Семь бед (рассказы) - Виктор Фомин

Машина чуть сбавила скорость, и из нее на ходу выскочила первая группа. Я с завистью посмотрел на их старшего, прапорщика Вовку Зверева. Везет же некоторым! И солдаты у него как на подбор, и Вий, опытный зверь, уже шесть задержаний сработал. А мне с балбесом Диком и новичками пыхтеть и потеть, да уповать на Господа Бога. А с другой стороны, есть чем гордиться - неопытному старшему слабую группу не дадут, так что выходит - новички и молодая собака в одной команде - это признание моих заслуг. В общем, ура, я ниндзя, и мы лучше всех. Через километр, тоже на ходу, повыскакивали и мы, а грузовик ушел вперед, до стыка с рубежом заграждения, создавая шум, имитируя остановки для выпуска несуществующих групп и пугая все живое.

Ну вот, остались одни и работаем. Я взял азимут и на ходу поставил задачу группе: кому куда смотреть и что искать, кто кого прикрывает и как себя вести. Затем повторил это еще пять раз подряд и выругался про себя, глядя на солидное кивание головами своего воинства. Вид у ребят был слишком уж серьезный и напряженный. Первые два часа им за каждым деревом будет мерещиться по сотне злобных врагов, а потом придет отупение, так что и перебежавшего дорогу тираннозавра они не заметят. Эту кухню я хорошо помню, сам таким был и никуда от этого не деться.

Пересказывать блуждания по дебрям бессмысленно, рассказывать о природе тех мест - не хватит и передачи "В мире животных". Маршрут мы прошли неплохо, ребята крепкие оказались. Промахнулись на точке выхода всего на километр, что на самом деле хорошо, некоторые и на десять мазали. Есть, конечно, монстры, что в одинокую елку на карте за пятнадцать километров попадают, но я, к сожалению, не из таких. Поздно вечером вышли на основной рубеж, получили новое задание - блок-пост на реке до утра. Повезло: на речке сидеть приятнее, чем на горе. И вода есть, и рыба на ужин, опять же, харчи целее. К тому же не мешает вымыться и форму отквасить, а то камуфляжи побелели и искрятся от выступившей соли - пришлось крепко попотеть на маршруте.

До указанного участка 8 км прогулялись по дороге... Сплошное наслаждение после таежных лазаний. Пришли уже в темноте, доложились, осмотрели местность. Все оказалось совсем не так запущено, как описал местный комтех. Недавний тайфун снес водопропускную трубу и разрушил часть сигнализационного заграждения, как раз над трубой, да и то не полностью, проволока уцелела почти вся. Я тут же решил облегчить себе службу и принялся сращивать уцелевшие нити и мастерить нехитрый монтаж. Ребята, пока я копался, наловили майкой мелкой рыбешки и устроили место для секрета. Через час дежурный по заставе на мой запрос ответил, что участок работает и, таким образом, нам придется ночью сторожить не 600 метров, а всего три, то есть непосредственно промоину. Рейтинг мой в глазах бойцов поднялся еще на пару ступеней, а заодно улучшилось их настроение. Затем я показал, как и из чего жечь костер, чтоб его не было видно, и, оставив двоих варить рыбу, с Диком и одним из солдат, сообразительным и глазастым Лешкой из Томска, облазал местность вокруг еще раз.

Ночь выдалась светлая, что радовало. Ничего подозрительного мы не нашли, место наше оказалось удачным - "я вижу все, меня не видит никто". Только рядом на берегу стоял прицепной маленький грейдер, от которого попахивало машинным маслом. Не помешала бы эта вонючка Дику нюхать... Вернувшись, я первым делом показал ребятам, как правильно переоборудовать место для ночного наблюдения и "ночлежку" для отдыхающих, накормил Дика и только потом разрешил поесть самим. Как я и ожидал, аппетит у ребят оказался хилым, несмотря на полдня блужданий на свежем воздухе. Это потому, что едва дойдя до воды, кинулись пить, как верблюды, а я предусмотрительно (в целях экономии еды) солдат не останавливал.

Все это время я почти не затыкался, терпеливо отвечая на их "почему?"

- А почему мы не едим консервы из пайка?

- А потому, что их у нас на трое суток, а поиск может затянуться на неделю.

- А если бы не было рыбы, как тогда?

- Ели бы траву, змей, лягушек и кузнечиков.

- Как?!

- С причмокиванием. Если снимут нас с речки и посадят на горе или в лесу - покажу.

- А почему вы кормите собаку из своего котелка?

- Потому, что у него нет своего.

- А почему нас не учат разбираться в сигнализации?

- Потому, что нас не учат разбираться в машинах.

Ну и все в таком духе. Хорошо, что на реке не нужно особо следить за звуковой маскировкой - журчание воды прячет приглушенные голоса, но не мешает слышать посторонние всплески, шаги по камням и хруст веток. Человек такое животное, что с природой в гармонии жить не может, а значит и обнаружить его скрытное передвижение просто, если внимательно слушать мир вокруг.

Тут радиостанция прохрипела мой позывной: "42-й, ответь первому." Я отозвался и получил не очень четкое указание: "Обозначь себя до утра." Поскребя в затылке, все же решил уточнить, что же многомудрое руководство имеет в виду, и коротко спросил: "Как?" Станция хрипло засмеялась и ответила измененным помехами голосом лейтенанта-связиста Сашки Репнина: "Залезь на елку, маши трусами и пой: "Наверх вы, товарищи, все по местам!" Мои ребята прыснули, а Сашка закончил более понятно: "Как на рыбалке, чайник". Теперь я, конечно, понял, что он имеет ввиду обычный костер, не скрытный, а с огнем и дымом, но попытался отыграться: "Напиться, что ли?" Репнин не успел ответить, потому что в эфир вмешался нежный рык начальника разведки: "Первый и сорок второй, а по рогам?" По рогам от здоровенного подполковника Крылова нам не хотелось, и мы скромно умолкли.

Костер оказался кстати, ребята, переполненные впечатлениями, спать не хотели и, отходя по одному на час за освещенный костром круг (прикрыть, на всякий случай), мы проговорили до утра. От рассказов о доме беседа переплывала к пограничным премудростям и забавным случаям из жизни. В шесть утра я заставил всех спать, потому что в одиннадцать нам предстоял новый поиск. А сам распихал дрыхнувшего Дика и сел с ним в сторонке караулить.

В одиннадцать привезли нам на смену двух измученных и невыспавшихся заставских солдат, хилый завтрак и новый маршрут для поиска. Опять весь день шастали по тайге, и это было только началом наших многотрудных бдений. Пять суток мы днями бродили по маршрутам, на ночь вставали на блок-посты, затыкая дырки между заслонами. Кольцо поиска все сужалось и сужалось, но о нарушителях ни слуху, ни духу. Я уже перестал оставлять на ночь одного караульного, дежурили только парами, слишком велик одному риск заснуть измучились все. На пятый день Дик доел последние консервы, осталось две булки черствого хлеба. Мы перебивались то рыбой, то подножным кормом. Научилась моя авторотовская банда и лягушек есть, и змей. Даже хвалили. Очень беспокоило, что нет сведений о нарушителях. Опытные паразиты достались, не хлебнуть бы с ними горюшка.