Стрекоза в янтаре - Диана Гэблдон

Маргерит подняла глаза от паркета и рассмеялась:

— Почему, мадам? Да потому, что месье Джаред может подать за обедом лучшее вино и сказать месье графу, что только что приобрел десять бочек такого, а после обеда вручить ему бутылочку с собой.

— Понимаю, — ответила я и усмехнулась. — А месье Джареда тоже приглашают на обеды к графу?

Она кивнула; белый фартук снова навис над бутылкой с мастикой и тряпкой.

— О да, мадам! Но не слишком часто.

К счастью, на сегодняшний вечер граф Сен-Жермен приглашения не получил. Мы обедали в тесном семейном кругу, и Джаред посвящал Джейми в последние детали перед отъездом. Из них важнейшим был прием, который король давал в Версале.

Приглашение в Версаль, по словам Джареда, расценивалось как знак благоволения со стороны власть имущих.

— Это не к тебе относится, дружок, — добродушно заметил он, ткнув в сторону Джейми вилкой. — Ко мне. Король хочет убедиться, что я вернусь из Германии. А если не он, так Дюверни, министр финансов, уж точно. Последнее повышение налогов крепко ударило по купцам, и многие из них, иностранцы, уехали. Надеюсь, понимаешь, как это отразилось на королевской казне.

При мысли о налогах он скроил гримасу и бросил хмурый взгляд на надетого на вилку крошечного угря.

— Собираюсь отправиться в понедельник. Жду только сообщения о благополучном прибытии в Калас «Вильгельмины», и тут же в путь.

Джаред откусил еще кусочек угря и кивнул Джейми.

— Оставляю дело в надежных руках, парень, тут мне беспокоиться не о чем. Хотя есть еще кое-какие детали, которые следовало бы обсудить. Есть договоренность с графом Маришалем вместе сходить на Монмартр через пару дней. Тебе следует засвидетельствовать свое почтение его высочеству принцу Карлу.

Сердце у меня взволнованно екнуло, и мы с Джейми обменялись быстрыми взглядами. Он кивнул Джареду с таким видом, словно в предложении кузена не было ничего особенного, однако я заметила, как яростно сверкнули при этом его глаза. Итак, началось…

— Его высочество ведет здесь очень уединенный образ жизни, — говорил Джаред, подцепляя на вилку последнего скользкого от масла угря. — Он не может позволить себе появляться в обществе до тех пор, пока король не примет его официально. А потому редко выходит из дому и видится с крайне ограниченным кругом людей, за исключением, разумеется, сторонников отца, которые приходят засвидетельствовать свое почтение.

— А я слышала совсем обратное, — решила вмешаться я.

— Вот как?

На меня удивленно уставились две пары глаз, а Джаред даже отложил вилку, оставив в покое последнего угря.

Джейми приподнял бровь.

— Что же ты слышала, англичаночка, и от кого?

— От слуг, — ответила я и занялась своим угрем.

Увидев, как помрачнел Джаред, я вдруг впервые поняла, что сплетничать с горничными — занятие для дамы не слишком достойное.

«Ну и черт с ним, — с некоторой долей злорадства подумала я. — А что еще остается делать?»

— Горничная сказала, что его высочество принц Карл часто посещает принцессу Луизу де ла Тур де Рохан, — сказала я, подцепив угря на вилку, и стала медленно жевать.

Изумительно изысканное блюдо, однако я всегда относилась к угрям с некоторым недоверием: они казались мне живыми. Разжевала, проглотила… Нет, вроде бы ничего, все в порядке.

— В отсутствие ее мужа, разумеется, — добавила я.

Джейми, похоже, позабавила эта сплетня, Джаред же смотрел на меня с ужасом.

— Принцессу? — переспросил он. — Мари Луизу Генриетту Жанну де ла Тур д’Оверн? Но семья ее мужа — приближенные короля.

Он задумчиво провел ладонью по губам, отчего на ней остался жирный след.

— Это очень опасно… — пробормотал он, словно разговаривая сам с собой. — Интересно, этот ничтожный дурак… Но нет, он все же не настолько глуп… Должно быть, это просто по неопытности, он не так часто бывает в обществе, и потом, в Риме все по-другому. И все же…

Он замолк и вопросительно взглянул на Джейми.

— Вот тебе первое задание, друг мой. Ты почти одного возраста с его высочеством, но у тебя есть опыт жизни в Париже, и, смею польстить себе, моя выучка тоже не прошла даром. — Он бегло улыбнулся Джейми. — Ты можешь подружиться с его высочеством, помочь ему наладить отношения с полезными людьми. Большинство из них тебе уже знакомы. А также объяснить его высочеству, как можно тактичнее, что ухаживание за этой дамой может нанести огромный вред и помешать осуществлению целей его отца.

Джейми рассеянно кивнул, мысли его были где-то далеко.

— A как наша горничная узнала о похождениях его высочества, англичаночка? — спросил он. — Она ведь выходит из дому не чаще чем раз в неделю, и то только в церковь, верно?

Я покачала головой и поспешно проглотила очередной кусок, прежде чем ответить:

— Насколько я поняла, посудомойке рассказал это поваренок с кухни, который, в свою очередь, слышал это от конюшенного, а тот — от лакея соседей. Не знаю, сколько еще людей посвящено в эту тайну, но семья де ла Тур живет всего в трех домах от нас. Полагаю, что и принцесса о нас все знает, — весело добавила я. — По крайней мере, если любит судачить со своими посудомойками.

— Дамы не вступают в беседу с посудомойками, — холодно заметил Джаред и многозначительно сузил глаза, давая Джейми понять, что тот должен призвать свою жену к порядку.

Я заметила, как дрогнул уголок губ у Джейми, но он лишь отпил еще глоток «Монтраше» и, сменив тему, начал обсуждать последнюю сделку Джареда — поставку рома кораблем с Ямайки.

Когда Джаред позвонил, чтобы убрали посуду и принесли бренди, я извинилась и встала из-за стола. Джаред имел привычку курить за бренди длинные черные сигары с обрезанными концами, и у меня возникло подозрение, что, как бы тщательно ни пережевывала я угрей, они непременно попросятся обратно, стоит мне вдохнуть вонючий густой дым.

Лежа в постели, я, без особого, впрочем, успеха, старалась выбросить из головы угрей. Закрыла глаза и стала думать о Ямайке — о чудесных белых пляжах, залитых тропическим солнцем. Но мысли о Ямайке навели на мысль о «Вильгельмине», потом — о кораблях и море, и перед глазами снова неотвратимо возникли огромные угри: они корчились и извивались в зеленых водорослях. А потому я с облегчением приветствовала появление в спальне Джейми и даже радостно привстала в постели.

— Фу! — Он облокотился спиной о запертую дверь, обмахиваясь кружевным концом своего жабо. — Чувствую себя копченой сосиской. Я очень люблю Джареда, но тем не менее буду счастлив, когда он увезет свои вонючие сигары в Германию.

— Раз от тебя пахнет сигарой, ко мне не подходи, — сказала я. — Угри не выносят дыма.

— Можно ли винить их в этом! — Он снял сюртук и