Битва империй. Англия против России - Порохов

Застой в военной географии, начавшийся после воцарения Александра III (тот сосредоточился в основном на внутренней политике), был теперь совершенно недопустим. Отстраненный от дел Милютин в эти годы не мог влиять на внешнюю политику России, как это было при Александре II. Зато подготовленная им школа, его последователи с началом царствования Николая II смогли наконец-то активизироваться. Русские географы, по преимуществу неплохо подготовленные офицеры Генерального штаба, стали постоянно направляться в Среднюю и Центральную Азию. Они исследовали проходимость маршрутов, проводили рекогносцировки, составляли топографические карты, узнавали о военно-политической ситуации в странах, по возможности пытались привлекать союзников.

Цели таких путешествий, как правило, держались в тайне. И даже Николай II в своем дневнике 14 января 1904 года оставил лаконичную запись: «В 3 часа принял двух донских калмыков — офицера Уланова и ламу Ульянова, которые отправлялись в Тибет».[43] И все. Ни слова о том, почему удостоены были чести предстать пред императором эти люди. Но военный министр Куропаткин уже в своем дневнике поясняет, что Уланову было дано специальное поручение «разжечь тибетцев против англичан». Куропаткин раскрывает и большее: «у нашего Государя грандиозные в голове планы: взять для России Манчжурию, идти к присоединению к России Кореи, мечтает под свою державу взять Тибет. Хочет взять Персию, захватить не только Босфор, но и Дарданеллы».

Если пристально рассмотреть все эти ключевые политические узлы, то станет видно, что направления политики были выбраны вполне обоснованно. К примеру, в начале двадцатого века в Тибете высказывались предложения о добровольном присоединении к России. Китай на эту горную страну давил с востока. Англия наседала с юга. И лишь Россия защищала, как могла, этот свободный и гордый народ со своей особенной религией. Прекрасно понимали в Петербурге, что Тибет может стать еще одним плацдармом для угрожающего давления на главную британскую колонию. Понимали это и в Англии. Дело дошло до того, что вице-король Британской Индии лорд Керзон в 1901 году потребовал ввода в Лхасу экспедиционного корпуса. В ответ на это последовало заявление русского правительства о том, что это затрагивает интересы России и она вынуждена будет прибегнуть к оружию, как к аргументу в решении вопроса независимости Тибета. В Петербург прибыла большая тибетская делегация высокопоставленных лам, которая повела речь об открытии в Петербурге и в Лхасе посольств. Договорились о начале строительства в столице России дацана, который вскоре был открыт и поныне действует в Приморском районе Санкт-Петербурга. Николай II был объявлен святым — возрожденным Белой Дкар. До этого такой чести была удостоена в 617 году лишь жена короля Тибета, китаянка по национальности. Однако всем этим планам не суждено было сбыться. Опережая ход событий, замечу, что после поражения России в войне с Японией англичане в августе 1904 года ввели войска в Лхасу и принудили тибетское правительство заключить кабальный договор. И только в 1907 году вняв протестам России и Китая, англичане вернули свои войска из Тибета в Индию.

Маньчжурия… Культурное освоение этой пустынной территории Россия начала со строительства в 1898 году железной дороги и сотен населенных пунктов, заселяемых русскими. И уже это обстоятельство давало надежду на включение в состав Российской империи территории, которая оказалась охваченной, словно полумесяцем, Забайкальем, Амурским краем, Приморьем и крепостями Порт-Артур, Порт-Дальний. Если бы этот план строительства «желтой России» был успешно осуществлен, то Харбин стал бы «восточной Москвой». Не получилось.

Кстати, сегодня иному китайцу Россия представляется агрессором, пытавшимся аннексировать Северо-Восточный Китай и, якобы, захватившим 1540 тысяч кв. км. китайской территории. Но это совсем не так. Самая зримая северная граница Китая, проведенная предками современных китайцев — Великая Китайская стена. Она строилась для обороны от нападений северных народов, не входивших в Поднебесную империю. У русских тоже были подобные китайской стене преграды от кочевников. На юге России и сейчас сохранились остатки Змиевых валов. Однако эта стена китайцам помогала плохо. Чжурчжени из Приморья, монголы, маньчжуры — как раз северные народы захватывали Китай и владели им веками. Таким образом, Китай и расширялся. Не за счет сделанных своими усилиями преобретений, а за счет земель, которые захватчики «присоединяли» к империи, в очередной раз захватывая сам Китай. Захватчики потом растворялись в народе «хань», а их «вклад» в расширение китайского государства сохранялся.

Вот и полагают даже в нынешнем Китае, что земли Приморья, Хабаровского края, территория вокруг Байкала и низовья Енисея исконно китайскими. Самые горячие головы простирают претензии на все завоеванные Чингисханом и Батыем земли — чуть ли не до российско-финской границы.

Однако попытки пересмотреть сложившиеся границы и оспорить территории вызывают искушения и у других. В 1991 году по инициативе руководства Монгольского демократического союза был образован международный союз монголоязычных народов. Представители этой организации открыто заявляют, что в Китае просторы севернее Великой китайской стены — монгольские земли. Этот союз ставит перед собой задачу воссоздать «Поднебесную Монголию» вместе с монголами Восточной Европы, Венгрии, Австралии, Бурятии, Калмыкии, Китайской Внутренней Монголии. Поддерживаемые влиятельными силами США и Японии, вдохновленные объединением Восточной и Западной Германии, наследники Чингисхана рассчитывают уже в первом десятилетии грядущего века воссоздать за счет «жирных кусков» Китая и России Великую Монголию.[44]

Овладение Босфором и Дарданеллами было давней стратегической задачей России, ибо позволяло запертым в Черном море военному и торговому флотам беспрепятственно выходить на средиземноморские просторы и на мировые рынки. Присоединение Персии открывало прямую дорогу в Индийский океан, а также создавало еще один плацдарм, угрожающий британским владениям в Индии.

Британской Индии в планах русского монарха нет. Нужно заметить, Россия вообще не претендовала на земли, находящиеся во владении великих европейских держав. И все же в сопредельные владения этих держав ежегодно, гласно и негласно, с разведывательными задачами направляются русские офицеры. Не для нападения собирали они информацию о расположении, перемещениях, подготовке войск, об оборудовании предполагаемых театров военных действий. Информация требовалась для предотвращения удара, который готовился Англией в среднеазиатские пределы России.

Но размах изыскательской работы русских далеко не соответствовал потребностям политического руководства империи. Для принятия выверенных решений ему катастрофически не хватало информации. А все из-за того, что на разведку и геополитические исследования деньги отпускались скудно. На экспедиции тоже вечно не хватало средств. Очень часто они организовывались энтузиастами, оплачивающими все расходы из собственных средств или за счет займов, а участниками походов становились добровольцы-охотники.

XXVII. Русско-японская война

Если логику исторического процесса можно предугадать, то ход самих событий, как правило, непредсказуем. Удар по России последовал совсем не оттуда, где его ждали. Пока Россия только-только собиралась разжигать «тибетцев против англичан», грянула русско-японская война. Война, к которой и Россию, и Японию подталкивала все та же Англия, заключившая с японцами в 1902 году союз. Заручились японцы к началу открытия боевых действий моральной и экономической поддержкой так же и со стороны американцев.

А ведь незадолго до этого при Александре III отношения России и Японии подошли близко к созданию своеобразной конфедерации — по соглашению 1895 года вводился режим наибольшего благоприятствования для подданных одной страны на территории другой, сняты все обычные ограничения на межгосударственную торговлю. Оно было заключено, правда, уже после смерти Александра, но готовилось при нем. Японцы России даже военную базу в Нагасаки предоставили.

Александр III, судя по всему, готовил сына трезво оценить положение на российском Дальнем Востоке и вообще в Азии. По его распоряжению наследник российского престола Николай Александрович в 1890–1891 годах отправляется в 10-месячное путешествие на Восток. Научную программу путешествия готовил выдающийся русский географ Александр Иванович Воейков, полагавший, что Тихий океан вот-вот должен стать главным торговым путем земного шара и Россия обязана присутствовать на его просторах. Если оценить маршрут путешествия наследника-цесаревича — Порт-Саид, Каир, Суэц, Аден, Бомбей, Лахор, Калькутта, Мадрас, Коломбо, Гонконг, Кантон, Нагасаки… — можно предположить, что проводилась рекогносцировка баз и тылов Британской империи. И закончилось это путешествие странным покушением на жизнь Николая Александровича в Японии. Шрам от самурайского меча остался на теле будущего русского самодержца, что осталось в душе одному Богу известно, но приязни к японцам тот никогда не испытывал.