: «А лучше подо мной».

«Под тобой я здесь уже была. В самый первый раз», — она не просто удивляет, а заставляет меня охренеть.

«Ты на моей яхте?»

Тру глаза.

Нет, не показалось.

Она действительно написала «в первый раз».

«Представляешь, сторож меня узнал! Он лично провел нас на пирс и помог взобраться на палубу».