Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

произнесла она с крайним презрением. — Выслушай меня сейчас, пока я не отправилась кормиться. Я постараюсь говорить покороче, чтобы твой маленький разум смог вместить информацию. Я разрешаю тебе отправиться на Клеррес. Как ты уже довольно грубо отметил, если ты доберешься туда раньше меня, то с моего позволения можешь устраивать там свою резню. Я не буду расценивать это как кражу моих убийств. Ты понимаешь, какое одолжение я тебе делаю?

— Да. Да, я понимаю. Но теперь у нас есть основания полагать, что моя дочь все ещё жива и может быть пленницей на Клерресе.

С тем же успехом я мог бы быть кружащей над кучей навоза мухой. Все её внимание было приковано к загону для скота перед нами, стадо мычащих коров почувствовало её запах. Они жались к стенам загона. Драконица издала трубный рев, свирепый рев голодного животного, рев без слов, и бросилась вперед. Лишь везение, не проворство спасло меня от удара её хвоста.

Затем она накинулась на несчастных, оказавшихся в западне жертв, подминая их огромными лапами и впиваясь зубами. Она челюстями схватила одну из них и подбросила вопящее животное вверх. Лант ухватил меня за рукав и успел оттащить до того, как изломанная туша коровы рухнула на землю вблизи того места, где я только что стоял. Лицо Пера превратилось в маску одновременно ужаса и очарования. Стражники, убежавшие вперед, чтобы расчистить путь, свистели и орали, как делают некоторые при виде кровавой бойни. Они стояли ближе, чем выбрал бы я для себя, поглощенные жестоким зрелищем.

— Оставим её продолжать трапезу, — сказал я Ланту и Перу.

Мы развернулись и пошли обратно тем же путем. Много зданий получило повреждения от размахивавшей хвостом Тинтальи. Нам пришлось огибать разбитый в щепки погрузочный причал. Я двигался медленнее, чем когда шёл сюда, все ещё пытаясь отдышаться.

— Сэр, вы расскажете мне, о чем говорила драконица? — попросил Пер.

В горле пересохло после быстрой ходьбы до загона, поэтому я был краток:

— Она сказала, что мы можем идти к Клерресу и перебить там всех. Также в её планах собственное возмездие Клерресу, как только она прибудет туда.

По тому, как кивал Пер, я понял — он не уловил смысла сказанного.

— Возмездие за что? И зачем?

— Она не вдавалась в подробности. Судя по всему, обитатели Клерреса когда-то причинили вред кому-то из драконов. Она возмущена, что Айсфир не покарал их за это. Она предостерегла меня, что убийство их всех принадлежит ей по праву, но она дозволяет совершить и наше мщение. Если мы доберемся туда первыми.

— Возможно, черный дракон счел обрушение половины Аслевджала достаточным возмездием, — предположил Лант.

Я покачал головой:

— Тинталья с этим не согласна.

— Но сэр! — Пер схватил меня за руку. — Что будет, если драконы прилетят на остров до нас? Янтарь говорит, что Пчелка там! Они могут ранить или убить её! По-моему, они не видят особой разницы между нами. Вы предупредили, что Пчелка на Клерресе, сказали Тинталье быть осторожнее?

— Я упомянул об этом.

Лант шарахнулся в сторону, когда Мотли спикировала на плечо Пера.

— Хеби! — объявила птица. — Сверкающая Хеби! Идем, идём, идём! Быстрее! — так же внезапно, как приземлилась, она взмыла с плеча Пера и полетела в сторону поместья.

— Я и забыл, что Хеби тоже летит, — признался я.

Пер тихо пробормотал:

— Только вы могли забыть о драконе. — И добавил громче, — мы можем идти быстрее?

Моя гордость заставила меня сделать именно это. Вокруг лужайки перед королевским особняком снова толпились люди. Пер проталкивался сквозь них, дерзко выкрикивая:

— Дорогу принцу Фитцу Чивэлу! Расступитесь! — Я слишком запыхался, чтобы возражать. Прежде нетронутая зелень лужайки сейчас выглядела, как перепаханное поле. В самом центре разбитой площадки стояла Хеби. На ней была надета великолепная упряжь из переливающейся красной кожи и сияющей латуни, увенчанная сверху неким подобием козел, — местом для наездника. Голод и усталость волнами исходили от неё, словно жар от печи. При каждом вдохе из её глотки доносился звук, будто от готового вот-вот закипеть огромного чайника.

На крытой галерее стояли королева Этта, Кеннитссон и Уинтроу; Спарк и Янтарь держались на почтительном расстоянии от них. Новый отряд охраны с палицами наготове выстроились между королевой и её непрошеной гостьей. На нижней ступеньке, настолько высокий, что мог смотреть поверх их голов, стоял облаченный в алые кожаные доспехи Элдерлинг.

— Рапскаль здесь! — удивление и испуг смешались в восклицании Пера. Элдерлинг отчаянно жестикулировал, и когда мы обошли Хеби по широкой дуге и подошли к особняку, я смог разобрать его слова.

— …и ещё ночь и день, пока не прибыли сюда. Мы прилетели издалека, проделав путь от самой Кельсингры, что в Дождевых Чащобах. Мы с моим драконом принесли важные известия для Фитца Чивэла Видящего. Я был бы признателен, если бы для Хеби нашлось живое мясо. Пожалуйста.

Я никогда не слышал, чтобы генерал Рапскаль был настолько вежлив, но было похоже, что ради своего дракона он готов усмирить свою гордыню и просить. Уинтроу наклонился к королеве Этте и что-то тихо сказал. Она не выглядела довольной, однако отдала приказ:

— Приведите ей три козы. Пусть она обедает здесь, лужайка все равно безнадежно испорчена.

— Вы поступили мудро, королева Этта, разрешив ей питаться на безопасном расстоянии от Тинтальи. Благодарю. — Рапскаль посмотрел через плечо на свою нетерпеливую драконицу, и нежность смягчила его черты лица. — Она умирает от голода — я просил от неё слишком многого, отправляясь так далеко. А ведь нам ещё предстоит лететь до Острова Других. А затем на Клеррес. — Он увидел меня и отвернулся от Этты, воскликнув:

— Фитц Чивэл! Вот ты где! У меня есть для тебя важные новости!

Я поспешно прошел вперед.

— Тинталья их уже сообщила, генерал Рапскаль. Не ожидал вас здесь увидеть.

— Как и все мы, — ледяным тоном заявила королева Этта. Тем более что вы до сих пор не поделились со мной целью вашего… визита. Не было никакого сомнения в её неудовольствии. Но меня не меньше обеспокоило пристальное внимание Кеннитссона к Хеби. Он внезапно спустился по ступеням и направился прямиком к ней мимо ошарашенных стражников и Рапскаля.

Я затаил дыхание. Драконица была голодна, а к ней приближался незнакомый человек. Но она всего лишь повернула голову и обратила на него взор медленно вращающихся глаз.

— Принесите этому удивительному дракону чан воды! — неожиданно приказал он. — Она страдает от жажды! Ни одно создание, особенно такое чудесное, как она, не должно так мучиться! И где же козы? Разве они уже не должны быть здесь? И приведите ещё