Стрекоза в янтаре - Диана Гэблдон

склонился над больным, придерживая у носа большой серебряный шарик на цепочке, содержащий ароматические вещества, — старинное средство от заразы. Толпа вновь отхлынула от дверей: в помещение внесли еще одни парусиновые носилки.

Больной, лежавший доселе почти неподвижно, вдруг резко сел, до смерти перепугав склонившегося над ним чиновника. Обвел диким взором стены склада, глаза его закатились, и он безжизненно рухнул на солому, словно человек, которому отрубили голову. Голова была на месте, но исход тот же.

— Он умер, — сказала я, что было и без того понятно.

Чиновник, не расстававшийся со своим шариком, обрел присутствие духа и снова шагнул вперед. Внимательно осмотрел тело, выпрямился и объявил:

— Оспа. Дама права. Извините, господин граф, но вам, как и прочим, хорошо известны законы.

Человек, к которому он обращался, нетерпеливо вздохнул. Хмурясь, взглянул на меня, потом перевел взгляд на чиновника.

— Уверен, все можно устроить наилучшим образом, месье Памплемюс. Позвольте вас на пару слов.

Он сделал жест в сторону маленькой будки для начальника склада, довольно странного на вид сооружения внутри большого помещения. Принадлежавший, судя по платью и титулу, к высшей парижской знати, граф был элегантным стройным мужчиной с густыми бровями и тонкими губами. Все его манеры говорили о том, что человек этот привык повелевать.

Однако маленький чиновник отстранился, выставив вперед, словно для защиты, пухлые ручки.

— Нет, господин граф, — сказал он. — Очень сожалею, но это невозможно. Никак нельзя. Слишком много людей уже знают об этом. Новость наверняка разлетелась по всем докам.

Он беспомощно оглянулся на Джейми и Джареда, махнул ручкой в сторону входа, где в дверях, на фоне клонившегося к закату солнца вырисовывались силуэты молчаливо наблюдавших за происходящим зевак.

— Нет, — повторил он, и в упитанной его фигуре читалась теперь решимость. — Прошу прощения, месье, мадам… — добавил он, словно только что заметил меня. — Очень сожалею, но мне следует идти отдать соответствующие распоряжения об уничтожении корабля.

Капитан, испустив невнятное проклятие, схватил его за рукав, но чиновник вырвался и торопливо направился к выходу.

Напряжение после его ухода не спало. Граф и капитан злобно глядели на меня, Джейми грозно косился в их сторону, а мертвец, лежавший на полу, уставился в потолок невидящим взором.

Граф шагнул ко мне, глаза его сверкали.

— Вы хоть понимаете, что натворили? — рявкнул он. — Предупреждаю, мадам, вы еще мне за это заплатите!

Джейми двинулся было к графу, но его опередил Джаред. Крепко ухватив Джейми за рукав, он одновременно подтолкнул меня к двери и пробормотал что-то неразборчивое капитану, который в ответ лишь мрачно покачал головой.

— Вот педераст несчастный! Тьфу! — воскликнул Джаред на улице, удрученно качая головой.

На причале было прохладно, дул сильный ветер, раскачивая стоявшие на якоре корабли, но Джаред отер пот с лица огромным красным носовым платком, выдернутым из кармана пальто.

— Идемте, ребятки, найдем таверну. Мне просто необходимо выпить.

Благополучно добравшись до одной из портовых таверн, Джаред поднялся на второй этаж, подошел к столу, где стоял кувшин вина, плюхнулся на стул и, тяжело отдуваясь, начал обмахиваться платком.

— Боже, ну и везуха!

Он плеснул вина в глиняную чашку, сполоснул ее, выплеснул, налил снова. Перехватив мой удивленный взгляд, усмехнулся и протянул мне кувшин.

— Тут вино, девочка, — объяснил он, — жидкость, которую мы пьем, чтобы смыть грязь и пыль. Быстро глотай, прежде чем распробуешь, а уж оно свою работу сделает.

И, последовав собственному совету, поспешно осушил чашку и снова потянулся за кувшином. Я начинала понимать, что произошло с Джейми накануне.

— Так удача или нет? — с любопытством спросила я Джареда.

Я ожидала ответа «нет», но радостно-приподнятое состояние духа, в котором пребывал маленький торговец, нельзя было объяснить лишь воздействием красного вина, кстати, сильно напоминавшего по вкусу кислоту для автомобильного аккумулятора. Я отставила чашку в надежде, что оно еще не успело окончательно разрушить зубную эмаль.

— Для меня удача, для Сен-Жермена — нет, — лаконично ответил он, поднялся со стула и выглянул в окно. — Прекрасно, — заметил он после паузы. — К вечеру они выгрузят вино с корабля целым и невредимым.

Джейми, откинувшись на спинку стула, наблюдал за кузеном с легкой улыбкой на губах.

— Правильно ли я понял, кузен, что на корабле графа Сен-Жермена тоже было вино?

В ответ Джаред расплылся в улыбке, обнажив в нижней челюсти два золотых зуба, что делало его еще больше похожим на пирата.

— Самый выдержанный, самый лучший портвейн из Пиньяо, — радостно подтвердил он. — Стоил ему целое состояние. Здесь половина урожая с виноградников в Новале, в этом году больше уже не будет.

— А вторая половина, как я понимаю, разгружается на склад нашего родственника? — Теперь я догадалась об истинной причине его восторга.

— Правильно, девочка, умница моя! Правильно!

Джаред испустил сдавленный смешок.

— А знаешь ли ты, по какой теперь цене оно пойдет в Париже? — спросил он, подавшись вперед, и со стуком поставил чашку на стол. — Учитывая, что поставки ограничены и я в некотором роде монополист? Господи, да я одним махом получил годовой доход!

Я встала и тоже выглянула из окна. Вода сильно поднялась; из-за ограждения на верхней палубе «Арианны» осторожно, бутылку за бутылкой, вынимали вино и перегружали на тележки, в которых оно должно было начать свое путешествие на склад.

— Что ж, подобное состояние дел вполне можно назвать удачей, — несколько неуверенно заметила я. — Так вы говорите, вторая половина урожая поступила оттуда же, откуда и груз Сен-Жермена?

— Ну да. — Джаред стал рядом со мной, наблюдая за процессией грузчиков внизу. — В Новале производится лучший в Испании и Португалии портвейн. Я бы с удовольствием закупил всю партию, да денег не хватило. А что?

— Да то, что, если эти два корабля пришли из одного места, есть шанс, что кто-то из вашей команды тоже подхватил оспу, — сказала я.

При мысли об этом краска отхлынула у Джареда от лица, и он снова потянулся к кувшину, взбодриться.

— Господи, что за идея!.. — пробормотал он и опустил чашку на стол. — Хотя уверен, у нас все в порядке! — добавил он, словно успокаивая сам себя. — Половину портвейна уже выгрузили. Все же, пожалуй, стоит переговорить с капитаном…

Он нахмурился.

— Заставлю его рассчитаться с матросами, как только разгрузка будет закончена. И если кто-то из них выглядит скверно, пусть берет свои денежки и проваливает на все четыре стороны!

С этими словами он развернулся и бросился вон из комнаты. У двери задержался, чтобы сказать нам:

— А вы пока закажите ужин! — и сбежал вниз по лестнице, топая, словно целое стадо слонов.

Я взглянула на Джейми — он сидел, растерянно уставившись в чашку с вином.

— Он не смеет это делать! — воскликнула я. — Если на борту оспа,