Семь бед (рассказы) - Виктор Фомин

- Заросли камыша да тростника у нас сам знаешь какие, местами по два с половиной метра, не то что человека, а и заграждения не видно. Вот и палят, паршивцы, на шорох да наугад. А иногда и откровенно хулиганят, зальют глаза водкой и давай шарахать по всему подряд. Помнишь, мы тебе новый линейный блок заказывали? Один гений от большого ума пять пуль 12-го калибра в него засадил, вся эта электронная требуха в пыль рассыпалась. Уже человек десять за этот охотничий сезон в поселковую милицию свезли. Вот и сейчас по этой же причине катались - две "нити" перебиты на уровне колен, кому-то спьяну фазан пригрезился.

Старшина добавил к рассказу начальника:

- Ты завтра на систему выйдешь, смотри, поаккуратнее там. На всякий случай оружие на всех возьмите. А то вчера ночью замполит на правый фланг в тревожку ездил, так какой-то паразит картечью прямо по машине залепил. Хорошо ребят не задел, только подфарник разлетелся.

- Поймали?

- Да где там, это ж надо было заграждение перелезать, да и некогда им было, на сработку торопились. Дожились, хоть тыловые дозоры днем и ночью отправляй вдоль заграждения, чтоб этих охотничков отпугивать да отлавливать. Мало нам чужих, так еще и за своими теперь бегай.

Мы еще некоторое время посетовали да повспоминали спокойные "режимные" времена и разошлись отдыхать.

Утро для нашей группы началось как всегда с зарядки. Сначала мы пробежали с ребятами пару-тройку километров, размялись на спортгородке, а потом, под бдительным присмотром бесстрастного судьи Дика, минут пятнадцать упоенно пинали, бросали и колотили друг друга, отрабатывая приемы рукопашного боя. Заставские ребята, пробегая мимо по своим делам, отвешивали дежурные подначки, вроде: "Энергию девать некуда, крысы тыловые? Вам бы фланги топтать!", или "С жиру беситесь, гарнизонные жители, снимите сапоги, обуйте тапки". Но все это было не со зла, а так, нечто вроде ритуала. Все прекрасно знали, что нам приходится "топтать фланги" по всей охраняемой нашим отрядом границе, то есть не одну сотню километров. А это будет потруднее, чем служба на одной заставе.

После завтрака Мишка с Андреем на спичках разыграли, кому оставаться на заставе и заниматься аккумуляторами и пультом управления, а кому выходить со мной на границу. Андрею везло, уже третий раз подряд ему выпадал выход. Мишка потопал в аккумуляторную, бурча под нос что-то вроде "Дуракам везет", а Андрей вприпрыжку побежал грузить машину. Подошли комтех со старшиной. Старшина протянул мне для Андрея автомат и подсумок со снаряженными магазинами, усмехнулся в усы и сказал:

- Все поражаюсь твоим солдатам, с виду здоровенные мужики, взрослые уже, а ведут себя, словно дети малые. Где ты таких все время берешь?

- А я их в гарнизонной мастерской специально в пробирках выращиваю, себе под стать. На фига мне с моим характером в команде сплошные молчуны и буки? Хватает одного флегматика - Дика.

- Да, зверюга у тебя серьезный, не то что ты, балаболка. Ладно, удачи и смотрите, осторожнее, особенно ближе к вечеру, не подлезьте под стрельбу.

- Не учи меня жить, лучше помоги материально! Спасибо, управимся с божьей помощью.

Работы на заграждении оказалось действительно полна коробочка. Продвигались мы медленно, тщательно проверяя каждый участок, иногда приходилось возвращаться к началу и долго искать какую-нибудь пропущенную непропаянную скрутку на проволоке или пробитый изолятор. Так мы и ползли, медленно, но верно приближаясь к концу правого фланга. Все внимание мое и Андрея было отдано заграждению и обслуживанию блоков, а нашими глазами и ушами были Дик и комтех. Их задачей было смотреть вокруг, чтоб никто не подобрался к нам незамеченным, все-таки граница есть граница, здесь всякое бывает. Довольно часто мы слышали выстрелы охотничьих ружей всевозможных калибров. Пальба несколько утихла днем, но ближе к вечеру опять усилилась.

Мы долго провозились с очередным капризным блоком и пока настраивали его, наступила полная темнота. Двигаться дальше с фонарями толку мало, поэтому мы решили сворачиваться. Перед тем, как закрыть блок, Андрей решил еще раз проверить все параметры, но едва подключил тестер, метрах в трехстах сзади нас громко бухнул выстрел из ружья 12-го калибра. Андрей тут же удивленно хмыкнул и пробормотал:

- Вы будете смеяться, но мы висим.

Я глянул через его плечо на шкалу прибора - действительно, питание не поступало. Комтех тихо выругался и сказал:

- Звоните на заставу, сдается мне, только что перебили питающий кабель, до выстрела-то все было в порядке.

Так и вышло, взволнованный дежурный ответил, что весь правый фланг системы только что выдал сигнал "Неисправность". Решение пришло быстро: я отправил комтеха на нашей машине к предыдущему блоку отключать неисправные участки, попросил выслать с заставы дополнительный дозор, а сам с Андреем двинулся к предполагаемому месту повреждения. Метров через двести мы, не надеясь на то, что найдем повреждение в свете фонарей, взялись за кабель руками и пошли медленно, тщательно ощупывая оболочку. Через некоторое время забеспокоился Дик, сделал стойку в сторону тыла, показывая, что чует там посторонних. Андрей вполголоса сказал:

- Пойти бы и дать по рогам этому стрелку, наверняка Дик на него показывает.

Ответить я не успел - грохнул выстрел, по камышу прошел заряд крупной картечи, я почувствовал рывок за рукав, упал и откатился чуть в сторону, погасив фонарь и выхватывая пистолет. Рядом улегся выученный Дик, пригнув голову, часто сопя носом и подергивая вздыбленной шкурой. Ночь выпала светлая, глаза довольно быстро привыкли к темноте, и я увидел Андрея, лежащего за опорой через два пролета от нас и изготовившегося к стрельбе. Ударили еще три выстрела подряд. Я отметил, что стрелков всего двое, первое ружье двенадцатого, второе - шестнадцатого калибра, стреляют дробью и картечью, метров с сорока-пятидесяти. Скосил глаза на рукав ватника - торчит вывороченный белый клок, повезло. Показал Андрею, чтоб не двигался, сам укрылся за опорой, отвел руку с фонарем в сторону, включил его, направляя луч на верхушки высокого камыша, и закричал что было сил:

- Прекратите стрельбу, здесь люди!

Ответом были еще два дуплета. Такого оборота я никак не ожидал. Вырубил фонарь, перекинул его ремень через шею, послал Дика к Андрею и пополз следом. Прополз половину, когда бахнул еще выстрел, на этот раз где-то сзади в землю тяжело шлепнулась тупая охотничья пуля. Андрей при моем приближении откатился за следующую опору и замер, выставив вперед оружие. Снова выстрел, опять пулей, затем два дробью. Бьют наугад, но примерно в то место, где мы только что находились, голосов не слышно. Андрей прошептал: