Битва империй. Англия против России - Порохов

При Николае II резко поменялись приоритеты всей дальневосточной политики России, которая стремилась ограничить японское влияние в Корее, ставшее преобладающим после японо-китайской войны 1894–1895 годов.

Неприязнь японцев к России объяснялась, конечно же, вмешательством русских в исход японо-китайской войны. Тогда Россия одним росчерком пера лишила Японию всех плодов ее побед. А когда через три года Россия еще и приобрела Ляодун с Порт-Артуром, каждый японец понял, что ненасытная Россия желает присвоить себе все предыдущие завоевания Японии на материке. Для нации, ютившейся на своих островах, это было нетерпимо. С этого момента страна восходящего солнца ждала удобного случая для реванша.

Летом 1903 года политическая обстановка на Дальнем Востоке резко ухудшилась. За несколько лет до этих событий петербургские дельцы во главе со статс-секретарем Безобразовым организовали консорциум для разработки лесных богатств на реке Ялу вдоль корейско-манчжурской границы. Они стали формировать вооруженные отряды и распускать слухи, что намерены присоединить эту территорию к России. Японское правительство, обеспокоенное этим, сделало представление о выводе русских войск из Манчжурии. Соглашение об этом было подписано в марте 1902 года, но вывод войск задерживался. Безобразов и его компаньоны ссылались на необходимость присутствия солдат для защиты от хунхузов. Ясно, что использование правительственных войск было санкционировано Петербургом, закрепляющимся на новых территориях «мирным путем». 31 декабря 1903 года Япония резкой нотой потребовала вывода русских войск из Манчжурии. Петербург оставил эту ноту без должного внимания, предложив «продолжать обмен мнениями с токийским кабинетом». 24 января 1904 года Токио сообщает о разрыве дипломатических отношений, а 27 января японские миноносцы атаковали русскую эскадру на порт-артурском рейде.

28 января 1904 года российские газеты сообщали «верным подданным»: «В заботах о сохранении дорогого сердцу Нашему мира, нами приложены все усилия для упрочения спокойствия на Дальнем Востоке. В сих миролюбивых целях Мы изъявили согласие на предложенный Японским правительством пересмотр существующих между Империями соглашений по корейским делам; возбужденные по этому предмету переговоры не были, однако приведены к окончанию, и Япония, не выждав даже последних предложений правительства Нашего, известила о прекращении переговоров и разрыве дипломатических отношений с Россией, не предуведомив о том, что перерыв таковых отношений знаменует собою открытие военных действий».

Война для России была неожиданной. Объяснялось это и отсутствием у русского правительства достоверных сведений о настроении в Японии, о планах ее военного командования, о потенциале страны. Неверными были, а может быть, и вовсе отсутствовали прогнозы об отношении европейских держав к дальневосточной политике России. А ведь воюя с Японией, Россия продолжала противоборство с Англией, поставлявшей своей дальневосточной союзнице оружие и боеприпасы, снаряжение и всевозможное сырье, снабжая сведениями о возможных действиях России. Один из известнейших английских агентов Сидней Рейли накануне войны появился в Порт-Артуре, представляясь сотрудником фирмы, торгующей лесом. Рейли выкрал план укреплений и шифр, которым пользовалось царское командование. Он тут же уехал из крепости в Японию, где и продал добытые сведения за большие деньги.

Кстати, судьба Рейли — прекрасный комментарий к тому, как выросший в России еврей стал лютым врагом своей родины и радетелем английских интересов. Настоящее имя этого уроженца Одессы Зигмунд Маркович Розенблюм. В возрасте шестнадцати лет он объявился в Англии, где женился на молодой состоятельной вдове. Там Зигмунда завербовала английская секретная служба, там он и сменил свое имя. По созданной ему биографии-легенде он стал человеком, родившимся в Индии и получившим там образование. С этой легендой секретная служба отправила Рейли в Кембриджский университет, где он окончил курс инженеров гражданского строительства, что стало еще одним его прикрытием.

Рейли принимал участие во многих шпионских операциях против России — как дореволюционной, так и советской. Он стоял во главе так называемого «заговора послов». Революционный трибунал 4 декабря 1918 года объявил С. Д. Рейли вне закона и приговорил к расстрелу. Рейли удалось скрыться. По возвращении в Лондон он за свою деятельность был награжден военным крестом. Ему покровительствовал Т. Хозьер, отец будущей жены Уинстона Черчилля. Этим объяснялись тесные связи Рейли с британским премьер-министром и его осведомленность о всех интригах спецслужб Западной Европы против России.

Но вернемся к войне с Японией. Великий князь Александр Михайлович, будущий создатель отечественной авиации, организовал эскадру из легковооруженных пассажирских судов для ведения «крейсерской войны». Получив данные контрразведки о движении контрабанды из Европы в Россию, эта эскадра перехватила в Красном море караван из 12 судов, нагруженных боеприпасами и сырьем, следующих в Японию. В Лондоне и Берлине забили тревогу. Британский МИД выражал «решительный протест», а Вильгельм II отозвался о действиях русских моряков как «о небывалом акте пиратства, способном вызвать международные осложнения». От утвержденного Советом министров плана противодействия помощи Японии, которую ей оказывали европейские державы, Николай II отказался, опасаясь осложнений в Европе.

Опасения о возможности начала войны европейских держав против России были настолько серьезными, что за всю русско-японскую войну не представилось возможности отправить на Дальний Восток самые боеспособные части западных военных округов. К тому же Россия еще была связана с Германией обязательством оказать той вооруженную помощь в случае, если у нее возникнет конфликт с Англией из-за угольных поставок русскому военному флоту. Для этого тоже требовалось держать военные силы на Западе. А на Востоке их как раз и не хватало. Там воевали в основном воинские формирования Урала, Сибири, Забайкалья. Уссурийские казаки и воинские части в Приморье, готовые отразить возможные десанты неприятеля, также не представлялось возможным отправить на театр войны.

XXVIII. Капитуляция России в «Большой игре»

После поражения в русско-японской войне ситуация в России резко обострилась. Разразилась первая русская революция. Международная обстановка изменилась также не в пользу Империи. Россия нащупывала пути выхода из кризиса.

Наилучшими (только для кого?) были отношения с Францией. Та опутала Россию цепями парижских займов. Их брал еще Александр III, а затем и Николай II во время войны с Японией, К началу 1914 года сумма займов, произведенных или гарантированных русским правительством достигнет 8–9 млрд. рублей, причем половина из этой суммы поступили из Франции, общий объем частных иностранных капиталов достигнет 2 млрд. рублей — треть французского происхождения. В силу этого из Парижа буквально диктовали Петербургу каждый шаг в его дипломатических делах.

Вильгельм II пытался диктовать своему племяннику, русскому царю, свою волю, стремясь разрушить русско-французские отношения, сделать Россию послушным проводником германской политики. Однако бьеркское свидание русского и германского монархов летом 1906 года успехом не увенчалось. Николай II проявил строптивость и несговорчивость.

В этих условиях вдруг Англия проявила заинтересованность в улучшении отношений с Петербургом, что соответствовало интересам России. Причем произошло это безо всякого давления на колониальные владения Великобритании в Азии. Эдуард VII сумел убедить Николая II в самых дружеских чувствах англичан к русским. Истинной причиной внезапного русофильства стало опасение усиливающейся Германии, на судостроительных верфях которой создавался флот, в недалекой перспективе способный потеснить Британию на океанских просторах. В это же время Германия начала строительство Багдадской железной дороги, грозившей усилить влияние немцев в Азии. Заручиться русским пушечным мясом на случай войны англичанам показалось необходимым.

В 1907 году Николай II ратифицировал англо-русское соглашение о разграничении сфер влияния в Средней и Центральной Азии. Россия признавала, что Афганистан — это сфера английских интересов и обещала воздерживаться от какого-либо вмешательства в афганские дела. Более того, общаться с афганскими властями она должна была не по дипломатическим каналам, а только через английское правительство и его представителей. Север Персии оставался сферой русской политики, а юг и юго-восток страны, непосредственно прикрывающий подходы к Индии, оставался сферой английских интересов. Россия не должна была туда ни вступать, ни домогаться там каких-либо интересов. Обе стороны обязались воздерживаться от всяческого вмешательства в дела Тибета и сноситься с ним только через правительство Китая. Россия не имела права иметь там своих дипломатических представителей и посылать научные или любые другие экспедиции.