Озаренные светом Рождества - Кристин Пачеко

Слава Богу, повреждений вроде нет. Ах, если бы то же самое можно было сказать о ее сердце!..

Держа ангела в руке, Мэган вынула визитную карточку, данную Кайлом, потерянно взглянула на нее, И ощутила странное, давящее горе. Не в силах больше сдерживаться, крепче прижала к себе ангела и разрыдалась.

Снежок подошел к ней и склонил голову набок, свесив ухо, — будто извинялся. Отерев рукавом слезы, Мэган грустно потрепала его лохматую голову и, вспомнив про ангела, посадила возле поваленной елки.

И снова уставилась на визитную карточку. Слова, напоминающие о человеке, которого она любила и которого потеряла… Если нельзя быть рядом с ним, то зачем ей этот кусочек картона?

Кайл подарил ей счастье и дал узнать любовь. Но при этом доказал, что боль прямо пропорциональна любви, которую ты испытываешь к человеку.

Несмотря на его лучшие побужденья и на все ее старание, их совместное Рождество разбило ей сердце.

Это горе было больнее всего пережитого ею. Мэган потянулась к зажигалке. Снежок заскулил, когда пламя начало лизать уголок карточки.

Значки на белой картонке медленно пожирались огнем. Мэган швырнула то, что осталось от его адреса и телефона, в остывший камин — такой же никчемный, пустой и отгоревший, как она сама. Новые слезьи неудержямо полились по ее щекам.

Что ж, история повторяется. Снова разгар Рождества, и снова она осталась одна.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

— Но как же, как же… — сокрушенно качала головой бабушка Агги. Ее отброшенное вязанье бесформенно кучей покоилось на облаке.

Лекси поглядела на ее удрученное лицо и, пытаясь утешить, нежно и покровительственно октала подругу крыльями. Она не знала, что ответить. Она была так уверена, что план ее удастся и все закончится наилучшим образом! Так убеждена! Ведь этот союз был именно из тех, какие заключаются на небесах, — во всяком случае, предполагалось, что он таким станет…

Но теперь было уже очевидно, что Лекси потерпела фиаско, провалилась с позором! Она в полной мере заслужила все наказания, что могут обрушиться на ее голову. В своей безумной попытке сделать внучку счастливой она добилась лишь того, что сделала еще более несчастными и ее, и Кайла.

Слеза печально скатывалась вниз, и, пока капелька влаги застывала, превращаясь в твердый алмаз, Лекси дала себе клятву никогда больше не вмешиваться в земные дела.

Кайл сделал остановку в сонном городишке Джефферсоне, намереваясь перед въездом на перевал Кеноша залить доверху бензобак. Но, как и следовало ожидать, единственная станция техобслуживания оказалась закрыта.

Потрепанный рождественский венок украшал ветхую дверь. Только это, да табличка «Закрыто» были единственными признаками наступившего праздника.

Мотор снова взревел, и молодой человек взял курс на восток, на Денвер, откуда лежал путь на Чикаго.

На подъезде к перевалу пришлось заглушить мотор и толкать мотоцикл впереди себя, чтобы объехать сильно занесенный участок дороги. Делая крюк, Кайл окинул взглядом окрестности.

С этого места вид открывался чудесный — внизу расстилалась огромная равнина, одетая белым покрывалом. Голубой купол небес спускался к отдаленным вершинам гор на горизонте, и солнечный свет играл и переливался на комьях снега, под тяжестью которых гнулись ветви елей. Несколько белых облачков в вышине весело напоминали о добрых праздничных надеждах, о мире и покое.

За следующим изгибом дороги Кайл остановился и снял шлем. В первую секунду его охватило холодом, но тотчас солнечные лучи, пронизывая хрустальный воздух, начали ласково согревать обнаженную голову.

Мысли о Мэган не давали ему покоя. Кайл старался не поддаваться им, но они назойливо теснились в голове.

Он вспоминал, какой увидел ее в первую их встречу: настороженной, недоверчивой и в то же время беззащитной. Но постепенно, по мере того как они узнавали друг друга, недоверие таяло и наконец совсем улетучилось. Ему на смену пришло внимание, заинтересованность, забота, страсть… и что-то еще…

Он вдруг удивленно наткнулся на нужное слово.

Любовь?

Могла это быть любовь?

Он научился распознавать в ее глазах страсть — по тому, как вспыхивали в них темно-золотые искры. Она явно испытывала счастье чувственного наслаждения, но любовь?..

Могло ли такое случиться?

Совершенно ясно, что ей необходим кто-то, кто заботился бы о ней, о доме. Такая мысль не раз приходила ему в голову. За все те дни, когда он то и дело поправлял что-то — в сарае, в доме.

У нее, несомненно, есть талант, и немалый, и, будь у нее в доме помощник, она могла бы многого достичь в своем деле. Словом, ей нужен управляющий… Ей нужен…

Нужен он, Кайл.

Но это невозможно.

Впрочем, мысль о ком-то другом в той роли, какую он недавно исполнял, заставила его болезненно передернуться. Кайл не хотел, чтобы Мэган принадлежала кому-то еще. Но, черт возьми, ей действительно нужен кто-то. Нужен…

Нужен он сам.

На сей раз Кайл не стал отмахиваться от этой мысли. Он позволил себе остановиться на ней, подразнить себя, поискушать. Позволил себе поиграть в то будущее, которое доныне представлялось ему абсолютно невозможным.

Он вспомнил, как померкли глаза Мэган, когда он уезжал. Его отъезд, да еще в день Рождества, сокрушил ей сердце.

Но ведь не этого же он хотел, не этого добивался! Это было прямо противоположно его замыслу!

Досадуя на себя, Кайл в сердцах выругался. Он старался открыть Мэган истинный смысл Рождества, а показал ей только внешние его атрибуты. Потому что истинный смыслРождества — в любви.

Получилось, что ее неверие, разочарование и страхи были полностью обоснованны.

Он не имел права так поступать с ней. С ними обоими.

Кайл сердито приладил шлем позади седла. Он понял, что за последние несколько дней из учителя сам превратился в ученика, потому что именно она научила его, как надо любить.

До последней минуты он не осознавал этого. Бог ты мой, да ведь он ее любит! да, он только теперь понял, что полюбил Мэган… хочет, чтобы она всегда была рядом и разделила с ним будущее, хочет строить свою жизнь вместе с ней. Хочет, чтобы она стала его женой.

Ужасно, непростительно было оставлять ее.

Кайл в волнении зарылся всей пятерней в волосы, немилосердно их теребя.

Он покинул Чикаго в поисках чего-то очень важного… возможно, в поисках самого себя. Несколько недель провел в скитаниях. И неожиданно нашел долгожданное разрешение мучивших его вопросов на маленькой, тихой ферме, затерянной в пустынной глуши. По закону вероятности и по всем житейским законам он не должен был повстречать Мэган в этом огромном мире. Получалось, что нечто фантастическое, необъяснимое свело их вместе.